Чтение онлайн

Тело потряхивает. Именно сейчас понимаю, почему женщины вешаются на него, готовые без слов подчиняться, лишь бы оказаться с ним в спальне.

Божественно. Ради такого секса можно стать даже миллионным пунктом в его длинном списке.

Павел падает рядом на постель.

Мы оба мокрые, тяжело дышим после бешеного обладания телами друг друга. Ни на секунду не сожалею, что заключила наш с ним договор. Это того стоило. Он того стоит.

Давно я так не терялась в оргазмах, давно не отдавалась мужчине без единой разумной мысли в голове, подчинённая только его желаниям и движениям.

Но уверена, мы только начали.

Лишь приступили к исполнению договорённостей. Чувствую, что моя необдуманно брошенная фраза про временные ограничения заставит Павла доказывать как минимум несколько раз, что я не права.

О да! Он докажет, трахая меня снова и снова, чтобы ножки свести утром вместе не смогла.

Лежим в тишине, совершенно не понимая, что можно сказать друг другу. Да и зачем слова? Каждый из нас здесь, потому что мы оба этого хотим.

Поднимаюсь. Топаю в душ, чтобы расслабиться под струями расслабляющей воды. Я же не его женщина, нежностей ждать не стоит. Каждый сам за себя. Открываю воду и стеклянные стенки тут же становятся мутными от пара, скрывая моё тело в облаке дыма. Кажется, каждая клеточка функционирует на грани возможного.

Неожиданно в душе становится меньше места, потому что большое тело за моей спиной вторгается в не такое уж большое пространство. Вода пропадает.

– Сбежала? А меня позвать? – прикусывает за мочку уха, поглаживая животик.

– Каждый сам за себя.

– Не сегодня, Виктория.

Широкие ладони перемещаются на грудь, захватывая в плен соски. Перекатывает между пальцами горошины, и они тут же реагируют, становясь острыми иголочками в умелых руках. Рвано выдыхаю, готовая снова получать его ласки. Ладонь медленно скользит вниз, ныряя между складочек. Два пальца врываются в горячее лоно, начинает интенсивно ими двигать. Долбит меня грубо, жёстко, но я умоляю, чтобы жадная пытка не прекращалась.

Бессвязно выкрикиваю, чтобы не останавливался, продолжал – глубоко, насколько это возможно. Сама насаживаюсь на его пальцы, двигаюсь навстречу. Кончаю через несколько минут, растворяясь в его руках. Бьюсь в конвульсиях, хватаясь за скользкие стенки, ищу опору, чтобы позорно не сползти на пол.

Разворачивает меня к себе. Целует, практически насилует мой рот, вырывая новые стоны. Хочу ещё. Сегодня мне всего мало, или это потому, что он готов дать мне в разы больше.

Опускаю глаза, рассматривая толстый член, увитыми синеватыми канатами вен. Он возбуждён, а от вида толстой головки, открывающейся от моих плавных движений, облизываю губы, словно смотрю на желанное лакомство.

Что со мной? Никогда не была в восторге от оральных ласк, но сейчас страстно желаю ощутить эту толщину на языке.

Артов ловит каждое моё движение. Мы друг друга понимаем. Наши желания совпадают, сегодня, как никогда.

– На колени, – хрипит, чуть надавливая на мои плечи в нетерпении.

Его член почти упирается в мои губы. Нетерпеливо подрагивает, жадно подскакивая перед глазами.

Обхватываю ладонью, с жадностью провожу по возбуждённой плоти, представляя его вкус на языке. Лишь слегка облизываю головку, чем вызываю тихий стон у Артова. Двигаюсь спиральными движениями, заглатываю большой член глубже, посасывая и втягивая в рот.

Двигаюсь, ускоряясь. Обхватываю его бёдра, впиваясь ногтями в ягодицы, словно притягивая его к себе ближе, желаю его глубже.

– Расслабь горло, – проводит пальцами по шее. – Я сам…

Тяжёлая ладонь опускается на мой затылок, фиксирует положение, которое его больше всего устраивает сейчас. Начинает двигаться сам, сначала медленно, входит всё глубже, пока не начинаю чувствовать, как толстая головка упирается в глотку.

Стону, кайфую от происходящего. Тело подрагивает, словно сейчас Павел трахает меня между ног, а не в рот. Снова завожусь, в них живота опускается горячий ком, разрастаясь, подводит меня к очередному оргазму.

– Опусти пальчики, кончи вместе со мной…

Послушно опускаю руку, касаясь клитора, двигаюсь ему в унисон в гонке возбуждения.

Павел ускоряется, вгоняя член в мой рот до основания. Глубоко и жёстко, но так возбуждающе остро. Долбит с невероятной скоростью, прижимая, не даёт отстраниться.

Послушно принимаю его полностью – толстый и мощный, он двигается безостановочно. Губы натянуты до предела в тесном захвате горячего ствола.

Артов хрипло стонет, не глушит звуки, отдаётся полностью происходящему. Упирается свободной рукой в стену душевой, словно боится упасть от напряжения, от того бешеного темпа, который сам же задал нам обоим.

Член бьётся в глотку, становится ещё толще, пульсирует. Входит до конца и замирает, взрывается горячими потоками спермы в мой рот. Дёргается, отчего я кончаю с членом во рту, снова разлетаясь на миллионы острых осколков.

Павел громко стонет. Слышу маты вперемешку с нежностями и еле слышным шёпотом – неразборчивым, непонятным.

Его ладонь по-прежнему с силой сжимает мой затылок. Кажется, он не в состоянии разжать пальцы, замирает во мне.

Медленно отстраняется, наконец, выпуская из жёсткого захвата. Перед глазами кружат чёрные мушки. Не могу сфокусироваться на мужчине и обстановке вокруг, словно на пару минут вовсе отключилась.

Хватает под локти, резко поднимая меня. Павел плывёт, мутный взгляд и довольная улыбка выдают все слабости этого мужчины. Вот что тебе, оказывается, нравится?

Подхватывает мою ладонь, подносит к губам те самые пальчики, которыми я себя ласкала. С жадностью поглощает, слизывая мой вкус. Не разрывает взгляд, наблюдая за моей реакцией. Рвано выдыхаю, снова облизываясь.

– Горячая. Мне с тобой хорошо. Очень, – дышит в губы, впечатывая в своё тело с силой. – И почему я раньше с тобой не договорился?

– Может, потому, что ошибочно договаривался с двадцатилетними девочками, для которых сосать мужской член означает наивысшую степень унижения? Не понимают, что и с членом во рту можно кончить не менее ярко.

– Это был риторический вопрос, – стонет.

– Ты не предупреждал, – равнодушно пожимаю плечами и выхожу из душа.

Павел остаётся, подставляя большое тело под струи воды. Вхожу в полутёмную комнату, замечая, что экран телефона только-только потух. Забираюсь на кровать, встаю на колени, чтобы дотянуться до аппарата посмотреть, может, Рита что-то написала.