Кент
Шрифт:
— Ладно, берем с испытательным сроком! — опустился до великого великодушия этот знойный престарелый тип с замашками истинного гангстера, тяжело опускаясь в свое прокуренное кожаное кресло и кивая своему помощнику, — смотри! Отвечаешь за нее головой! Если что натворит — спрошу с тебя! В зал ее не пускай первое время, пока не освоится. Пусть пока помогает на кухне и займется уборкой!..
Я могла бы устроить этому начальнику очень подробную, а главное весьма познавательную лекцию на тему в чем разница между должностью официанта и уборщицы помещений, задавив и придушив его такими юридическими терминами, от которых он бы потом еще долго и нервно покуривал свою бесконечную сигару…вот только не смогла и пискнуть в ответ, понимая, что без работы нам не выжить, а значит нужно быть прилежной и хорошей.
А главное молчать.
Этого было вполне достаточно.
Нет, мне совершенно не нравилось это место.
Но, что делать, если свободные вакансии были только здесь, а мои карманные и накопленные деньга закончились еще на прошлой неделе последней упаковкой снотворного для мамы и градусником?…
— Боже, как банально… — пробормотала я себе под нос, когда администратор зала с томными глазами и выщипанными бровями провел меня в женскую раздевалку, вручив мою униформу, которая состояла из белой обтягивающей футболки с названием клуба и черной короткой юбки, что просто не оставляла простора для воображения, — а чего же не чепчик и носочки?…
— Это рабочая одежда танцовщиц, — улыбнулся мне этот странный мужчина с накрашенными ногтями, — если захочешь перевестись к ним, скажи мне.
— …только этого не хватало!
Мужчина усмехнулся, не торопясь выходить из раздевалки, принявшись рыться где-то за моей спиной, пока не поставил с победным видом прямо передо мной старинный пылесос:
— Вот! Твоя работа на сегодня! Начни с мужской раздевалки, пока там пусто, она прямо напротив. Как закончишь там, я покажу, где убраться еще. Договорились?
Я просто кивнула в ответ, провожая глазами излишне нежную мужскую фигуру, которая, пританцовывая, проплыла до двери, виляя бедрами, морщась и стараясь не задумываться над тем, что из себя представляло вот это…нечто. Смесь Пинокио и Золушки в одном флаконе.
Эххх…..
А ведь пока я училась в университете на юриста, то представляла себя бравым, а главное успешным заступником всех обездоленных и брошенных, готовая отстаивать правду и справедливость до конца.
Тогда я еще не знала, что вся правда была в том, что мир не ждал меня с распростертыми объятьями, дав сразу работу мечты и возможность опробовать полученные знания на деле, и никому не нужны были молодые специалисты с горящими глазами и полной верой в то, что справедливость всегда восторжествует.
И вот сейчас меня ждал только пылесос…и пыльная работа с крошечным заработком, которого едва ли будет хватать на нашу семью и оплату всех обязательных платежей.
А вдруг меня увидит хозяин этого заведения, и влюбиться с первого взгляда?
Только не тот, что сидел в душном прокуренном кабинете с сигарой в желтых зубах!!!!!
Упаси Боже!!
Три раза плюнуть по всем углам, обернуться вокруг себя и постучать лбом по дереву!!!
Это уже не роман, а ужасы получаются!
Вот начну работать в зале и встречу там свою любоФ, и сердце мое дрогнет, и станет жарко, когда наши взгляды встретятся!
Что там дальше по списку?….
Ага, так оно и будет!
А теперь закатай губу, и привяжи её бантиком к уху, чтобы не болталась, пока ты будешь убираться в мужской раздевалке….
Глубоко вздохнув, и обуваясь в свои балетки, я заставила себя переодеться в свою новую форму, которая, к огромному счастью, пахла стиральным порошком и каким-то кондиционером, направляясь из раздевалки, тащя за собой большой пылесос с длинной палкой по направлению к закрытым дверям сразу напротив, где, по всей видимости, и была та самая мужская раздевалка.
Я остановилась у дверей, прислушиваясь на тот случай, если там кто-то мог быть, но внутри было тихо, как в склепе….и как в склепе темно!
Неловко протиснувшись между приоткрытых дверей, с грохотом впихивая за собой пылесос, я остановилась, пытаясь привыкнуть к полумраку, где были видны лишь очертания нескольких рядов кабинок и ничего больше.
Как и что я тут буду пылесосить, если ничего не вижу?
Прилипнув к стене почти всем телом, я шарила руками вверх и вниз, пытаясь нащупать заветную кнопочку, взвизгнув, когда из темноты послышался низкий мужской голос:
— ….выключатель слева.
Если после тщательной эпиляции на моем теле еще где-то остались волосы, то все они встали дыбом, всем своим тонким дрожащим видом показывая, что я струхнула. Определенно.
Да, я смутилась и даже испугалась, не думая, что здесь окажется кто-то еще….да еще с таким голосом, от которого вибрация шла через пол и стены в пятки и подошву, пробираясь по телу и пугая.
Заметавшись, я стукнулась локтем обо что-то, отчего получился тупой звук, отчетливо прозвучавший в воцарившейся тишине, а потом еще и лбом приложилась, пока неожиданно свет опустился на меня с потолка, открывая распахнутому взору широченную окровавленную спину со множеством синяков от голубоватого до желтовато-бордового оттенка, и длинные мускулистые ноги в потрепанных джинсах.
Ноги, которые неспеша прошагали до скамейки, куда мужчина и опустился, развернувшись ко мне лицом, которое я не могла рассмотреть отчетливо в этом полумраке неясного света и теней.
Что я могла сказать с первого взгляда?
Он был большой!
Что в высоту, что в ширину своих плечей!
Я не могла рассмотреть его лица, видя лишь тень от ресниц на широкой скуле, очертания ушей, а еще то, что мужчина был явно блондин.
И он сидел, облокотившись локтями о свои колени и свесив руки вперед между длинных ног.
…откуда были эти ужасные синяки? И почему их было так много?…
В голове пронеслись какие-то жуткие мысли, начиная от рабов и заканчивая должниками, которые проигрывали кучу денег и потом не могли отдать их.
Ладно. Для современного раба он был слишком спокоен.
— Это тебя что ли отправил Зак? — снова прозвучал его голос так же сладко и вибрирующе, на что я снова содрогнулась, поморщившись и понимая, что я даже имя того администратора не знала.
— Меня, — наконец кивнула я, на всякий случай стоя у самых дверей, поближе к пылесосу.