Чтение онлайн

Во всяком случае, она продолжает болтать:

– Так, к чему я всё это говорю. А к тому, что мы тоже сможем стать друзьями, я надеюсь.

И либо от того, что я слишком долго была одна, либо из-за гормонов, но я становлюсь сентиментальной и несколько раз моргаю до того, как ответить.

– Мне может пригодиться хороший друг.

Киллиан

Честно? Мне не нужно выходить к толпе, чтобы возбудиться от музыки. Просто что-то должно щелкнуть внутри, и я зажигаюсь.

Тем не менее Скотти организовал концерт в Bowery Ballroom. Впервые мы взяли перерыв на целый год. До этого нам было привычно собирать стадионы - по крайней мере, пятьдесят тысяч поклонников. А теперь петь для пяти сотен?

Это редкость. Мое тело пульсирует от звука, а пот покрывает кожу. Огни ослепляют глаза, превращая толпу в движущуюся дымку, размазанный красный и синий свет.

Я заряжен на все сто, когда мы начинаем играть "Апатию".

Мы не планировали этого. Я даже не уверен, кто решил так сделать. В одну секунды мы играем по случайно составленному списку, а в следующую становимся единым целым, исполняя песню, с которой всё началось.

Я наклоняюсь к микрофону, напевая слова, моя гитара зависает в воздухе над шнурами. В этом месте нет ни мыслей, ни страха, ничего, кроме ритма и потока. Ничего, кроме жизни.

Я бью по высокой ноте в песне. Звук вибрирует в груди и горле. Рядом мои парни поддерживают и поднимают песню на новый уровень. Зверь рычит, аплодирует, масса тел пульсирует вверх и вниз. Люди, подпитывая своей любовью и энергетикой, варятся в этом вместе с нами.

И я дома, словно вернулся в место, где всё имеет свой смысл.

Но лишь до тех пор, как поднимаю взгляд и вижу ее за кулисами. Либерти. Наблюдает за мной в моей стихии. Меня словно бьет электрический ток. И я пою для нее, играю для нее.

Глаза Либби встречаются с моими, улыбка задерживается на ее губах. И я не могу не усмехнуться в ответ. Черт возьми, как же она красива. Я так счастлив ее видеть, что крайне тяжко не уйти со сцены, чтобы обнять ее.

Мы заканчиваем песню, и Зверь воет.

Он хочет большего. Всегда.

Но на данный момент мы закончили. Кланяясь, я бросаю микрофон на подставку и выключаю его.

Уип орет, вертя пальцами палочки.

– Вот то, о чем я говорю.

Ребята смеются и сообщают, что они пойдут в гримерку. Пресса ждет, как и звукозаписывающая компания, и наш фан-клуб, члены которого выиграли лотерею, чтобы встретиться и поприветствовать нас. Чьи-то руки передают мне бутылку воды и полотенце. Я действую на автопилоте, мое тело гудит так сильно, что пальцы дрожат.

Холодная вода скользит по горящему горлу. Но я продолжаю смотреть на Либби.

Она остается с Бренной, в шести метрах от меня, как раз на самом краю сцены. И те же подталкивающие и тормозящие ощущения, которые я чувствую внутри себя, отражаются в ее глазах: потребность в контакте, но и осознание того, что прямо здесь мы не можем ничего сделать. Ведь Либс не хочет, чтобы ребята о нас узнали.

Как же я возмущен по этому поводу. Но она здесь, и это доминирует над всем остальным.

А еще никто ее не заметил. С нами на сцене остались лишь работники команды по оборудованию. Бренна подмигивает мне и следует за ребятами за кулисы.

Всё мое тело пульсирует, просыпается и вздрагивает. Святое дерьмо, как же она красива. Я когда-то считал, что моя Элли Мэй обычная? Ее кожа золотистая от бесконечных летних дней на пляже. Волосы переливаются оттенками медно-каштанового и бледно-русого, обрамляя ее лицо, будто блестящие ленты.

Затем я замечаю ее платье. И мой разум заходит в тупик. Тресните меня кто-нибудь. Мой член, который уже встает в свою счастливую позицию, дергается напротив джинс.

Светло-серое платье не короткое, оно доходит до колен. Не демонстрирует ложбинки, потому что на ней один из тех типов платья, что обнажают руки, но крепятся вокруг шеи. И всё равно оно кажется охренительно неприличным. Так как тонкий шелк показывает ее формы, нежно обтекая все изгибы упругой груди. Каждый, кто посмотрит на нее, точно поймет, что может предложить эта девушка.

Моя. Вся моя.

Я не могу больше ждать. Шагаю к ней, наслаждаясь тем, как она выпрямляется, ее розовые губы приоткрываются, а глаза округляются. Я достаточно близко, чтобы ощутить ее аромат: что-то теплое и цветочное после проведенного в СПА-салоне дня. Я наклоняюсь вперед и быстро целую ее в щеку, тогда как на самом деле хочу заклеймить ее губы.

– Киллиан, - произносит она счастливо, затаив дыхание. Ее глаза цвета бирюзового леса вглядываются в меня.

Эмоции одолевают меня. Ничего подобного я не чувствовал ранее, словно одновременный прилив силы и флакон чистой похоти.

Мои пальцы сжимают ее бока. Я хочу прикоснуться к ее гладкой коже, проскользнуть рукой под верхнюю часть ее платья.

– Пойдем со мной.

Либби

Не знаю, чего я ожидала, когда мы наконец-то оказались лицом к лицу. Я сознательно позволила Бренне таскать себя по всему городу, чтобы изобилие этой женщины отвлекло от мыслей о Киллиане. Я потеряла счет бутикам, которые мы посетили, примеряя бесконечные наряды и покупая так много вещей, что, в конце концов, стала закрывать глаза, когда черная кредитка Киллиана раз за разом скользила по считывателю.

Теперь мое тело расслаблено, волосы уложены и красиво окрашены, выщипанные брови имеют правильную форму. Я чувствую себя избалованной и прекрасной. И возбужденной. Ужасно, мучительно возбужденной.

Выступление Киллиана, его худое, мускулистое и блестящее от пота тело, его руки, уверенно перебирающие струны гитары, - всё это доводит меня до безумия. Его голос, энергетика и вся эта страсть пленят меня в полнейшее рабство. И я здесь не одна такая. Каждый попал под его чары, обожая и желая этого парня.