Как достать босса?

Пролог

— Виктория Борисовна, принесите еще одну копию документов по завтрашней сделке, а потом созвонитесь с Климовым, согласуйте точное время встречи. Черкасова, увы, в ближайшие дни, не будет, придется нашему заказчику довольствоваться моим пресным лицом.

— В тринадцать ноль ноль? Еще какие-то указания?

— Нет, благодарю вас.

Я временно затесался в кабинете Черкасова, чтобы не переносить основную часть бумаг ко мне в кабинет. Не люблю смешивать разные направления, да и порядок важен во всем. Внимательно просматриваю условия договора, но изредка не забываю смотреть на часы. Скоро девять, сегодня понедельник. Парни из охраны молчат, это меня удивляет. Неужели не придет? Сомневаюсь, птичка слишком гордая, чтобы спустить все на тормозах. Хельга обязательно появится в стенах этого огромного здания, время икс уже настало. Буквально вчера вечером возванивался с Ириной Анатольевной. Хорошие новости всегда приятно слышать, а когда человеку помогло, вдвойне приятно. Понимаю, что зашел на взлетную полосу с козырей, но никто не обещал, что с юной, дерзкой особой будет все легко и просто.

Не исключено, что когда-то буду гореть в аду за свои очередные хитро продуманные планы, но это будет не в ближайшем будущем. Желание жить, как никогда, с новой силой вспыхнуло внутри меня. Не знаю, возможно, из-за того, что встретился с напоминанием о прошлом, но дело — дрянь, если я не буду разделять, где это самое прошлое, а где будущее.

Десять лет боли и отчаяния, десять лет каждодневных мыслей о том: а как было бы если… Пора отпускать, окончательно, жить с болью хреново. Тогда, чтобы не рехнуться или не загреметь в психушку пал на работу, полную загруженность. С Черкасовым мы вкалывали, как проклятые, чтобы сейчас быть успешными и респектабельными людьми. Только годы берут свое, в любом случае рано или поздно хочется завести семью, в общем, устроить себе хаос и веселуху на все двести процентов. Вот даже взять и посмотреть на Черкасова. Тот давно слетел с катушек, жену ему подавай. Красавчик, только ленивый до безобразия. И сейчас горячку порет, разорвав брак со своей Лисицей.

— Девушка, вы, что себе позволяете?!

— Если же вы меня сейчас не пропустите к этому извергу, вам мало не покажется.

— Нахалка! — Голос Виктории Борисовны повышается, но пока что держится в рамках.

А я хищно скалюсь, нет, не из-за того, что подобное стены этого офиса несколько месяцев назад слышали, причина одна: пришла.

Готов ли я? Бесспорно. Война началась еще неделю назад, а первый бой должен состояться с минуты на минуту. Я догадывался, в какое болото иду, знал, что меня ждет, и как никогда был готов взять эту сладкую крепость измором. И если при первой встрече мне не удалось получить заветный сладкий приз в свою жизнь, то в ближайшее время я с особенным наслаждением буду смаковать Хельгой, которая последние несколько месяцев незримо не отпускала мои мысли.

В огромный кабинет Черкасова врывается Ольга, следом — Виктория Борисовна. В этот раз лицо женщины перекошено от злости, а от былой уравновешенности не осталось и следа.

— Так вот ты где, Уваров вездесущий! Тебе не жить!

Ольгу вовремя за руку хватает Виктория Борисовна, я вижу, как женщине сложно удержать взъерошенную, а главное — взбешенную гостью.

— Александр Валентинович, тут какая-то сумасшедшая, я не понимаю, как охрана ее пропустила!

— Все нормально, это я разрешил, не переживайте.

— Что?! Не переживать? Да сейчас же можете катафалк вызывать, я его собственными руками угрохаю, и мне ничего за это не будет, сумасшедших только в дурку сажают.

— Александр Валентинович, да она точно ненормальная! Я боюсь ее здесь с вами оставлять.

Виктория не справляется с вырывающейся девушкой, как-то протяжно стонет и смотрит, как эта фурия летит ко мне. Я успеваю встать с кресла и перехватить запястья Хельги, пресекая любые попытки девушки вцепиться тонкими пальцами в мою шею. Бросаю на Викторию Борисовну потемневший взгляд, она понятливая: за считанные секунды исчезает за дверью, на ходу бросая: «Дурдом на колесах». Как я ее понимаю, но суть не в этом сейчас.

Из цепкого захвата пытается вырваться моя птичка, красивое лицо практически без косметики, выглядит девчонкой. Так бы и присосался к этому ротику, но в который раз вспоминаю о том, что эту голыми руками не возьмешь. Не замечаю, как склоняюсь ниже, пытаясь вдохнуть знакомый цветочный аромат. Ольга по-своему воспринимает этот порыв. Девушка ловко ногой наступает мне на туфлю, делая больно. Не смертельно, но чувствую, что синяка не избежать, но впредь я весь предельно внимателен.

— Клешни свои убрал, только прикоснись ко мне.

— Как грубо, Хельга.

— Ольга! Только попробуй повторить!

— И что случится?

— Пренеприятнейшее уже давно с тобой случилось: ты родился.

— Никто пока не жаловался, что я существую.

— И портишь жизнь нормальным людям? Герой! Что, опять почувствовал себя Богом, верша дела, в которые тебя никто лезть не просил?

— Если это полезное дело, то почему его не совершить.

— Да чтобы хорошие дела совершать, нужны мозги и руки из правильного места, одного желания просто мало, понимаешь?

— Бывают оплошности, но человеческий фактор не всегда просчитаешь.

— Что и требовалось доказать! Не умеешь — не берись.

— С похвалами и одами моей персоне разобрались. Теперь к главному, — подмигиваю Ольге, оттесняя ее к столу.

Девушка смотрит мне в лицо так, словно видит гадкую лягушку, столько пренебрежения я не видел ни разу в жизни. Эта врожденная вспыльчивость Хельги действует на меня сродни афродизиака. Она так близко, но в то же время недосягаема.

— Сразу секс и по домам? Так рассчитаться за твою благосклонность?

Никогда не был пошлым с девушками, но ее дерзость вынуждает отвечать в подобном стиле.

— Не люблю спешить, поэтому растянем это удовольствие.

Глаза Ольги готовы стрелять на поражение, но это не столь критично, чем я ожидал.

— Растягивать будешь с кем-то из своих подстилок.

— На попятную пошла?

Вижу, как кожа покрывается пятнами, а ноздри раздуваются. Такая выдерет глаза, переступит и дальше пойдет.

— Денег не хватит на растягивание, долг за операцию покажется тебе каплей в море.

— Тогда в чем проблема? Заначку достану.

— Мажорчик… бабло из ушей вываливается, форсишь?

— Нет, просто говорить пытаюсь по существу, а ты все с ног на голову переворачиваешь.

— Я переворачиваю? Да таких, как ты, за версту видно. Думаешь, поездил по ушам моей матери, оплатил операцию, и тут подарок из кустов: очередная блаженная ноги расставит? Настолько хреновый в постели, что баб покупать приходится? Или это у вас, мажоров, игры такие? Плесенью покрылись, рассиживая в душных офисах, кислорода не хватает для качественной работы мозга? Вали в деревню и паши, на природе и мысли чище, и воздух свежий.