Чтение онлайн

Между тем Клэр сидела не шевелясь, как заколдованная, и рассматривала знакомую ей уже карту «таро». Конверт, в котором она была прислана, валялся на столе, рядом с отчетом о вскрытии. На ней изображена Ее Высокопреосвященство — женщина, занимающая папский престол. Эта карта — вторая по старшинству в магической колоде, популярной среди оккультистов. Она предупреждает человека, чтобы он, в конкретных обстоятельствах, полагался на интуицию, а не на рассудок. В то же время эта карта звала Клэр в таинственный мир, где бродит в потемках ее сестра-двойняшка, обуреваемая страхом и ненавистью. На сердце Клэр лежала тяжесть: Констанция, прослышав про страшное загадочное убийство, хочет видеть свою сестру. Клэр, вложив карту обратно в конверт, спрятала его в сумку, а затем принялась изучать распечатки, которые ей дал Редиваан. Должно же быть в этом убийстве какое-то скрытое значение.

Наутро Клэр решила на время отвлечься от мыслей о Чарней Сванепоэль. Сегодня в центре ее внимания — Натали Мванга. Втиснув свою машину в транспортный поток, Клэр заняла нужную полосу и поехала на окраину Атлантиса — в местечко, довольно заброшенное. На перекрестках стояли группы молодых людей, надеявшихся — скорее всего, тщетно — найти работу хотя бы на один день. Клэр взглянула на часы: без четверти десять утра. Да, теперь уже вряд ли кому-либо из этих нищих парней предложат подзаработать жалкие гроши.

Она проехала мимо небольшой фабрики, заколоченной досками, и стала искать улицу Диза. Ага, вот она. Теперь остается найти Центр реабилитации женщин и детей, подвергшихся насилию. Уже миновав неприметный дом, Клэр сообразила, что, судя по окнам, затянутым стальной проволочной сеткой, это и есть тот самый Центр. Она припарковалась под деревом, согнувшимся пополам от непрестанного ветра. Навстречу ей вышла высокая женщина.

— Добро пожаловать, я Шазнеем, — сказала она, заграбастав огромными ручищами тонкую руку Клэр. Ее имя, звучащее как музыка, не вязалось с седыми, коротко остриженными волосами и поношенной курткой заправского байкера. — Мы ждали вас, доктор Харт. — Шазнеем обняла Клэр за плечи и повела, как покорную овечку, к желтой входной двери. Искоса взглянув на внушительную фигуру своей новой знакомой, Клэр сразу же почувствовала себя в полной безопасности.

— Сначала побеседуем в моем офисе, — сказала Шазнеем, открыв дверь с табличкой «Директор Центра». Под табличкой нарисована кокетливо-цветистая бабочка. — А потом я проведу вас к Натали. Она уже ждет вас.

Директриса усадила Клэр и с удивительной для своей комплекции грацией проскользнула к письменному столу. Выглядела она величественно, словно королева амазонок. Но когда она достала блокнот и ручку, ее облик изменился. Иллюзия исчезла, и Клэр увидела перед собой очень усталую женщину средних лет, измученную непосильными проблемами.

— Так вот, Шазнеем, что вы можете сказать по поводу поставок живого товара? Такие вещи действительно происходят или это просто слухи? — спросила Клэр под аккомпанемент тихого жужжания своего маленького диктофона.

— Все так и есть, и все об этом прекрасно знают. И с каждым годом ситуация усложняется. Мы знаем многих женщин и совсем молоденьких девушек, которые прошли через этот ад и потом обратились за помощью к нам. Причем это лишь верхушка айсберга. Но как все это доказать? — голос Шазнеем дрожал от возмущения. — Ведь многие девушки сами обрекают себя на муки. Их никто не похищает. Они бегут из своих стран, спасаясь от бесконечных войн и беспросветной нищеты, потому что здесь им обещают лучшую жизнь. И они этим обещаниям, конечно, верят. Их можно понять. Но, к несчастью, в нашей стране нет законов, которые могли бы их защитить. Гангстеры, занимающиеся этим преступным бизнесом, практически ничем не рискуют, а деньги зарабатывают огромные.

Конечно, подпольная торговля оружием или наркотиками тоже приносит прибыль, но этот бизнес связан с коммерческим риском, да и полиция без особого труда может проследить всю цепочку сделок и выйти на главных преступников. А вовлечение в проституцию женщин и даже детей — какой здесь риск? И какие затраты? Купил девушке билет на самолет или оплатил такси — вот и все. Ну, взятку кому надо дал. Но это ведь семечки! — Шазнеем разволновалась и лихорадочно пила воду.

— У вас есть какие-либо доказательства? — поинтересовалась Клэр.

— Таких, что можно было бы предъявить в суде, нет. Эти несчастные женщины слишком запуганы. Никто из них не решится выступить в роли свидетеля или давать показания как потерпевшая, — в глазах Шазнеем сверкнула ярость. — Я хочу предупредить вас, Клэр: будьте осторожны, — продолжила она, понизив голос. — Не знаю, связано ли это с вашим расследованием или нет, но… В общем, вчера сюда приходили трое мужчин. Они искали Натали. Сказали, что они ее братья.

Клэр побледнела.

— Откуда они узнали, что она здесь?

— Вот это действительно странно. Ведь у Натали нет никаких братьев. А эти подозрительные типы пронюхали, что она здесь. Значит, им кое-что известно о ваших планах. И даже не кое-что, а многое. На вашем месте, Клэр, я бы не афишировала свое расследование.

На шее Клэр напряглись вены. В комнате наступило тревожное молчание, контрастирующее с веселыми криками детей, играющих во дворе приюта.

— Ну хорошо. Можно я поговорю с Натали? — сказала наконец Клэр.

Шазнеем встала.

— Ее комната в заднем крыле. Там безопаснее.

Выйдя из директорского кабинета, они пересекли унылый внутренний двор приюта, где не было ничего, кроме детских гимнастических снарядов, которым давно было место на свалке. Там играли два мальчика. Увидев Клэр, они сразу же притихли и не отвечали на ее приветствие, пока Шазнеем их не пристыдила. Затем они вернулись к своим забавам, забыв о неизвестной посетительнице.

Шазнеем постучалась в дверь третью слева.

— Входите, — отозвался приятный женский голос. Шазнеем, открыв дверь, пропустила Клэр вперед.

— Натали, это доктор Клэр Харт, — сказала директриса. — Она снимает фильм о женщинах, попавших в беду. О таких, как ты. — Прежде чем Клэр успела поздороваться, Шазнеем повернулась и ушла.

— Бонжур, Натали, — сказала Клэр.

— Бонжур, мадам. — Натали грациозным жестом указала на стул. Клэр села и молча огляделась вокруг. Слабый солнечный свет, просачивающийся через оконную проволочную сетку, скользил по лицу Натали, слегка деформируя его.