Киллер – назад в СССР!

Меня зовут Прохор, в узких кругах просто Порох, сейчас я нахожусь на точке, точке отсчета. На ней я отсчитываю оставшееся время жизни клиента. Да вы правы, моя специализация убирать лишних, то есть я киллер. Вот уже больше двадцати лет моё ремесло смерть, и в этом искусстве мной достигнуто совершенство. Очень и очень немногие в нашей профессии доживают до столь почтенного возраста, только лучшие, и я из их числа. С самого начала у меня были три принципа, не брать заказы на женщин, детей и бывших своих работодателей.

Итак я на месте, клиент должен прибыть с минуты на минуту, ещё раз осматриваю через оптику места возможной дислокации противника. В отличие от некоторых я не лезу на высокие точки, стараюсь выбирать самые обыкновенные, вот и сейчас лежу в подвале. Скажете глупо, нет обзора, но мне для выстрела хватит, а после уйти нет проблем. Конечно не везде получается как сегодня, но ведь и киллер это не только снайпер. Разные клиенты, разные способы устранения, кого убираешь с расстояния, кого взрываешь, а некоторых маскируешь под несчастный случай. Помню был один проблемный, пришлось банально отравить прямо в ресторане.

Так, что то блеснуло на чердаке, так и есть — снайпер, и явно по мою душу. Интересно кто? Медведь, Ганс или Штиф? Самый опасный Ганс, когда то мы с ним пересекались, профи высшей категории, хотя до меня ему далеко. Что ж, в других точках никого нет и я дождавшись появления клиента плавно нажимаю на спусковой крючок. Первая пуля уходит в чердачного, а вторая в клиента. Голова что у первого, что у второго в фарш, контроль не нужен и я не спеша поднимаюсь с пола. Уже сделав шаг слышу щелчок, переиграл меня Ганс, переиграл. Значит тоже здесь был, а минирование это его коронная фишка, вот только не учел, что я не шевелюсь до исполнения, поэтому успел его вместе с целю ликвидировать. Дальше закрыл глаза, вспышка, шума и боли я уже не почувствовал, прощай мир.

Сознание резко вернулось, я огляделся. Огромный зал с высоченным потолком и красивый хрустальный пол. Почему хрустальный? А черт его знает, просто показалось и всё.

— Осмотрелся? Идем, тебя ждут, — сказал мне человек внезапно появившийся передо мной.

Человеком я бы его назвал с натяжкой, но так спокойнее, по крайней мере для меня. Мы с ним быстро переместились в другой зал, раз и всё, тела то у меня как бы и нет, одна проекция.

— Куда? Зачем? И кто меня ждет? — успел спросить его.

— Тут не далеко, а ждет богиня Феменина. Сейчас от неё зависит, будешь ты жить дальше или в небытие, так что постарайся быть ей полезным.

Не успел я спросить про полезность, в небытие уходить что то не хотелось, как мы прибыли на место. Провожатый исчез, а я остался стоять перед очень красивой девушкой.

Берцы на высоком каблуке, шорты цвета хаки, черная майка обтягивающая потрясающую грудь и глаза! Увидев их мои ноги подкосились и я рухнул на колени. Столько ненависти и злобы мне не приходилось видеть никогда, хотя поверьте, видел я немало. Глаза просто пылали яростью, горя багровым светом.

— Приветствую богиню, — наконец смог вымолвить я.

— Отошел значит. Тогда сразу к делу. В своём мире ты мне очень помог, ликвидировав преграду, поэтому я тебе благодарна. Не скрою, твои услуги мне будут нужны в другом мире, вернее мирах. Согласен?

— Место, цель, условия, — тут же на автомате выдал я.

— Мир семидесятых годов твоего прошлого века, нужно не дать ему погибнуть. Сейчас он зациклен и живет по кругу, но вечно это продолжаться не может.

— Почему? — переспросил я.

— Каждый раз проживая одно и тоже, человек начинает вспоминать. Вот у тебя было такое? — спросила богиня.

— Конечно. Это называется дежавю, от него становится как-то не по себе.

— Вот поэтому и нужно предотвратить катастрофу, или хотя бы передвинуть её на будущее, иначе люди сойдут с ума. Мир зациклен примерно с 1971 по 2035, и так по кругу. Бонусом для тебя будет возможность перемещаться в последний год того мира. Сможешь оттуда таскать всякие ништяки, в семидесятых нет очень многого.

— Отлично! Объем перемещаемого? И где я окажусь? — обрадовался я.

— В пределах вагона, а появишься ты в самой лучшей стране — СССР и тебе будет семнадцать лет. Правда есть одно условие, не знаю согласишся ли ты на него. Вообщем появится ты можешь там только девушкой, это моя специфика. Подумай, — сказала поворачиваюсь ко мне спиной богиня.

В голове пронесся целый вихрь, в небытие уходить не хотелось, но и перерождаться в женский пол было как то не по себе.

— Хорошо. Я согласен. Какие бонусы? — наконец решил я.

— Стандарт для моих сотрудников, правда ты идешь вне штата, но всё тоже. Сила и скорость в два раза, небольшая регенерация, а также возможность видеть в темноте.

— Добавьте пожалуйста лечение, оно мне очень пригодится. Ещё я должен быть очень красивой блондинкой с пропиской в Москве.

— С лечением согласна, а зачем именно красивой блондинкой, замуж удачно выйти? — спросила улыбаясь Феменина.

— Какой ещё к чёрту муж! Просто при случае красивой девушке всегда помогут, а уж про подозрения вообще молчу. Меня могут запомнить, но связать с преступлением никому в голову не придет. Красивая девушка, априори быть убийцей быть не может, — просветил я моё божество.

— Молодец! Я рада что в тебе не ошиблась. Можешь и дальше на меня рассчитывать. Ах да, чуть не забыла, твоего этого Ганса пригрел мой братец, куда и в какой мир он его отправит мне пока не известно, но учитывая нашу недавнюю ссору скорее в этот же. Будь настороже, он может быть любым человеком мужского пола. Прощай!

После этих слов меня закрутила карусель, сознание стало уплывать и я наконец вырубился.

Очнулся лежа на полу, пахло чем то горелым. Приподнялся, всё стало понятно. Мой донор погиб от поражения электротоком, на столе дымится старый утюг. Скорее всего не выдержало сердце, в это время устройств защитного отключения, а также автоматических выключателей нет. Зуб даю, вместо вставки в предохранителе, который здесь все называют пробкой, стоит жучок толще проводки, чтоб не вышибало. Помню устраивал я нечто подобное, вот только тогда не учел, что у клиента к слабому сердцу прилагался кардиостимулятор, который при остановке его запускал. Вообщем намучился я с ним, пока батарейка не сдохла.