Исповедь игрушечного пилота
Шрифт:
На Алтай, к брату. Говорят, там солнце еще появляется.
А как же присяга?
Я присягал своей Родине, старший прищурился. А из этого бункера столько народу сбежало, что я уж и не знаю, кого мы там непорчеными бомжами кормим. Может, ты знаешь?
Никто не ответил.
То-то и оно. Так вы со мной?
Глава 40
Он открыл глаза.
Темно. Тихо.
Память работает четко.
Там, на берегу, он принял из рук чужака флягу. В этом состоял его последний прокол. А до того был катер, прокол предпоследний. Они же сказали, что их четвертый подвернул ногу и поэтому не может идти. А если бы он не подвернул ногу, то что бросили бы катер у берега и ломанулись за ящиками всей толпой? К тому же, этот четвертый совсем не хромал Хотя там, на берегу, ему все равно не дали бы уйти. Выбор существовал чуть раньше, когда прибежал подгоняемый страхом Лысый. Да, в тот момент он тоже мог спрятаться если, конечно, намеревался остаться на развалинах навсегда.
Влад закрыл глаза. Снова открыл. Попытался пошевелиться Не удалось даже поднять голову. Съежившись, он дернулся всем телом. Боль в запястьях Он к чему-то привязан. В каком-то помещении. И это все, что на данный момент можно установить. А если покричать?.. Нет. Слишком уж многоходовая комбинация была разыграна для того, чтобы он здесь оказался. Поэтому крик вряд ли существенно повлияет на общий расклад.
Он всматривался и вслушивался в окружающее пространство. Порой казалось, что темнота густо населена какими-то тенями. И еще шорохами. Но нет, если бы все это было реальным, то обязательно во что-нибудь переросло, а так
Видимо, он задремал. Потому что неожиданно вспыхнувший свет ударил приглушенно, через веки.
В помещении кто-то двигался. Свободно, не таясь.
На долю секунды Влад открыл глаза, но успел увидеть только штук пять ярких ламп против своего лица.
Уже проснулся? раздался слева мужской голос. Быстро ты отошел. Слышишь меня?
Слышу.
Это хорошо, что слух есть. А что еще и голос, так это не очень. Твоим предшественникам приходилось вон рты заклеивать.
Незнакомец отвернул лампу, и Влад смог немного разглядеть его. Двойной подбородок. Усы. Очки. Белый халат и шапочка.
Итак, продолжал незнакомец. Начнем с самого начала. Ты здесь для того, чтобы послужить науке. Где мы находимся и кто я такой, тебе знать не обязательно. Я в религию не верю, поэтому можешь считать меня в отношении своей персоны высшим разумом. А служить ты будешь в качестве объекта экспериментов. Во-первых, меня интересуют изменения, которые происходят с организмом, пережившим ядерный взрыв. Во-вторых, надо будет испытать ряд лекарственных препаратов.
Яркий свет резанул по глазам.
Слушай, этот хмырь вроде как наклонился ближе. Ты почему лежишь так спокойно? От таких вот спокойных и есть все неприятности. Давай-ка лучше я сразу тебе рот заклею.
Сволочь! Присобачил от уха до уха широкий пластырь, тщательно его разгладил, похоже, пинцетом. Знал, гад, что может без пальца остаться!
Пойми, ничего личного. Меня не интересует даже твое имя. Здесь ты всего лишь организм. Все равно умер бы там, на поверхности. А тут ты нужен мне живой, в хорошем состоянии. Это ведь я приказал наружной охране доставить кого-нибудь с развалин целым и невредимым. И я буду ухаживать за тобой, кормить, колоть витамины. Так что оцени по достоинству степень моей доброты! И если станешь себя хорошо вести, то после всего я дам тебе возможность рассказать свою жизнь. Облегчить, так сказать, душу. Мне-то это ни к чему, это тебе больше надо будет. А потом, напоследок, и ты мне удовольствие доставишь. Я ведь тоже свои слабости имею. Люблю, знаешь ли, наблюдать, как из человека жизнь уходит.
Ослепляющий свет погас.
Тот же голос раздался уже с расстояния:
Отныне тебя зовут объект номер четыре. Это потому, что перед тобой были еще три. Все они послужили науке, и тебе предстоит то же самое. Так что пока отдыхай, набирайся сил.
Щелкнул замок. Некоторое время темнота сражалась с радужными кругами перед глазами. Победила.
Ну что, Влад? Не хотел ты кончаться по-легкому. А ведь столько возможностей было! Теперь вот смерть решила допросить тебя с пристрастием. Все еще куда-то стремишься? Все еще не смирился с тем, что твоей жизни больше нет?
Он попытался приподняться опершись на лопатки Раскачаться бедрами Выдохнуть, сжаться даже мысленно и резко на бок Черт! Как хитро его примотали! Голову, грудь, живот, еще колени, кажется Собравшись, он дернулся что было сил! Что-то скрипнуло. И, похоже, не у него внутри. Он полежал, потом повторил движение. Да, скрипело то, к чему была привязана левая рука. Или то, чем она была привязана
Подожди, Влад, так нельзя! Даже если б ты мог дышать ртом, все равно не стоит превращать это дело в механическое трепыхание. Ты должен каждое свое движение совершать так, будто на его пути ничего не стоит. Дерни рукой в полной уверенности, что она подскочит и ударит тебя в подбородок! Еще! Еще! Каждый раз как первый!
Через какое-то время кисть левой руки стало ломить. Потом заныло плечо
Отдохни, Влад. Только не усни! И не надо думать. Ни в какую сторону не надо! Отдохнул? Тогда давай, дергай руку. Дергай! Еще раз. Еще Теперь полежи спокойно. А сейчас со всей дури!!!
Он рванулся и похолодел. Показалось, что кисть сдвинулась. Совсем уж жуткой боли не было, значит Точно, свободный ход левой руки увеличился! Вывернув плечо, он начал дергать локоть назад. Тут уж можно как рыба на крючке, в естественном порыве жажды жизни
Есть!!!
Спасибо вам, родные объекты номер один, номер два и номер три! Ваши усилия тоже здесь были!
Теперь надо действовать быстро. Если застукают в таком положении, то второй попытки уже не дадут!
Он сорвал со рта пластырь. Освободил голову. Пальцы левой руки слушались плохо, поэтому с правой провозился долго. Всего лишь кожаные ремни с металлическими застежками а какова цена вопроса!