Чтение онлайн

Ему нужно было выговориться, и о своих планах он рассказывал с таким же удовольствием, с каким прежде посвящал в них Филиппу. Пожалуй, она сама чем-то походила на его бывшую жену, эта молодая вдова. С ней тоже было уютно и легко. Она, как и Филиппа, стояла у него за спиной и смотрела на карту, которую он извлек из кармана. Показав ей маршрут к предполагаемой земле, он обернулся и обнял ее.

Она поддалась, села к нему на колени, ласково улыбнулась: слишком долго жила одна.

Он поцеловал ее, она ответила.

В этот день в жизни Кристобаля произошло два события: он был принят у королевы, и у него появилась любовница. Вообще, все складывалось удачно. О Диего он мог не беспокоиться, тот воспитывался в монастыре Санта-Мария-де-ла-Рабида. Кристобаль даже поймал себя на мимолетном желании перестать мечтать о будущем и довольствоваться настоящим.

Позже Беатрис Аранская сказала:

– Послушай, чего ради тебе возвращаться в свой безлюдный дом? Живи у меня. Мы хорошо проведем время, оставшееся до следующего вызова к королеве.

После ухода Талаверы и Беатрис де Бобадиллы Фердинанд раздраженно махнул рукой.

– Пустые мечты, фантазии, – буркнул он. – У нас нет денег на утопические проекты какого-то проходимца.

– Вообще-то, он просит не так уж много, – заметила Изабелла.

Фердинанд резко повернулся к ней.

– Если у нас что-то есть, то это – на священную войну против неверных! Сейчас мы можем диктовать свою волю Боабдилу, наше положение позволяет рассчитывать на окончательную победу над маврами – не хватает только денег на ведение решительных боевых действий… Между прочим, ситуацию в Арагоне тоже нужно учитывать, там наши дела идут отнюдь не лучшим образом. Если бы я не отдавал все силы на борьбу с неверными и еретиками, я бы уже давно стал полновластным хозяином всего средиземноморского побережья Испании! Во всяком случае – отвоевал бы земли, которые у меня отняли французы.

– А если этот человек поедет во Францию? – спросила Изабелла. – Ведь там он тоже может попросить денег на экспедицию.

– Пусть едет! Посмотрим, что из этого получится.

– А вдруг он окажется прав? Тогда наши соперники извлекут великую пользу из его открытия.

– Никакого открытия не будет. Этот человек – мечтатель.

– Возможно, – сказала Изабелла. – Но я все равно созову комиссию.

Фердинанд пожал плечами.

– Ради Бога, это делу не повредит. Кто ее возглавит?

– Талавера. Я ему доверяю.

Фердинанд улыбнулся. Если комиссию возглавит Талавера, то в результатах ее работы можно не сомневаться.

Талавера занимал место во главе стола. По обе руки от него сидели все, кому предстояло помочь ему в принятии решения.

Перед ними стоял Колон. Он с жаром отстаивал свой проект, показывал карты, которые принес с собой, однако о самых важных деталях не упоминал – слишком хорошо помнил коварство португальского епископа.

Наконец его отпустили, и члены комиссии приступили к обсуждению услышанного.

Первым заговорил Талавера:

– Меня он не убедил. Странно, что он сам верит в свои фантазии.

К нему тут же повернулся кардинал Мендоза.

– Я бы не рискнул называть фантазиями предметы, существование которых не опровергнуто практическими исследованиями.

Талавера задумчиво посмотрел на кардинала. Глава испанской католической церкви, в последнее время тот принимал такое заметное участие в государственных делах страны, что втихомолку его уже начали называть третьим королем Испании. Сейчас создавалось впечатление, что Мендоза встал на сторону этого чужеземца, Кристобаля Колона. Могло ли это как-нибудь сказаться на его положении при дворе? Рьяный приверженец христианской веры, Талавера считал что при всех своих неоспоримых достоинствах и талантах кардинал все же представлял опасность для Кастилии. В частности – для инквизиторов, которых Мендоза явно недолюбливал. Нет, к противникам святого трибунала он не примкнул. Просто отвернулся от одержимого воинства Томаса Торквемады и целиком посвятил себя заботам о государстве.

Отец Диего Деза, доминиканец и член этой представительной комиссии, также вступился за Колона.

– В этом человеке видны целеустремленность и решительность, качества, безусловно, похвальные, – сказал он. – Думаю, ему известно больше, чем он нам поведал. Если оказать ему поддержку, то он по меньшей мере проложит новые морские пути – а может быть, и в самом деле откроет новые земли.

Помолчав, Талавера сказал:

– Все его доводы попахивают ересью, таково мое мнение. Будь это угодно Богу, Он уже давно дал бы нам знать о землях, лежащих по ту сторону Атлантики. Откуда у этого искателя приключений такая уверенность в том, что он не ошибается? Считаю, было бы не лишне вызвать его в святой трибунал для допроса.

Мендоза тихо содрогнулся. Нет, только не это, подумал он. Ни один человек не выдержит пыток, практикуемых в инквизиторских тюрьмах, – ни один, даже этот смельчак, отважившийся приехать со своим проектом в такую страну, как Испания. А если и выдержит, то все равно уже никогда не выйдет в море, станет калекой… И, кстати, где гарантия, что его картами не воспользуются другие державы? Талавера этого не понимает и никогда не поймет. Таким ничего не растолкуешь, только себе и своему делу навредишь.

Впрочем, мысленно проклиная Талаверу, он не мог не порадоваться за Колона: возглавляй комиссию Торквемада, участь этого незадачливого мореплавателя была бы предрешена. Да, хорошо, что святейший приор уже второй месяц свирепствует в Арагоне, откуда в Кордову так быстро не доберешься. С нынешним сравнительно миролюбивым духовником королевы Мендоза все-таки находил общий язык, а потому сейчас решил, что из двух зол нужно выбирать меньшее. Пусть Талавера получит свое, пусть гордится своей властью и невежеством. Нужно согласиться с ним, а потом с глазу на глаз переговорить с королевой. Талавера вполне удовлетворится тем, что сэкономил на экспедиции, и с чувством выполненного долга вернется к своим прерванным обязанностям. Тогда он уже не будет играть никакой роли в деле Колона.

Переглянувшись с Дезой – тот чуть заметно кивнул, – Мендоза встал и заявил о своем согласии с доводами Талаверы.

Остальные члены комиссии с готовностью последовали его примеру, и в тот же день результаты их работы были представлены правителям Испании. «Всесторонне рассмотрев предложение Кристобаля Колона, комиссия пришла к выводу о нецелесообразности финансирования его проекта. Земли, указанной членам комиссии, в природе не существует и существовать не может, а потому все попытки добраться до нее морским или любым иным путем неминуемо закончатся неудачей».