Чтение онлайн

— Нет, Юра, вы не увиливайте! — наседала Оля, чего от нее, казалось, нельзя было ожидать. — Как это вычислили? Цифрами обозначили руки, ноги, голову?

— Да нет! На обыкновенном компьютере с помощью простейшего алгоритма. Надеюсь, Альсино сразу поймет меня. Он сошел в десяти километрах от тех мест, где впервые появился у нас. Скорее всего, он первое время постарался бы идти лесом. И двигался бы, тоже скорее всего, по направлению к городу, поскольку свои великие идеи должен был передать наибольшему числу людей. Вот основные условия его поведения.

Оля слушала внимательно, но с недоверием, даже с неодобрением.

— Компьютеру предстояло решить наиболее вероятное продолжение его действий. И вот мы здесь, — закончил Кочетков.

— Мне пришлось затратить много больше времени, чем вашей думающей машине, потому что вы не поставили перед нею осложняющих задачу условий.

— Каких, Альсино? Каких? — не терпелось Оле.

— Возможности передачи вашему иномиру наших знаний, которые могут быть использованы во вред.

— Вы правы, — согласился Кочетков. — Но нам достаточно было и тех условий, о которых я сказал, что бы оказаться здесь. Ведь основная ваша задача нам была известна и должна была в вашем сознании подавить все сомнения. Вы уж нас извините. Время не ждет.

Оля была удручена, едва не плакала. Слишком холодными и расчетливыми показались ей рассуждения Кочеткова. И она выпалила:

— А я ничего не вычисляла! Я просто знала, что Альсино придет на нашу с ним полянку, не сможет не прийти. Я знала это без всяких логических цепей и компьютерных проигрываний. Правда-правда!

— Милая Оля, — сказал я. — Кажется, здесь все правы. Каждый по-своему. Очевидно, к вашему интуитивному выводу можно было прийти и логическим путем с помощью компьютера, вам просто не нужного. Но майору без этого не обойтись, он не обладает вашими особенностями. В этом ваше преимущество и над ним, да и надо мной, потратившем столько времени на размышления.

— Правда? — обрадовалась Оля.

— Я ведь ничего другого, кроме правды, сказать не могу.

— Конечно! — спохватилась Оля. — Я просто сама не знаю, что говорю.

— Могу вас заверить, что вы говорите истину, — утешил я ее.

— Поэтому я и рискнул. Конечно, доля риска здесь была, — продолжал спокойным тоном Кочетков. — Я привез сюда возможных ваших помощников, которых в первую очередь интересуют ваши глобальные предостережения, а ваши технические знания — лишь поскольку они дадут возможность добавить к вашим предостережениям реальные аргументы очевидцев вашего мира.

С веранды один за другим спускались элегантно одетые люди, а перед ними, сгибая спину, суетился Сергей Егорыч, перетаскивая в сад плетеные кресла.

— Ишь, команду какую с собою привез! — сквозь зубы, не вынимая сигареты, заметила бабушка Евлалия Николаевна.

— Если не ошибаюсь, — сказал Кочетков, — вы упомянули при первой встрече, что ваши речеведы, как вы их назвали, обучили вас двум наречиям, принятым в нашем мире. Надеюсь, второй язык был тот, на котором я обращаюсь к вам? — по-английски закончил Кочетков.

— Йес, сэр. Ай спик инглиш, — отозвался я на языке, который пока не употреблял здесь.

Оля широкими глазами смотрела на Кочеткова. Почему-то его иностранная речь удивила ее.

Ксения Петровна, вышедшая на веранду и издали улыбающаяся мне, передавала мужу плетеные кресла, чтобы их хватило на всех собеседников, которых стал представлять мне Кочетков.

— Сэр Чарльз Стенли. Английский лорд и убежденный защитник Природы.

— Да поможет нам Бог, — произнес высокий холеный человек с длинным, гладко выбритым лицом. Он крепко пожал мою руку, к чему я уже привык.

— А это его видный американский коллега, объединившийся в заботе о сохранении нашей Природы, мистер Джордж Форд, который всегда просит не путать его с однофамильцами автомобилестроителями и былым президентом. Он авиастроитель, создавший не одну удивительную летающую машину.

— Я не магнат и не политик, а обыкновенный американский толстяк. Умею дружить со всеми. — Широкое лицо конструктора улыбалось.

— Прошу вас, господа, усаживайтесь в кресла поудобнее, — суетился рядом Сергей Егорыч.

Мистер Форд хлопнул меня по спине и, предлагая сесть рядом, сказал:

— Я вижу нашу цель в том, чтобы убедить всех, что сохранить наш мир выгодно, не менее выгодно, чем летать в современных самолетах вместо того, чтобы плыть в бурю на паруснике. И здесь мы целиком полагаемся на вас, Альсино. Давайте нам выгоду. О'кей?

— И еще один наш друг физик с далеких японских островов Иецуке Мартусима. Знакомьтесь. — Кочетков подвел невысокого человека в очках, прячущих задумчивый взгляд.

— Представляется знаменательным, — на хорошем английском языке сказал японец, — что спасение нашего мира связано с обнулением масс, что особенно интересует меня как теоретика. Готов посвятить себя этой увлекательной проблеме.

— Мы все, Иецуке, ею увлечемся, — заверил американец. — И сможем показать, что новая энергетика безопаснее и выгоднее старой, губящей наш мир. Но чтобы в это поверили все, надо кому-то увидеть эту новую энергетику своими глазами в параллельном мире.

— Бог един для всех миров, — заметил набожный лорд. — И он, надеюсь, позволит нам увидеть еще одно его творение, чтобы спасти такое же параллельное.

— Все начинается с нуля, — глубокомысленно заявил японец.

Я понял, что имею дело с эрудированными и заинтересованными людьми, которые могли и не повстречаться мне в подмосковном лесу.

— Вот столько нас поместилось в одной моей машине, — заметил Кочетков. — Помощников у нас будет много больше. — Он сказал «не у вас», то есть — не у меня, а «у нас». И это прозвучало многозначительно.

— Я уже сообщил нашим коллегам, — продолжал Кочетков, — что мы получаем хорошую производственную базу на одном из самолетостроительных заводов, где, обладая высокой технологической культурой, переходят на мирную продукцию.