Чтение онлайн

– Вольнов слушает…

– Воля, приезжай в «малину» на Проспект Мира, совет твой нужен…

– Ты как всегда по ночам активизируешься, а я по солнечным часам живу, спать собирался. Ну ладно, только в память о том, что ты мне в пятом классе помог вернуть украденные Андрюхой Половинкиным вкладыши, – добродушно отреагировал Вольнов, – буду через полчаса.

Знакомые и друзья Корчагина разделились для него на две половины. Одна часть – из детства, юности и двора, а вторая, гораздо более многочисленная, имела сугубо деловой статус. Воля жил в соседней деревне и переехал в Москву с родителями много раньше самого Глеба.

Аркадий Вольнов был единственным человеком, который хорошо вписывался и в одну, и в другую компанию. 10 лет Воля трудился в банке и успел дослужиться до должности заместителя председателя Правления. Потом внезапно ушёл из кредитной сферы в никуда. Сейчас же состоял финансовым советником в двух или трёх промышленных холдингах, что позволяло безбедно жить, имея при этом свободный график работы и возможность заниматься любимым делом. С детства Аркадий интересовался наследием древних цивилизаций и порой был очень интересным собеседником. Глеб ценил его сильный практический ум, который лаконично взаимодействовал с простой житейской смекалкой.

– Аркаша, сюжет стандартный, сумма приличная, вот документы, – без предисловий поприветствовал друга Глеб.

– Я думал, ты мне хочешь очередную юбку показать, – ехидно прищурился Воля.

– Посмотри, сможешь быстро по своим каналам решить вопрос? – как будто не замечая подколки друга, вскинул брови Глеб.

Два раза Аркадию удавалось, используя связи в Центральном Банке, проследить движение денег и найти, на какой фирме-однодневке сейчас находятся украденные средства. Затем «свои» налоговики на определённое время блокировали счета этих обществ. Далее удалось получить судебное решение с исполнительным листом, так как со стороны мошенников на заседания суда никто не появлялся, а судьи имели полную информированность об истинных причинах иска. Судебные приставы возвращали деньги назад отправителю. Такая схема возврата украденных сумм требовала времени и бюджета, но была в рамках правового поля и постоянно находилась под контролем Аркадия.

– Сколько дней прошло? А, вот, вижу, четыре дня с момента перечисления. Боюсь, вы уже опоздали. Я же говорил, что 2–3 дня максимум, а завтра уже будет пять суток.

– Старичок, ну, ты потолкуй, умеешь же, когда захочешь, – настаивал Глеб.

– В этот раз не помогу. Мой человек из Центрального Банка сейчас на Кипре пузо греет. По таким вопросам я только через него действую. Работай Глеб своими методами в этот раз, прости…

– Да ладно, дружище, я же тебя знаю, вопросов нет, – расстроился, но не показал вида детектив.

– Как семья? – поинтересовался Вольнов.

– Ты же знаешь всё, Воля. Сын растёт умницей, жена только на бумаге осталась. Я после Варвары так и не смог отойти, наверное, сам виноват в том, что с женой такие отношения.

– Виноваты всегда двое, Жига. Выйди из зала суда, где ты и судья, и обвиняемый, сразу легче станет. После страха и ожиданий плохого, вина суть самая главная причина всех неприятностей. Чувство вины само порождает проблемы. Я знаю, что избавиться от вины просто так очень сложно, из этого состояния можно выбраться только конкретным образом действий. Надо перестать оправдываться перед собой. А с Варварой давно не разговаривал?..

– Давно, – в тон ему ответил Глеб.

– Понятно всё с тобой, – укоряюще покачал головой Аркадий.

Слушай, Глебушка, разреши, я тебе совет один дам. Найди её. Хотя бы для того, чтобы прекратить себя накручивать, ё моё! – раздосадовался Аркадий. – Ну, это же хрен пойми, что! Ты вспомни, как вёл себя, как страдалец, а?! Найди её, пообщайся, в глаза ей посмотри. Я тебе говорю, что моментально все точки над «i» прибегут, всё прояснится и, глядишь, чем-то, да и закончится. Может, даже таким бонусом, что ты и представить себе не можешь, – убедительно закончил Воля.

– Да-да, наверное, ты прав, – рассеянно ответил Глеб. – Только, с чего начинать эту встречу, как подойти? Здравствуйте, я вас люблю, что ли? Что я ей скажу и предложу?! Да и искать её где? За границей наверное уже… Мы же с ней, по сути, чужие люди. Не муж я ей, и даже… – запнулся Жига. – А тут припрусь, и мне красную дорожку перед ногами расстелют. А? Так, что ли? Чего смотришь? На мне что-то написано?

– Того смотрю, что ты, Корчагин, видать, совсем заработался. А работаешь-то где?

– В агентстве своём…

– А что вы там делаете, в своём агентстве?

– Ищем…

– Да тебе найти кого угодно – раз плюнуть.

– Как-то неловко, – начал было Глеб, но споткнулся на первой фразе, посмотрев на лицо друга.

– А ты никогда не думал, что это именно она. Твоя вторая половинка, с которой тебе суждено Путь пройти. А если не с ней, то не с кем?

– Ну, я не знаю…

– Ты терпишь, загоняешь свои страхи и чувства подальше внутрь. А потом люди удивляются, откуда я такой весь спортивный и внимательный к себе умудрился схватить инсульт, инфаркт или ещё чего похуже. Любая болезнь это не что иное как спрессованный страх и все его производные – вина, обида, гнев. Понял, детектив?

Несмотря на громкую музыку, над столиком повисла тишина. Варвара была девушкой главного акционера холдинга, где Глеб работал водителем. Приходилось два раза в неделю отвозить её в спортивный клуб. Уже через две недели знакомства физические упражнения в клубе Варвара заменила совместным посещением сауны или гостиницы.

Близкие отношения продолжались около года. Между молодыми людьми вспыхнула настоящая любовь, которая могла разрушить весь их жизненный уклад. Решение прекратить общение было обоюдным, но убить чувства к Варваре Глеб так и не смог, хотя на его пути после этого было много случайных связей.

– Умничать легко, рассуждая над чужой ситуацией. Вот скажи, Воля, зачем ты учился столько лет, заканчивал два института, грыз гранит науки, а денег у меня больше? – прервал молчание Корчагин.

– Я считаю, что знание необходимо не только для того, чтобы бабло стричь, – уверенно заявил Аркадий.

– А для чего ещё? – желая продолжить беседу в этом ключе, коротко бросил Корчагин.

– Чтобы просто правильно жить. Это долгий разговор, дорогой, сейчас не время и не место. Ты прав в том, что для накопления капитала образование – не главное.