Игра
Шрифт:
В общем, оттопырилась я по полной программе, ибо запах валерианки – это настоящий кошачий "экстази"!
Так в упоении я предавалась греху, пока на кухню, оторопело протирая глаза, не вошел хозяин…
Первым делом я получила хороший пинок, от которого с возмущенным мявом пролетела через всю кухню и врезалась в кучу бутылок. Слегка очухавшись, я увидела, как хозяин, временами хватаясь за плешь, с горестными воплями мечется по кухне, тщетно пытаясь спасти остатки таинственной жидкости. Но это было бесполезно – я тщательно облизала все черепки, а оставшиеся капли довольно быстро испарились. Живот мой так раздулся, что казалось – я вот-вот лопну, но разве можно было остановиться?..
Потряхивая головой, я еле-еле приняла гордую вертикальную позу и, обнаружив на лапах остатки "огненной воды", с урчанием стала вылизывать их, вполуха прислушиваясь к стенаниям хозяина.
– Безродная тварь… Что ты наделала!.. – горько восклицал он. – Ты сожрала мой Эликсир!
Хозяин метнулся к шкафчику и стал рыться там, что-то бормоча, и, похоже, немного успокоился, вытащив из него еще одну, целую, бутылочку. Затем, продолжая стенать, он отнес ее к писменному столу и запер там, а ключ положил в карман штанов.
Я испуганно следила за ним.
Затем, нерешительно мяукнув, я подошла к хозяину и стала бурно тереться о его ногу, всем своим видом показывая, что не виноватая я – это все природа-мать!
– Уйди, – простонал хозяин, – хвостатая идиотка… Все твои незатейливые инстинкты! Ведь это должна была быть не ты… – он странно посмотрел на меня. – Теперь выкручивайся, как знаешь…
После этого хозяин замолчал, а я сидела у его ноги и преданно глядела ему в глаза. Травяной состав все еще кружил мне голову. Ужасно вдруг захотелось спать.
– Что мне теперь делать? Хорошо… – почесывая щетину на шее, хозяин на что-то решился, – придется тебе все объяснить… Потом!.. Черт! Сначала надо… Да-да… Мне нужно купить одежду! Надеюсь, что я еще успею… Сиди здесь!
До меня с трудом доходили его интонации – голову заволакивало блаженным туманом…
Что-то еще бормоча себе под нос, хозяин стал пересчитывать содержимое тощего бумажника…
Потом он посмотрел на часы и начал торопливо одеваться. Я растерянно наблюдала за происходящим.
Погрозив мне пальцем, хозяин схватил сумку и выбежал из квартиры…
Я подошла к входной двери и улеглась на коврик, рассеяно прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи. "Что так рассердило хозяина, – печально думалось мне, – какая-то маленькая бутылочка?.. И не за сырой ли печенкой он пошел?.." С этой волнующей мыслью я вытянула лапы, закрыла глаза и моментально уснула.
Проснулась я от холода. Ядреный морозец, проникнув в незакрытую фрамугу на кухне, пробрал меня до самых костей.
Я лежала навзничь у самой двери. Немного кружилась голова; я с трудом заставила себя сесть.
Мои бедные глаза с трудом различали очертания гардероба, тумбочки, зеркала.
Я принялась натужно соображать, где нахожусь, и что, собственно, произошло…
Пошевелив затекшими конечностями, я неуверенно встала. Зачесался бок, и попытка привычно вздернуть заднюю лапу чуть не стоила мне фатального падения. Что-то не то… Что-то произошло, пока я спала… Я с ужасом посмотрела на свои конечности…
Ешкин кот!
Я стала человеком!
Спотыкаясь, я неверными шагами подошла к давно не протиравшемуся зеркалу. На меня смотрела высокая молодая женщина с копной золотисто-рыжих волос и настороженными желтыми глазами. Одета я была в длинный мешковидный балахон, подпоясанный грубой веревкой. На ногах ничего не было.
Я долго стояла перед зеркалом, с любопытством разглядывая себя. И нельзя сказать, что я себе не понравилась. Могло бы быть и хуже. Скоро я улыбнулась и даже подмигнула своему отражению.
Кое-как пригладив волосы, я принялась осматривать свое рубище: не иначе, такая одежда была дана мне свыше оттого, что я уличная кошка! Нестерпимо захотелось есть – эта потребность потом никогда не покидала меня – сказалась, видимо, вечно голодная помойная жизнь. Зов желудка понес меня на кухню, где я ловко и с удовольствием повторила утренние манипуляции хозяина с яичницей.
Скоро на плите призывно запел чайник, наполняя душу теплом и умиротворением. Не знаю, как все это получилось, но быть человеком гораздо лучше! Сколько раз я завидовала людям, с тоской заглядывая в манящие домашним уютом окна, осатанев от холода и опасностей.
Ни за что не стану больше кошкой, хватит с меня!
Я злобно загремела сковородкой, погрузившись в свои мысли… Интересно, что скажет алхимик, увидев меня такой?.. А может, он пошел что-то купить для меня? Ведь он знал, что я стану человеком!
И не просто человеком, а ЖЕНЩИНОЙ! Ты удивишься, Марфа, но я не чувствовала особенного страха после превращения – может быть, потому, что в своей кошачьей жизни я навидалась всякого, и нервы у меня были, как у коммандос.
Однако, подумала я, надо бы мне хоть во что-нибудь переодеться.
По дороге в комнату я взглянула на часы – было около девяти вечера. Странно – хозяин должен был уже вернуться. Не иначе, где-то запил! Хотя, зачем ему? Дома водка еще осталась…
Недобрые предчувствия сжали мне сердце – и тут я вдруг инстинктивно почувствовала, что в этой квартире оставаться опасно. Словно подтверждая мои мысли, чирикнул дверной звонок.
Я дернулась и замерла. Тихо… Нет, опять… Кто-то настойчиво давил на кнопку. Я до смерти перепугалась. "Бежать!" – мелькнула звериная мысль.