Чтение онлайн

— Зря не веришь. От меня уходят либо здоровые люди, либо не уходят совсем… ну ты понял. Единственное, с чем не могут справиться мои руки и ум — это магические болезни. Дара нет у меня.

— Люди-то может уходят. И я наверно уйду, но уж точно не к вечеру.

— Тебе сегодня положено усиленное питание. Будешь есть — будут силы. А будут силы, то мои мази прекрасно справятся со всем до вечера, вот увидишь. — Убедительно произнес старик. — Ох-хо-хо, что же они тебя так. Отпирался наверно?

— Нет, не отпирался… Они не поверили, что не знал о своих способностях, и что у меня нет хозяина. Да и за отцовский клинок досталось.

— Дык как ты не мог знать-то про свои способности?

— Жани! Глянь на меня. Я в лесу всю жизнь жил. Кто мне это мог рассказать?

— А родители? Ты не смотри, мне доклады после твоего допроса на стол не клали. Я к ним отношения не имею, поэтому и спрашиваю. Но если не хочешь — не отвечай.

— Нету в этом мире у меня родителей… — Проскрипел я. — Мать не помню, только отца. Он мало рассказывал, в основном как выживать. Про людей тоже говорил неохотно, сволочами всех называл. Теперь я его понимаю… В один прекрасный день он ушел на охоту без меня и больше не вернулся. Не знаю, что с ним случилось, задрал ли зверь, или я так надоел, что он убежал. Это тайна для меня по сей день. Я искал его, обошел все знакомые места, старался быстрее вернуться домой, вдруг он лежит там раненый и ему нужна помощь… Встречали меня только пустые стены. Поиски ничего не дали, и я просто ждал, год, два… А потом не выдержал и ушел. Теперь я здесь, побитый и замученный.

— Кхм… Печальная история… — Немного смущенно произнес старик.

— За клинок мне досталось, потому что я не знаю, откуда он у отца. Когда уходил из дома, я перерыл все вещи, в том числе и отцовские. Среди них-то и нашел клинок. О том, что он принадлежит каким-то бастам, понятия не имел. Но мне не поверили… Жани, сегодня ночью меня снова будут пытать?

— Нет. Ты отправишься в тренировочный лагерь.

— Почему? Я же ничего не сделал.

— Не в этом дело. Сейчас об этом не говорят, но слухи наверху ходят, — ткнул он пальцем в потолок, — что в Мазэмо неспокойно, и начинается подготовка к военным действиям. Пока не ясно, против кого собираются силы, но наш король решил подстраховаться. Идет набор. Можно, конечно, откупиться или выставить раба за себя, но у тебя нет таких денег, да и раба думаю тоже. Тем более ты картак, поэтому так просто тебя не отпустят. Был бы шанс, если бы у тебя был серьезный покровитель, да и то очень малый. Такие, как ты, очень сильно требуются в войсках. Но большинство картаков служат либо при короле, либо спрятаны богатеями в подвалах, ведь толстосумы прекрасно знают, что их могут лишить такой прекрасной «игрушки». Так что тебя, свободного во всех смыслах, без боя не отдадут никому. Ты зря беспокоишься, поверь, для картака войска это неплохая альтернатива. Останься ты свободен и в один прекрасный день кто-нибудь из магов все равно нацепил бы на тебя ошейник. А у них служить, скажу я тебе, очень тяжко.

— Понятно… — Задумчиво протянул я. — Наверно ты прав.

На самом деле я думал о другом. О том, что военная подготовка здесь будет не лишней, ведь я не умею драться и владеть холодным оружием, а в этом мире оно одно из основных. И попутно буду искать способы сбежать, не может быть «замок» без «ключика», и ошейник тоже должен как-то сниматься. Беспокоило другое — Мэр-ро остался один. И воображение уже тысячу раз нарисовало, как он бросится в город в поисках меня, и люди поднимут его на вилы. Или какой-нибудь маг распластает его тушу для опытов.

Зараза! Что же такое «не везет» и как с этим бороться?..

Кормили меня в этот день усиленно, как и обещал лекарь, буквально через каждые два-три часа. Но сытости почему-то я не чувствовал, только сильный зуд под повязками. К полудню мое самочувствие улучшилось, у меня даже получилось самому встать и добраться до ведра, где я справил нужду.

Несколько раз приходил Жани, проверял повязки, подмазывал раны мазью, удовлетворенно кивал и уходил. К вечеру, когда он пришел последний раз перед моей отправкой, сняли повязки. От зуда под ними ноющая боль почти не чувствовалась, поэтому я не поверил своим глазам, когда вместо ран на теле остались белесые пятна новой кожи и уже вполне зажившие шрамы. Чувствовал я себя к тому моменту не сказать, что хорошо, но той боли и усталости, как утром, у меня не было. А такой вид под повязками вообще не укладывался в голове.

Я удивленно взглянул на лекаря. Тот хмыкнул, мол «Я же тебе говорил» и повел меня куда-то по коридорам. Честно, ожидал чего угодно, даже того, что меня опять будут пытать. Но через некоторое время мы оказались на заднем дворе, где светило вечернее солнце. Он был практически пуст, только несколько бочек с водой стояло у деревянного забора.

Тут мне позволили вымыться (все кроме шеи) и принесли одежду, мою старую. К тому моменту, как я выкупался и оделся, во двор через ворота заехала пара всадников. Окольчуженные, в шлемах и со щитами. На поясе у них покоились меч и свернутый хлыст, а на верховых животных, чуть позади всадников, были смотанные рулоны ткани.

— Иди за мной. — Махнул один из них рукой и, развернув животное, поехал наружу.

Я послушно отправился вслед за ним, выходя на узкую улочку. Второй всадник пристроился за мной и последним выехал со двора. Ворота закрылись, оставив за забором смотрящего мне в след лекаря. Вот и все, теперь в лагерь.

Прошли мы совсем немного, до более широкой улицы, где за поворотом стояли еще два всадника и цепочка таких же, как я, «окольцованных» ребят.

— Становись в строй. — Сказал ехавший за мной всадник.

Я пристроился в конец колонны, после чего всадники распределились вокруг нее, и прозвучала команда «шагом марш». Всего в отряде было десять человек, включая меня, и четверо всадников. Так мы выехали на более оживленную улицу, а затем вообще на проспект, где сновало много людей и повозок.

Да, вот теперь мне удалось хорошенько рассмотреть Гашет. Он был чище и гораздо красивее Бистата. Высота домов достигала пяти этажей, это были целые усадьбы с лужайками перед домом и задним двором. Вокруг домов частенько встречались декоративные кусты и клумбы, иногда там росли даже небольшие деревца, дорожки были вымощены камнем, как и сама улица. Заборов практически не было, но никто из прохожих даже не думал наступать на лужайки, все ходили только по дороге. Сами дома были очень красивыми, по архитектуре чем-то напоминали готическую, такие же вытянутые, с острыми шпилями, расписанные замысловатыми узорами.

Один раз мы вышли на площадь, где я, не поверив своим глазам, уставился на фонтан. Да, тут был настоящий фонтан. Круглая площадь была почти пуста, только прохожие струйками переходили с одной улицы на другую. Потом была еще одна площадь, только без фонтанов, а затем и множество других улиц. Мы выехали практически с самого центра. По мере того как мы продвигались, дома становились ниже, сначала в четыре этажа, потом в три, в два, и совсем одноэтажные. Убранство лужаек, как и они сами, становилось беднее, а затем и вовсе пропадали, сменившись легкими матерчатыми прилавками и навесами. Росписи с домов практически исчезли, как и красивая архитектура. Дома становились серыми и грубыми, чистый функционал — говорил их внешний вид.

Чем дальше мы удалялись от центра, тем более заметными становились изменения. Скорее это были уже ремесленные районы, а там черт его знает, кто живет в узких улочка, разрезающих монолитную стену домов. Судя по тому, что улица, по которой мы шли, была достаточно широкой, она вела к воротам. И именно поэтому она была относительно чистой. В улочках, которые примыкали к ней, глаз иногда выхватывал хлам и мусор, разбросанный на земле, и даже бегающих крыс довелось пару раз увидеть. Эти твари наверно во всех мирах имеются, как и тараканы…