Чтение онлайн

Джонсон улыбнулся.

– Когда узнаёшь, что один из руководителей компании целых два с половиной года записывал все, что говорилось рядом, это неслабо бьет по мозгам. Просто диву даешься, как это ему удавалось.

Уайтекер был смелым бойскаутом и добровольно пришел в ФБР, чтобы поведать о фиксировании цен? Нелепая басня, сказал он.

– В ФБР тоже полно подонков, и по своему менталитету они недалеко ушли от преступников, – обронил Джонсон. – Накопали кучу компромата на Уайтекера и предложили ему иммунитет за сотрудничество. Вот он и подписал это славное долгосрочное соглашение. А когда все выплыло на свет, вскрылось и то, что у него самого рыльце в пушку. И тогда он попытался покончить с собой, причем в гараже на шесть автомобилей. Если вам захочется когда-нибудь сделать то же самое, то удобнее места не найти.

Аудитория рассмеялась.

В заключение Джонсон заметил, что еще неизвестно, как все обернется.

– Но сейчас мы чувствуем себя гораздо увереннее, чем когда на Декейтер обрушился десант из семидесяти фэбээровцев, – сказал он. – Они обожают демонстрировать силу. Наставят на тебя пушку и вынуждают сделать то, что им надо. А потом из-за этого страдают другие. Так что держите ушки на макушке. – Джонсон усмехнулся.

Говоря все это, он не обратил внимания на двоих, снимающих его на видеокамеру и записывающих каждое его слово. Вскоре текст его выступления появился в газетах и журналах. Теперь каждый мог прочесть, что, по мнению Росса Джонсона, крупнейшая правоохранительная организация Америки всего лишь шайка бандитов.

Дик Битти, ведущий юрист фирмы «Симпсон, Тэтчер и Бартлетт», задумчиво слушал Обри Дэниела. Адвокатов «Уильямс и Конноли» осенило: за действия Уайтекера в ответе органы правопорядка, говорил Дэниел. Уайтекер крал деньги, а по соглашению с ФБР не мог сообщать о своих правонарушениях. В результате АДМ потерпела ущерб. Ясно, что АДМ предъявит иск Министерству юстиции.

На этом Обри Дэниел закончил свое выступление. Голубые глаза Битти сверкнули, он широко улыбнулся. А затем громко расхохотался.

Войдя в китайский ресторан в центре Итаки, штат Нью-Йорк, Уайтекер огляделся и сказал своим спутникам, что хочет сесть лицом ко входу. Из-за того что вытворяет АДМ, он должен быть готов ко всему.

Его спутники – доктор Колин Кэмпбелл и его сын Нельсон – кивнули с пониманием. Доктор Кэмпбелл был профессором Корнеллского университета и десять с лишним лет назад, когда Уайтекер защищал докторскую диссертацию, входил в состав ученого совета.

Их совместный обед состоялся, можно сказать, по счастливому стечению обстоятельств. Несколько недель назад доктор Кэмпбелл повидался с Шарон Уолш из «Вашингтон пост», которая готовила статью о прошлом Уайтекера. Ее вопросы пробудили в профессоре любопытство, и он решил повидаться со своим бывшим учеником.

За обедом доктору Кэмпбеллу пришла в голову мысль. Они с сыном открыли небольшое научно-исследовательское предприятие по разработке системы, которая позволяла бы выявить в крови человека признаки зарождающейся болезни. Но в бизнесе они совершенно не разбирались. А бывший сотрудник АДМ, выступивший против злоупотреблений, как раз оказался не у дел. Именно такой человек им и нужен.

Рассказ Уайтекера о своих злоключениях поверг Кэмпбеллов в трепет. Уайтекер отклонил их предложение встретиться с другими научными сотрудниками университета – ему лучше вести себя тихо и не высовываться, объяснил он. АДМ обвиняет его в преступлениях, которые он не совершал, сказал Уайтекер, и описал им свою попытку самоубийства.

К концу обеда он порядком запугал Кэмпбеллов, но их интерес к нему только усилился. Уайтекер, казалось, был напичкан идеями. Если он успешно руководил гигантским подразделением биопродуктов АДМ, то, несомненно, справится со скромным предприятием, которое они решили назвать «Охрана здоровья – технологии будущего». Очарованные личностью Уайтекера, они предложили ему пост генерального директора предприятия.{340}

Договорились, что Уайтекер приступит к работе 1 октября в новом офисе компании в пригороде Чикаго.

Рихтер сидел за большим столом на кухне Уайтекеров в их новом доме на окраине Чикаго. После разговора с юристами «Уильямс и Конноли» им владела усталость. Адвокат советовал Рихтеру держаться от Уайтекера подальше, но он не мог не посетить своего старого друга.

Визит получился странным. Уайтекер встретил Рихтера в аэропорту О'Хара на машине, но по дороге домой ему нужно было заехать на прием к психиатру. Пока Уайтекер беседовал с врачом, Рихтер слонялся вокруг клиники.

Когда они наконец устроились за обеденным столом, Уайтекер вытащил листок бумаги.

– Слушай, вот то, что я обещал, – сказал он.

Рихтер посмотрел на листок. Это был чек «Швейцарского банка» на четыреста двадцать пять тысяч долларов, выписанный на его имя. Даниэль Бриль несколько недель назад выслал этот чек вместе с двумя другими на имя Майка Гилберта в Огайо. Рихтер был несказанно рад – он боялся, что уже не увидит своих денег.

– Спасибо, Марк, – сказал Рихтер. Они всегда говорили по-английски – по мнению Рихтера, Уайтекер недостаточно хорошо владел немецким языком.

– Ну, я же обещал, – ответил Уайтекер. – Правда, теперь все не так просто. АДМ хочет заморозить мои счета в Швейцарии.

Он стал рассказывать о том, как АДМ преследует его. Ему звонил Мик Андреас, сказал Уайтекер, и угрожал убить его, если он раскроет их темные делишки. Рихтер слушал, и в его голове закружились вопросы. И он решился спросить об одной из выдуманных историй, которой Уайтекер когда-то с ним поделился.

– Марк, – поинтересовался он осторожно, – хочу спросить насчет твоего усыновления… Зачем ты это придумал?

– Ну, у меня были причины, – отмахнулся Уайтекер. – Но это в любом случае несущественно.{341}

21 сентября Джим Эпстайн позвонил агенту ФБР Бассету и сообщил ему любопытную новость. Уайтекер несколько раз встречался с Рейнхартом Рихтером и уверяет, что Рихтер подтверждает все, что он говорил.{342}

– Адвокаты «Уильямс и Конноли» расспрашивали Рихтера о присвоении двухсот тысяч долларов, принадлежавших АДМ. По словам Марка, Рихтер ответил, что получил эти деньги с ведома и одобрения президента АДМ Джима Рэнделла. Адвокаты велели ему не возводить на Рэнделла напраслину, а когда Рихтер стал настаивать на своем, объявили, что он уволен. Марк утверждает, что Рихтера уволили именно из-за этого.