Чтение онлайн

— А раненых не много. Вы бы глянули, тэсс Галла.

— Да, конечно.

Обычно функции целителя лежали на Лайсе, но сегодня он, как и Сэл, остался в Марони — большого количества противников не ждали и решили дать ребятам отдохнуть.

Раненных, действительно, было немного. Большинству нужен был лишь чистый воздух да глоток воды. А еще время, чтобы прийти в себя и оплакать погибших родных и знакомых.

— С имперцами что делать? — уточнил Марега.

Человек десять вражеских бойцов, попав в окружение, побросали оружие, и были взяты под стражу солдатами тэра Алеза. Зачем?

— У селян спросите, — подал мысль Лар. — Деревьев много, веревку найдем.

— Их бы армейским сдать, на дознание. Я могу отправить десяток в сопровождение.

— Или так, — с неохотой кивнул Сумрак.

Люди, по его мнению, заслуживали отмщения. Возможно, смерть врагов поможет примириться со смертью друзей.

— И идти им теперь некуда, — сказал кто-то рядом. — Разве что в соседних деревнях примут, народ тут вроде незлобивый.

Главное, что живы, думал Лар. А добро — дело наживное. И компенсация из казны вроде бы должна быть. А мертвым уже все равно.

— Все, — возвратилась к нему Галла.

За последние годы Иоллар научился различать ее настроения, понимал, когда жена уставала или ослабевала, используя силу, но сейчас усталость в ее глазах была совсем другой.

— Домой хочу, — призналась чародейка. — Не могу…

Она кивнула туда, где лежали трупы, над которыми подвывали теперь женщины и взахлеб ревели дети. Эту сторону войны им приходилось видеть нечасто, и гнетущее впечатление оставалось на долгие дни.

— Посмотрите ребеночка, тэсс, — всхлипнула какая-то женщина, протягивая крохотный сверток. — Посмотрите…

Лар увидел, как жена отвернулась и с силой зажмурилась, словно от боли.

— Дьёри?

— Я видела, — ответила она шепотом. — Ребенок, месяца два. Но целитель ему уже не поможет. Переломы, внутреннее кровотечение… И тень Омсты — он уже отмечен смертью. Я не всесильна, Ил. Могу только забрать боль.

Просившая о помощи женщина поняла ответ без слов, положила свою ношу на траву и села рядом, монотонно раскачиваясь из стороны в сторону, негромко причитая. Сумрак заглянул в лицо малютки: закопченные щечки, застывшие глаза, беззубый ротик открыт, и из него с присвистом вырывается неровное дыхание.

А вокруг уже собирались люди. Умирающий младенец вдруг стал сосредоточением всеобщего горя — как будто не было двух десятков трупов, не было сгоревших домов и собственных ран и тревог.

— Валда-плотника дитё, дышит еще…

— А старшой тамочки, с отцом рядом лежит. Вчера только прибегал, с Рэмкой моим одного года пацаненок — семь осенью было бы…

— И это, стало быть, за браткой…

— Так дышит же!

Люди смотрели на стоявшую рядом чародейку, ту самую, о которой столько слышали, и не могли понять, отчего она ничего не сделает. И она сделала — отодвинула причитающих женщин и наклонилась над младенцем. Тот и правда еще дышал — редко и судорожно глотал воздух. Омста не спешила забирать того, кого уже отметила своей рукой.

— Ил, пойдем со мной, — Галла осторожно взяла на руки ребенка, и предупредила зашумевших селян: — Ждите тут.

— Что ты задумала? — тихо спросил Сумрак у жены.

— Узнаешь. Марега еще не отправил пленных? Забери одного — помоложе и посильнее. И пусть Брайт поставит людей, чтоб за нами не ходили.

— Ты же сказала…

— Сказала. Но есть еще один шанс. Жизнь за жизнь.

Одной рукой она аккуратно поддерживала неподвижный сверток, вторая уже тянулась к черному мешочку на поясе. Сумрак поежился. Не Лар-Сумрак, а Сумрак Изначальный, переживший тысячи перерождений, чувствовал темную силу каменного ножа.

— Милая, может быть… — он не любил, когда она пользовалась тиз'заром — коварное оружие отбирало ее силу.

— Ты же слышал, та женщина потеряла мужа и старшего сына. Этот ребенок — все, что у нее осталось. Нужно попробовать. Приведи человека.

Крепкий рослый парень со связанными за спиной руками испуганно вздрогнул, когда мужчина в темной маске указал на него пальцем.

— Остальные ваши, капитан.

Когда он привел пленника к жене, показалось, что в этом уже нет нужды: лежащий на земле ребенок не дышал.

— Он еще жив, — успокоила Галла. — Я его усыпила, но времени мало.

Мельком взглянула на имперского солдата: без злости, без ненависти — не как на человека, как на вещь, пособие для работы. Ей так легче, понял Лар. Самому ему было безразлично: враги не вызывали жалости. Если бы их приговорили к смерти, он без лишних сомнений привел бы этот приговор в исполнение. Но с Галлой иначе. Она могла убивать в бою, поддавшись ярости или намеренно подстегивая ее в себе, но не умела отрешиться от этого, ей недоставало хладнокровия, равнодушия.

И именно поэтому, она стояла сейчас на коленях посреди недавно убранного крестьянского огорода, на пятачке утоптанной земли и в спешке, дорожа каждой секундой, вычерчивала какие-то руны и линии. Жизнь за жизнь. Жизнь врага за жизнь чужого ребенка.

— Он должен был уже умереть, — словно сама себе сказала магичка. — Но Неизбежная медлит. Не думаю, что это простое совпадение. Нам дают шанс.

Линии на земле неярко засветились, и Сумрак непроизвольно отступил: льдисто-голубой, цвет смерти. Что-то почувствовал и пленник — испуганно огляделся и, пользуясь тем, что его никто не держит, вдруг побежал. Надежды у него не было, но он попытался. Со скрученными за спиной руками это было непросто, и, не отбежав и на двадцать гиаров, человек оступился на перекопанных грядках и упал. Не говоря ни слова, Иоллар пошел следом и приволок его назад.

— Развяжи его, — велела Галла, и Лар вызвал меч.

Мужчина растерянно потер затекшие от веревки руки и вдруг застыл.

— Пора.

Имперца подняло над землей, а он не издал ни звука. Воля его была подавлена какими-то чарами, но не полностью — в глазах метался страх. Поведя рукой Галла перевернула его в воздухе на спину, сначала растянув в струнку, а после заставив раскинуть в стороны руки и развести ноги. Теперь его поза повторяла мерцающую голубым пятиконечную звезду. Следующими пассами чародейка разорвала в клочья одежду жертвы, и обнаженное тело медленно опустилось на рисунок. Не глядя в живые, испуганные глаза некромантка наклонилась над ним и короткими резкими движениями ножа начертила на волосатом животе такую же звезду. Сняла пальцем каплю выступившей крови и мазнула по покрытому испариной лбу.