Чтение онлайн

Когда вращается большая планшайба, кажется, что идет круг на сцене с установленными декорациями к пьесе о геологах. Установка и закрепление деталей, их центровка требует тут большой физической силы. Когда подручные и главный карусельщик таскают тяжелые кубари и зажимы, когда затягивают огромные болты, пот льет с них градом в самом не декоративном значении этого сравнения. Резцы тоже трудно устанавливать: весит такой резец 10—15 килограммов, рабочий забирается с ними на мостик, потом спускается сверху на деталь — практика для альпинистов. Зато после, когда станок пущен и все в порядке, нужно только следить, чтобы не нарушался режим работы.

— Я специально сюда подручным попросился, — говорит Олег Герасимов. — Заниматься можно. Я в институте на вечернем учусь. Особенно в ночную смену хорошо: сиди, читай…

Карусельщик в этой смене Демидов Павел Михайлович, невысокий, крепкий, темноглазый, сквозь полосы металлической пыли на лице просвечивает румянец. На вид ему можно дать лет тридцать пять, на самом деле ему сорок восемь. Он депутат горсовета, вообще человек, активно относящийся к окружающему. Особенности работы на девятнадцатиметровой карусели позволяют Демидову сочетать производственную деятельность с общественной, ибо свободного времени как такового у рабочих тут нет: карусель, опять же по той самой причине отсутствия «подпора» у заводских ворот, работает в две смены, по двенадцать часов. Что делать, турбины выпускать надо…

— Так что какой уж тут спорт! — говорит мне, усмехаясь, Павел Михайлович. На мысль о спорте меня навела его подтянутая крепкая фигура и моложавость. — С работы — и на работу… Раньше да, увлекался. — Слазив наверх и чего-то там посмотрев, он снова возвращается к столику и продолжает: — Учиться надо было, сейчас так себя ругаю! И возможности были. Вон Богданов тоже когда-то работал на этой карусели, сейчас начальник участка… Кончил курсы мастеров, техникум. А я дурака провалял!

Я возражаю, что Владимир Степанович Богданов, хотя и помоложе Давыдова, выглядит гораздо старше: ответственность, нервы… А тут особой ответственности нет, опора под ногами твердая, а зарплата повыше, чем у Богданова. Карусельщик получает рублей триста, а то и больше. Подручные получают по сто двадцать, сто пятьдесят рублей.

— Все верно, — отвечает мне Давыдов. — Только Богданов восемь часов отработал, руки вымыл — и гуляй. Субботу тоже свободен, а мы работаем.

Если дело только за этим, то Василий Кузьмич со своим сменщиком или Малышев — тоже восемь часов отработали, руки вымыли (особенно если новую раздевалку с хорошим душем построят) — и свободны. Субботу они тоже гуляют. Станки у них не уникальные, обычные, работают в две смены, по восемь часов. Получают же они более чем по двести рублей — выше, чем зарплата мастера, рядового технолога или конструктора. Живет Василий Кузьмич в пригороде, возле дома у него садик, огород.

— Раньше все окрестные леса наши с женой были! — говорит Василий Кузьмич. — Ягоды, грибы первые, все… Сейчас вот ноги болеть стали, плохой я стал ходок.

Другое дело, что у Демидова есть вкус к организаторской, руководящей работе. В горсовете им не нахвалятся: ни одной просьбы, ни одной жалобы без ответа, без разбора не оставлял, по собственной инициативе ревизии в магазинах делал — общественный деятель, руководитель по призванию. Но и тут, выходит, весь вопрос упирается в рабочие кадры, в нормальную сменность, в вопрос затянувшейся авральности…

Эту длинную цитату я взяла из книги «Проблемы профессиональной ориентации в СССР и за рубежом», изданной Всесоюзным научно-исследовательским институтом профессионально-технического образования в Ленинграде в прошлом году.

Долгое время такое важное дело, как профориентация, у нас было пущено на самотек, сейчас этим начинают заниматься, но в раскачку, главным образом на общественных началах, дилетантски. А проблема из важнейших, решение ее отлагательства, увы, не терпит. Судя по библиографии, которая приводится в вышеуказанной книге, проблемами этими занимаются в Париже и Лондоне, в Вашингтоне и Дрездене — во всех высокоразвитых странах сейчас встает на повестку дня проблема кадров в специфических областях промышленности.

Я разговаривала в ленинградском горкоме партии с заведующей отделом школ Ниной Михайловной Макаровой. Надо сказать, что ленинградский горком много сделал для того, чтобы перевести проблему профориентации молодежи с рельсов дилетантских, типа благих пожеланий «надо, надо!..», на рельсы практические. Был создан координационный совет, в состав которого вошли профсоюзные, советские, комсомольские, хозяйственные работники, ученые, учителя, журналисты и т. д. При каждом райкоме комсомола созданы консультационные пункты с психологом, врачом, консультантом-специалистом и т. д., созданы опорные экспериментальные школы, горком настоял, чтобы в план научных работ педагогического института имени А. И. Герцена и в планы ленинградского университета были включены работы по проблемам профориентации. Нина Михайловна рассказала мне, что в Ленинграде есть великолепные профессионально-технические училища, которые по подбору преподавателей и постановке обучения не уступят любой десятилетке. Однако новых училищ строится пока мало, кроме того, нет и хорошего проекта зданий для профессионально-технических училищ. Трудно разрешима и проблема кадров преподавателей-специалистов. Почему, например, из одной, не специальной школы выходят историки, из другой — биологи, из третьей — математики? Выясняется, что было влияние талантливого педагога-предметника. Вот и для спецпредметов в техучилищах тоже необходимы кадры таких талантливых профессионалов, которые были бы не только мастерами своего дела, но и умели бы передать ребятам любовь к работе.

Все это правильно, только мне хочется напомнить, что в конце двадцатых и в начале тридцатых годов тоже велась широкая кампания по профориентации, однако потом это движение дискредитировало себя так, что в ближайшие двадцать лет никто не хотел, чтобы его даже заподозрили в причастности к нему. Проблема эта очень сложная и тонкая, важно не допустить, чтобы к ней под шумок прилепились вездесущие люди с холодным сердцем, но бойким пером и языком…

Первый поезд.

Подготовка трассы.

Памирка.

Перекур на дороге жизни.

Посадка.

На океанском берегу.