Чтение онлайн

– Да?

– Лука?

– Дед? Ба, какими дорогами тебя ко мне затащило?! Заходи, открываю! Тебя встретить?

– Нет, я тут с… другом. Он поможет.

– Лады. Жду.

В тёмном прямоугольнике засветились английские буквы «Open», дверь размагнитилась и неохотно, тяжело поддалась сильной руке Антона. Так же неохотно, тяжело и будто сомневаясь в целесообразности происходящего, примагнитилась накрепко вновь.

Вышли из лифта на шестом этаже. Одна из четырёх дверей была открыта, и оттуда выглядывал молодой человек лет около тридцати.

– Слушай, ну, ты меня изумил! Проходи скорей! Позавтракаем. И вы тоже… э-э…

– Антон.

– Антон. Лука Нивников, двоюродный внук Кирилла Тихоновича.

– Очень приятно.

– Забредайте скорей.

В квартире мужчины помыли руки, и Лука усадил их за стол в просторной кухне. Расставил чашки, блюдца, выставил хлеб, сыр, колбасу, какие-то пирожные.

– А Рябинка где? – спросил Чепегин.

Лука мотнул головой в сторону коридора.

– Иду, Кирилл Тихонович! – послышался приятный женский голос.

Женщина тоже оказалась приятной на вид. Она захлопотала на кухне, готовя чай, нарезая колбасу, ставя на огонь воду с молоком для каши.

– Кирилл Тихонович, поздравляем вас с днём рожденья!- щебетала Рябина. – Здоровья вам и сил, чтоб встречать каждый день рассвет, и счастья от прекрасных видов вашего рассвета… Когда я постарею, тоже буду ходить встречать рассвет, чтоб не умереть…

– Дед, – сказал Лука, подвигая к гостям угощение, – ты опять рассвет встречал?

– Опять.

Чепегин неторопливо перекрестился и отпил чаю.

– И как?

– Отличный рассвет. Видишь, сколько подарков?

– Ну-ка, ну-ка, посмотрим… Ого! Смотри, Рябинка! Нравится?

– Очень красиво.

– А это что?.. Рыба? Ты что, рыбачил?!

– Нет. Ребятишки подарили.

– У нас ещё есть дети, которые что-то дарят старикам?! Невероятно! В холодильник пока положить, чтоб не протухла?

Чепегин долго не думал:

– Рябин, может, ты её изжаришь? Сам-то я, похоже…

– Детей накормлю, и за рыбу примусь, никаких проблем. А вообще, мы к вам собирались, поздравлять, обнимать, целовать, – говорила Рябина, мешая кашу. – А вы нас раз – и упредили! Ну, ничего, Кирилл Тихонович, всё равно не отвертитесь! Изжарю рыбу, покушаете, и мы вас домой доставим, а вечером допоздравляем! Не безпокойтесь, не утомим.

– Разве ж вы утомите? – запротестовал довольный Чепегин. – Наоборот… радость от вас.

На пороге кухни появились девочка и мальчик. Увидав гостей, они завопили:

– Ура-а! дед Кирюха! Расскажи про войну!!!

Мелькнули тоненькие тельца в трусиках и майках и вмиг оказались на старике, тормоша их. Рябина призвала их к порядку:

– Ти-хо! Не разорвите деда на кусочки из крохотных дедушек!

– Здорово! – оценили дети. – Был один дедусь, станет двадцать.

– Не станет! – непоследовательно пообещала мать. – Я вас обоих на шкаф успею забросить. Кашу в рот – и тихо там. Помолиться не забудьте. Так. Вам тоже каша.

Дети и гости ели вкусную рисово-пшённую кашу с немым восторгом. Затем Антон спросил тихонько:

– А почему – Рябина? Прозвище?

– Папа её так назвал, когда она родилась, – тихо ответил Чепегин, – в честь русской народной песни. А крестилась она Ириной.

– А-а…

Лука заглянул на кухню.

– Авдейка и Тамарка тебя ещё не разорвали? – с любопытством поинтересовался он.

– На передых пошли, – оценил Чепегин.

– Вернее – на перекус, – поправил Самунин.

– Тогда идём в гостиную, – позвал Лука. – Отдохнём.

– Поработаем, – возразил Чепегин, – потому, как дело к тебе есть.

– Да-а?

Лука энергично потёр руки.

– Это весьма занимательно! Вперёд! Рябиншка, чайный гриб поспел?

Хозяйка глянула на пятилитровую банку, стоявшую на подоконнике.

– Кажется, поспел. Сейчас в кувшин перелью и принесу.

Чепегина усадили в кресло. Сами сели на диван. Рябина принесла в стеклянном кувшине настой чайного гриба и три беленьких чашки. Лука разлил остро пахнущую жидкость, и мужчины выпили по паре глотков. Чепегин деловито сказал:

– Хочу, чтоб ты, Лука, в качестве нотариуса оформил либо дарственную, либо договор пожизненной ренты с завещанием моей квартиры тому человеку, который доведёт меня до конца жизни и похоронит меня по православному обычаю.

Лука поперхнулся. Немного помолчав, он взял ручку и принялся черкать по бумаге. Спросил удивлённо:

– Ты на самом деле этого хочешь?

– Это решено, Лука. Не спорь, хорошо?

– Да пожалуйста! Но ты выбери всё же: дарственная или рента. Это ж совершенно разные дела. И кому ты хочешь отписать квартиру?

Чепегин кивнул в сторону Антона Самунина:

– Ему вот.

– Мне?!

– Вам, вам, не смотрите так дико, – попросил Кирилл Тихонович. – Мне уж скоро домом иная «квартира» будет, у детей моих жилплощади и заработки приличные, у тебя, Лука, и своих наследодателей полно, так что никого я не обделяю и хочу сделать то, что мне душа велит.

– Ну, а… Ярослав и Марина знают, что ты так решил?

Чепегин вдруг развеселился:

– Нет, понимаешь ты, не знают ведь!

– А против они не будут?

– Будут, конечно. А как же им не быть против? Имущество ведь, деньги… В общем-то, в этой жизни они лишними не бывают, – резонно заметил Чепегин.

– И что, на конфликт пойдёшь? – осведомился Лука.

– А хоть бы и на конфликт… Думаю, всё же справлюсь. Ты мне только документы приготовь.

– А ты единоличный собственник? – выспрашивал Лука. – Кто-нибудь у тебя прописан?

– С этой стороны вопроса можешь быть в абсолютном спокойствии, Лукаша, – заверил Чепегин. – Ты мне только побыстрее это сделай. Сегодня ко мне загляни, так забери те документы, что потребуются для оформления.