Чтение онлайн

А вот сержант Гейт с явным недоумением посмотрел на Клейна. По его лицу было видно, что он впервые слышит о подобном.

Клейн подавил привычку легонько постукивать пальцами по подлокотнику дивана и принялся объяснять низким, успокаивающим голосом:

— Люди — существа, которые на удивление легко поддаются обману собственных чувств. Массовая истерия — это психогенное расстройство. Оно возникает, когда нервное напряжение или другие факторы передаются от одного человека к другому внутри замкнутой группы, многократно усиливая друг друга.

Обрушившийся на них шквал профессиональных терминов окончательно сбил с толку сэра Девилла, сержанта Гейта и остальных, заставив их подсознательно поверить в правоту эксперта.

— Я приведу простой пример, — начал Клейн. — Это реальный случай из моей практики. Некий джентльмен устроил званый ужин и пригласил тридцать пять гостей. Прямо за столом он внезапно почувствовал тошноту и прилюдно вырвал. Вскоре после этого у него начался приступ острой диареи — один раз, второй, третий. Решив, что отравился едой, он поспешил в больницу, попутно сообщив о своих подозрениях гостям.

В течение следующих двух часов у более чем тридцати из тридцати пяти гостей началась диарея, а у двадцати шести открылась рвота. Они буквально переполнили отделение неотложной помощи.

Врачи провели тщательное обследование и сопоставили факты. В итоге они пришли к выводу, что первоначальный пострадавший вовсе не был отравлен. Причиной его недуга стало воспаление желудочно-кишечного тракта, спровоцированное резкой сменой погоды и обилием ледяного крепкого алкоголя.

Но самое поразительное заключалось в том, что ни один из прибывших в больницу гостей не только не был отравлен, но и вообще не был по-настоящему болен.

Вот это и есть массовая истерия.

Сэр Девилл медленно кивнул и с восхищением произнес:

— Я всё понял. Человек и впрямь слишком легко обманывает сам себя. Недаром император Россель говорил, что ложь, повторенная сто раз, становится правдой.

— Офицер, как мне к вам обращаться? Вы — самый профессиональный психиатр из всех, кого я когда-либо встречал.

— Инспектор Моретти, — Клейн указал на свои погоны. — Сэр, ваша проблема предварительно решена. Вы можете прямо сейчас попытаться уснуть, чтобы я смог убедиться в отсутствии иных осложнений. Если ваш сон будет крепким и спокойным, позвольте нам откланяться заранее. Мы не станем дожидаться вашего пробуждения.

— Хорошо, — сэр Девилл потер лоб, оперся на трость и шаг за шагом поднялся на второй этаж, скрывшись в своей спальне.

Полчаса спустя карета с полицейским гербом отъехала от фонтана перед особняком сэра Девилла.

Когда сержант Гейт сошел на полпути, чтобы вернуться в свой участок, инспектор Толлер посмотрел на Клейна и полушутя-полусерьезно произнес:

— А я ведь на мгновение и впрямь поверил, что ты настоящий эксперт по психологии…

Он осекся на полуслове, заметив, что молодой человек в черной форме с белым клетчатым узором сидит напротив с абсолютно бесстрастным лицом. В его темных, бездонных глазах не отражалось ни единой эмоции. Лишь уголки губ едва заметно дрогнули, когда он ответил:

— Просто мне доводилось сталкиваться с подобным в прошлом.

Инспектор Толлер замолчал и не проронил ни слова до тех пор, пока экипаж не остановился возле дома номер 36 по Зотланд-стрит.

— Спасибо за помощь. Благодаря тебе сэр Девилл наконец-то избавился от своего недуга и сможет нормально спать, — инспектор протянул руку для пожатия. — Передай Данну мою благодарность.

Клейн коротко кивнул:

— Обязательно.

Размеренно ступая по лестнице, он вернулся в охранное предприятие «Черный Терн», постучал в дверь и вошел в кабинет капитана.

— Разобрался? — спросил Данн, дожидаясь своего обеда.

— Да, — Клейн потер лоб и изложил всё кратко и по существу: — Корень проблемы крылся в свинцовом и фарфоровых заводах сэра Девилла. С момента их основания и по сей день там произошло слишком много смертей от отравления свинцом. И каждый такой случай оставлял на сэре Девилле крупицу предсмертной злобы, порожденной остаточной Духовностью.

— Как правило, подобные вещи не несут в себе серьезной угрозы. Максимум — вызывают частые кошмары, — со знанием дела заметил Данн, за плечами которого был немалый опыт в расследовании подобных происшествий.

Клейн слегка кивнул:

— Совершенно верно. Ситуация и должна была развиваться по этому сценарию. Но, по роковому стечению обстоятельств, однажды сэр Девилл ехал по улице и наткнулся на умирающую от отравления фабричную девчонку. Она рухнула прямо на обочину и в свои последние мгновения увидела герб семьи Девилл. Ее душа была переполнена отчаянным нежеланием умирать, тревогой за близких и жаждой справедливости. Лишь когда сэр Девилл выплатил ее родителям, брату и сестре компенсацию в триста фунтов, эта злоба окончательно рассеялась.

— Это социальная проблема. В нашу эпоху пара и машин подобные трагедии — далеко не редкость, — Данн достал трубку, глубоко вдохнул аромат табака и со вздохом продолжил: — Рабочие льнопрядильных фабрик вынуждены увлажнять материал, а вместе с ним и самих себя, из-за чего поголовно страдают бронхитом и болезнями суставов. На заводах с высокой запыленностью, даже без ядовитых веществ, люди гробят свои легкие… Ух, впрочем, не будем об этом. Верю, что с развитием Королевства все эти проблемы будут решены. Клейн, как насчет того, чтобы подыскать ресторанчик на сегодняшний вечер и отпраздновать твое вступление в ряды полноправных оперативников?

Клейн немного подумал и предложил:

— Давайте завтра вечером… Капитан, я сегодня слишком долго использовал Духовное зрение, да еще и прибегал к гаданию по снам, чтобы напрямую связаться с этими сгустками злобы. Я чувствую себя совершенно разбитым и хотел бы после обеда пойти домой, чтобы как следует отдохнуть. Вы не против? Ах да, часам к четырем-пяти я планировал заскочить в Клуб гадателей — нужно понаблюдать, как тамошние завсегдатаи отреагируют на внезапную смерть Хайнаса Винсента.