Чтение онлайн

— А чем вы себе бороду обожгли? — Резко сменив тему разговора, спрашиваю я.

Все присутствующие дружно осуждающе посмотрели на меня и перевели заинтересованные взгляды на того гнома.

— Э–э… Кислотой. — Сильно стушевавшись, ответил тот.

— Вы её в следующий раз не кипятите, некоторые кислоты даже стекло разъедают. — Наставительно говорю и для большего эффекта грожу пальцем.

Да уж! Эффект получился. Секунд пять шестеро серьёзных гномов пытались удержаться, но не выдержали и дружно расхохотались. В комнату заглянул Торин, вопросительно посмотрел на смеющихся, казалось бы, очень серьёзных гномов и решил не рисковать — мало ли что могло рассмешить?

— Хорошо, буду в следующий раз осторожней!

— Кстати, мы так и не разобрались в составе зелья.

— Успокоившись, сказал маг.

— Ничего сложного. Самое горькое усыпительное и самый мерзкий общеукрепляющий состав.

Вопрос, непонимание, недоумение, разом отобразились на лицах собравшихся лекарей.

— Зачем?

— Ну, во сне силы легче восстанавливаются.

— Это понятно, зачем горький и мерзкий?

— В профилактических целях — когда лекарство отвратительное, то и болеть не хочется. — Разъясняю свою мысль.

Это опять вызывает веселье. Наверное, каждый представил какой ещё полезной гадостью можно поить особо назойливых больных. Смех опять привлёк внимание хозяина дома. Торин смело вошёл в комнату и поинтересовался, чего все смеются, он тоже хочет. Ему доступно объяснили, что причина веселья связана с чисто профессиональными проблемами. Так как ситуация стала очень радостной, то самое время её чуток ухудшить.

— Я хочу побывать в «горячей штольне», но не знаю, где она находится. — Серьёзно говорю, не обращаясь ни к кому конкретно.

Веселье сразу прервалось.

— Туда проход свободный, но вообще–то нужно получить разрешение короля. — Первым отреагировал гном–травник с подпалённой бородой.

— Зачем тебе туда надо? — Хмуро спросил маг.

— Потому, что надо. — Пожимаю плечами. — Я вполне могла добраться до столицы с караваном и найти себе жильё до весны. Но я пришла сюда потому, что надо.

Гномы замолкли, обстоятельно обдумывая мои слова.

— Хорошее объяснение. — Серьёзно ответил маг. — Надо, значит надо. Я сейчас напишу королю и пойдём.

Вот так, возьмёт и просто напишет. К королю здесь относятся как–то слишком просто, но при этом очень уважают. Письмо взялся отнести Торин, а мы: я, пятеро травников и маг, сразу отправились к «горячей штольне». Она распложена на минус первом уровне, самая юго–восточная отвилка от основного туннеля идущего внутри горной гряды. Гномы, уже лет триста, строят туннель внутри горы, желая соединить одной дорогой без выхода на поверхность все кланы, которые обитают в этой гряде. К слову, таких кланов целых пять, ещё есть с десяток мелких поселений, занимающихся заготовкой продовольствием и торговлей подземными ископаемыми.

Пока мы шли, маг рассказал историю появления штольни. Сто пятьдесят три года назад решили сделать боковой отход от основного туннеля, но очень скоро гномы, работающие в том штреке, стали заболевать слабостью крови, появились открытые язвы, начали выпадать зубы и волосы. Маги, конечно, обследовали опасное место, но всё, что могли — это сделать заключение о крайней опасности штрека. Подобное встречалось и раньше, хотя и редко, но почему–то до сих пор не придумали метода определения таких опасных мест. Лучевую болезнь на ранней стадии лечили запросто, в остальных случаях могли только облегчить страдания. Радиацию здесь воспринимали как проклятие горного духа, да и про радиацию как таковую, никто даже не догадывался. Однако, если судить по недавним событиям, кто–то серьёзно занимается этой проблемой, или просто нашёл практическое применение. Последнее более вероятно, иначе бы пришли покупать официально.

Добирались больше трёх часов. За это время прошли наискось четыре уровня сверху вниз. По пути встретилась уйма гномов разного роста и возраста. Гора напоминала громаднейший улей, а гномы пчёл. Все заняты делом. К слову, чиновники или бродяги не встретились ни разу.

Даже завидно. Общая численность наводила на вопрос, как гномы решают вопрос продовольствия.

— Можно и камень зачаровать и превратить в еду, но это же не выход.

— Знаешь, этим вопросом задаются только очень умные люди. — Не то чтобы похвалил, но благосклонно признал седой травник.

— Продовольствие, покупаемое наверху, в нормальной ситуации вполне хватает всему клану. Однако кроме этого мы выращиваем грибы и ещё некоторые растения в наших подземных плантациях. Разводим специально выведенных улиток, ящериц. И, конечно же, заготавливаем продукты впрок. — Доброжелательно ответил маг.

— А посмотреть можно? — Мне стало очень интересно глянуть на эти подземные плантации грибов.

— Конечно, можно прямо сейчас.

Гм? Похоже, им не очень хочется идти к той штольне. Чего они опасаются?

На последнем спуске вниз наша группа встретилась с королём и его сопровождением. Два обязательных охранника, один маг, Торин и древний седой гном, вероятно советник. В результате перед лифтом собралась толпа. Такое собрание важных личностей, естественно привлекло внимание, и куча заинтересовавшихся происходящим гномов, стали собираться чуток в стороне, ожидая, что же будет дальше.

Ничего интересного не произошло. Гномы, пришедшие со мной, слегка поругались с королём на тему, что ему не следует ходить в такие опасные места. Тот, в свою очередь, очень культурно послал их в другие места, не очень опасные, но очень отдалённые, пояснив, что ему тоже интересно.

К опасному участку мы пришли спустя час. Древняя штольня была глухо закрыта стальной дверью, но замка на ней не было. Заходи, кто хошь — бери, что хошь… Балгран согласно кивнул, действительно непорядок. Освещение отсутствовало, что впрочем, ожидаемо, но темнота была ненастоящей, как будто переливались светом едва заметным для глаз. Черед два десятка шагов появилось чувство опасности, слабое, тем не менее, очень настойчивое. Попросив подождать здесь, отправляюсь дальше в одиночестве. В сознании проскакивают обрывки страха перед радиацией. Я непроизвольно замедляю шаг. Совершенно неожиданно, сзади, раздаётся удивлённый гул голосов. Поворачиваюсь посмотреть, что случилось. Вроде ничего?