Чтение онлайн

– Батюшка, я вам уже сто раз говорила, что замуж не собираюсь. Не видела я еще того молодца, кто мне подойдет. Он должен быть умным, смелым, красивым. На руках носить. Любить меня. Понимаешь, любить.

– Глупости. Поживете вместе год-другой – слюбитесь. А мне давно пора терем ремонтировать. Да на границе тревожно стало: сила темная, необъяснимая пошаливает; без союзника, хоть плохонького, никак не обойтись. А любовь – она зла...

– То-то от козлов отбою нет.

– Молчать! Вырастил на свою голову. Больно умная стала. Живо замуж, говорю.

– И не подумаю.

– Ах ты супротив отца родного? Так я тебя за первого попавшегося встречного-поперечного отдам! Во! – Берендей ткнул пальцем Саньке в живот. – Самый что ни на есть первый встречный. Назначаешься зятем. Можешь полюбоваться на свою невесту.

– Еще чего. Оно мне надо, – пробормотал кандидат в родственнички, а про себя подумал: «Тут нужно поскорее к себе, в свое время, выбираться, а не семьей обзаводиться».

– Что? И этот спорит! – взвился Берендей. Он начал носиться теперь уже вокруг парня, подпрыгивая и потрясая в воздухе маленьким кулачком. – Бунтовать! В холодную! На дыбу! Четвертую!

Санька, как только на него начинали кричать, моментально ощетинивался как ежик и лез в драку, не разбираясь, кто перед ним. Вот и сейчас он начал тихо закипать: «Черт лысый, орет тут».

Василиса, наклонив голову набок, с минуту разглядывала обоих, затем неожиданно поймала отца за полу халата и медленно, с расстановкой, произнесла:

– Пошли к твоему чуду заморскому. О свадьбе поговорим.

Царь вмиг успокоился и, не взглянув больше на несостоявшегося жениха, быстро засеменил во дворец. Царевна шла рядом и у самого входа оглянулась. К парнишке, продолжавшему стоять столбиком, уже бежал воевода.

– Ты что, сдурел? С самим царем споришь.

– Да я...

– Никаких «я». Скажи спасибо Василисе, отцу глаза отвела. Пошли скорей отсюда, а то он неровен час вернется. Тогда уж никто тебе не поможет. – И он потащил парня прочь со двора, подальше от этого места.

Санька шел, спотыкаясь, ему вдруг захотелось еще раз увидеться с царевной, но Липуня крепкой рукой толкал его впереди себя.

Во дворце по залу слонялся заморский жених. Увидев, что царская семья приближается в полном составе, он расшаркался и расплылся в широкой улыбке.

– Я имею счастье видеть самую прекрасную даму на всем белом свете. Вы даже прекраснее, чем вас описывали. Мне нужна именно такая жена: трудолюбивая и с хорошим приданым.

Василиса медленно подошла к будущему правителю тридевятого государства, ласково посмотрела на него и, нежно улыбаясь, спросила:

– А зачем тебе жабу в жены брать?

Принц вздрогнул и попятился.

– О, мой бог, что такое? Обманули. На портрете, который мне прислали, совершенно другая девица нарисована. А это какая-то уродина. И этот старый скряга в придачу всего полцарства дает? Да целого государства мало, чтобы на ней жениться. – И он со всех ног, спотыкаясь, кинулся к выходу. – Кругом одни жулики. Никому нельзя верить.

Василиса усмехнулась и повернулась к отцу.

– Папуля, гляди. Сбежал женишок-то. И даже попрощаться забыл. Невежливый такой попался.

Царь без сил опустился на трон.

– Горе ты мое, – только и смог он проговорить, глядя на дочь.

Она рассмеялась.

– Значит, не судьба. И я тебя, кстати, предупреждала. Говорила, какой муж мне нужен. Ну а раз желающих на полцарства больше нет, то и я пойду. Погуляю.

Хлопнула дверь, и каблучки царевны застучали по ступенькам. Из-за трона высунулась голова советника.

– Ух и шалунья у вас дочка, – хихикнул он.

– Тебе бы мои заботы, – удрученно вздохнул Берендей.

Он и не подозревал, как был близок к истине.

Царская дочь оставалась одной из самых больших головных болей Хряка. Еще задолго до того, как ему в голову втемяшилась бредовая идея стать царем, он пытался избавиться от Василисы.

Однако царевна росла наперекор всем козням советника. Или же ей сильно везло, или ее защищал кто-то еще более могущественный, чем он или даже Серый Орден.

Тайно изготовленное зелье, мгновенно убивающее самого здорового человека, было разлито по полу неуклюжим поваром, который наступил на неизвестно откуда взявшегося кота. Красивую игрушку, пропитанную ядом, утащила прямо из-под носа ребенка здоровенная крыса. Когда же Хряк изготовил похожую на царевну куколку и приготовился, прочитав заговор, проткнуть «царевну» иглой, у куклы медленно раскрылись глаза. Этот ледяной взгляд, остановивший его у детской колыбельки много лет назад, советник запомнил навсегда: в момент его прошиб холодный пот, руки задрожали, и вместо амулета он воткнул иглу себе в руку.

И вдобавок ко всему Василиса почувствовала в себе волшебную силу и, пока еще робко, пыталась ею пользоваться.

Все это сулило советнику в будущем одни лишь крупные неприятности да казенный дом, из которого не было выхода.

Не сумев извести царевну колдовством, Хряк решил: лучший вариант – выдать царевну замуж, чтобы ее увезли как можно дальше от родного дома. Советник искал женихов по всем заморским странам, рассчитывая следом за Василисой отправить и Берендея, а самому остаться наместником. А там и до трона рукой подать. Поэтому его просто корежило, когда он видел, с какой легкостью царевна расправлялась с претендентами на ее руку и сердце.

Василиса, выбежав во двор, принялась искать смельчака, который не побоялся перечить самому царю. Ей пришелся по душе этот молодец, и, увидев его, она пошла навстречу, как вдруг все вокруг исчезло, а остался только Санька; он неподвижно лежал на широкой лавке со скрещенными на груди руками. Василиса прикрыла глаза, а когда снова открыла их, видение исчезло. Проходя мимо Саньки, она проговорила:

– Один в поле не воин.

Тот в растерянности уставился на Липуню.