Клоун
Шрифт:
Поэтому ваша Духовность пытается сказать вам: среди вас есть человек, вызывающий огромные подозрения. Тот самый человек из сна, который держал вас, но в конце концов отпустил. Вы подсознательно отказываетесь подозревать его, поэтому его лицо скрыто во мраке. Это ваш товарищ. Человек, в чьих руках находилась ваша жизнь. Возможно даже… тот, кто вас спас!
Джойс в ужасе отшатнулся назад, с глухим стуком впечатавшись спиной в спинку стула.
На его лбу проступили капли пота, а во взгляде воцарился кромешный хаос.
— Я… я видел…
С грохотом, едва не опрокинув массивный стул, Джойс резко вскочил на ноги.
— Мистер Трисс… — выдохнул он это имя так, словно оно вытянуло из него все силы.
Тот самый круглолицый, добродушный и застенчивый паренек. Тот самый герой, спасший выживших…
Клейн не стал ему мешать. Слегка откинувшись назад, он молча ждал.
Лицо Джойса искажалось от противоречивых эмоций, но в конце концов обрело привычную бледность.
Горько усмехнувшись, он сказал:
— Я все понял. Спасибо за толкование. Пожалуй, мне пора наведаться в полицейский участок.
Он достал бумажник и выудил оттуда купюру в один сул.
— Не думаю, что какие-либо деньги способны в полной мере оплатить вашу помощь. Я даю вам ту сумму, которую вы назвали сами. Это ваш гонорар, — Джойс пододвинул банкноту Клейну.
«Даже если бы вы дали десять фунтов, я бы ничуть не обиделся… Один сул… Вы с вашей невестой и впрямь два сапога пара…» — Клейн, сохраняя маску невозмутимого Провидца, ничего не сказал и с легкой улыбкой накрыл купюру ладонью.
Джойс глубоко вздохнул, надел шляпу и направился к выходу.
Отворяя дверь, он обернулся и искренне произнес:
— Благодарю вас, мастер Моретти.
«Мастер?» Клейн мысленно усмехнулся. Провожая Джойса взглядом, он беззвучно пробормотал:
«На борту „Клевера“, похоже, творилась какая-то неописуемая чертовщина… Вот был бы здесь капитан — он бы в два счета вытащил из сна Джойса Майера всю подноготную…»
Утро вторника. Баклунд, район Императрицы.
Проснувшаяся ни свет ни заря Одри позвала к себе большую золотистую ретривершу Сьюзи и с абсолютно серьезным видом заявила:
— Сьюзи, теперь ты тоже Потусторонняя. Значит, мы с тобой одного поля ягоды. Тьфу, то есть я хотела сказать, мы должны еще лучше заботиться друг о друге. Сейчас ты посторожишь дверь, чтобы никто мне не мешал. Я буду проводить один очень важный ритуал.
Сьюзи уставилась на хозяйку и с полнейшей безысходностью вильнула хвостом.
Глава 64
Подстрекатель
Отдав указания золотистому ретриверу Сьюзи, Одри принялась мерить шагами комнату. Она все еще не чувствовала себя до конца спокойной, так как совершенно не представляла, не случится ли во время сегодняшнего магического ритуала чего-нибудь из ряда вон выходящего.
«Пожалуй, сделаем так…» — ее взгляд прояснился. Оценив предстоящий процесс с позиции отстраненного зрителя, она быстро набросала новый план.
Одри заперла дверь спальни на ключ и повернулась к собаке:
— Сьюзи, сиди здесь. Если Энни или кто-то другой попытается войти силой, немедленно беги в ванную и предупреди меня.
На случай непредвиденных обстоятельств у ее личной служанки имелся ключ, способный открыть даже запертую изнутри дверь.
Сьюзи смерила ее нечитаемым взглядом и трижды вильнула хвостом.
Одри легонько помахала сжатым кулачком и с улыбкой пообещала:
— Отлично! В награду я позволю тебе самой выбрать сегодняшний обед!
Покончив с наставлениями, девушка вошла в ванную комнату. В квадратной купели, метра три-четыре в ширину и длину, уже плескалась вода. Комнату заволакивал густой белый пар, клубящийся, словно сказочный туман.
Одри освободила прямоугольный столик, до этого уставленный всевозможными баночками и флаконами, протерла его до блеска, а затем вернулась в спальню, чтобы принести свечи, подношения и белоснежную мантию.
Затем она плотно закрыла за собой дверь ванной.
Закончив приготовления, Одри с облегчением выдохнула. Она взяла лежащий рядом с четырьмя свечами полупрозрачный светло-голубой флакончик размером с ладонь.
Этот цилиндрический сосуд мерцал в свете ламп волшебным блеском. Внутри находилось ритуальное эфирное масло, которое она собственноручно дистиллировала и экстрагировала накануне. Будучи страстной поклонницей мистицизма, девушка не раз экспериментировала с подобными вещами. Дома у нее хранилась целая коллекция гидролатов, цветочных эссенций, бальзамов, масел и благовоний собственного изготовления, поэтому ей не составило труда быстро выполнить все предварительные инструкции господина Шута.
«Лунный цветок, золотая мята, цветок глубокого сна, золотистый бергамот и скальная роза… Какой странный рецепт…» — тихо пробормотала Одри. — «Впрочем, перед любым магическим ритуалом необходимо очистить тело и успокоить разум. Это знак уважения к божеству… то есть, к тому, к кому обращаешься с молитвой».
Еще раз прокрутив в голове весь процесс, она поставила флакончик с маслом на край ванны и потянулась к застежкам своего легкого домашнего платья.
Шелковые одежды одна за другой опустились в корзину для белья. Одри заколола длинные волосы, потрогала воду рукой и, приподнявшись на цыпочках, осторожно шагнула в купель, с наслаждением погружаясь в ее теплые объятия.
Из ее уст вырвался блаженный вздох:
— Ах…
По телу разлилось приятное тепло, принося необычайное расслабление.
«Даже пальцем шевелить не хочется…» — Одри заставила себя взбодриться, дотянулась до светло-голубого флакончика и капнула несколько капель ритуального масла прямо в воду.
В воздухе мгновенно разлился тонкий аромат. Умиротворяющий запах таил в себе едва уловимую сладкую нотку. Одри сделала пару глубоких вдохов и удовлетворенно заговорила:
— Превосходно, пахнет просто чудесно.