Чтение онлайн

Гуиналь поджала губы, щеки ее порозовели от гнева.

– Конечно, эсквайр, как прикажете. Я сделаю что смогу.

Она круто повернулась, вся напружинившись от досады, и быстро пошла прочь, шурша мягкими башмаками по полированному настилу.

Д'Алсеннен смотрел ей вслед с горечью, смешанной с раскаянием и злостью. Когда же они с Гуиналь смогут поговорить, не обижая друг друга? Темар делал все возможное, чтобы избегать ее, так как девушка ясно дала понять, что не желает иметь с ним отношений, но, учитывая серьезность ситуации, Ден Феллэмион настоял на том, чтобы взять на поиски Гуиналь и самых искусных ее учеников.

– У барышни для тебя какие-то известия? – Отрывистый вопрос Гретиста откинул прочь личные неурядицы Темара.

– Нет, ничего важного. – Эсквайр изобразил убедительную улыбку.

Моряк вытащил кисет из кармана грубой парусиновой туники и отправил в рот жевательный лист, прежде чем запоздало предложить кисет Д'Алсеннену.

– По прибытии сюда мы так и не нашли ответов, и парни начинают задавать вопросы. Ты слышал, как дела у той, другой экспедиции, что отправилась на юг?

– Да, конечно. – Темар помотал головой, отказываясь от листьев, и мысленно упрекнул себя за то, что сразу не поделился новостями. – Прости, я должен был сказать тебе. Они сообщили, что побережье тянется точно на юг на сто шестьдесят лиг, а затем изгибается на северо-восток и идет вдоль длинного залива, питаемого крупной рекой. Его протяженность восемьдесят – девяносто лиг. Судя по отзывам, там прекрасная земля для скота – лесов не так много, как в этих северных и восточных пределах.

У капитана заблестели глаза.

– Это хорошо, будет куда отвезти молодняк, родившийся в нынешнем году.

– Да, это выглядит весьма перспективно, – согласился Темар. – Мессир Ден Реннион уже говорит о закладке там нового поселения еще до конца года. По его прикидкам, оттуда до порта всего сотня лиг по суше, а до рудников – и того меньше.

– Может, и так, но на этой сотне одни сплошные кручи! – Гретист тем не менее засмеялся. – Я схожу туда поглазеть на своем «Орле», пока они не построят приличный большак.

Темар улыбнулся.

– Захвати и меня с собой, мастер.

Крик сверху отвлек капитана, и Д'Алсеннен вернулся к своему дневнику, чтобы найти известия о южной экспедиции, которые Гуиналь передала ему после того, как они отчалили. Известия пришли от одного из ее недавно обученных адептов, не так ли? Высшее Искусство прочно связало ту, другую флотилию с портом, и сведения передавались каждый второй или третий день. Что же приключилось с этой северной экспедицией? Почему корабли исчезли без следа, не оставили даже намека от адептов на борту? Что могло повлиять на Высшее Искусство? Сколь опытны были адепты, присоединившиеся к северной экспедиции? Темар теперь сожалел о вынужденном решении отказаться от занятий Высшим Искусством в течение зимы. Но он просто не мог каждый день находиться в такой близости к Гуиналь.

– Паруса!

Эсквайр в изумлении вскинул голову. Подталкиваемый нетерпеливыми матросами, он пробился к борту, чтобы увидеть трехмачтовый корабль, на всех парусах огибающий дальний мыс.

– Кто это? – закричал откуда-то сзади матрос, раздосадованный тем, что ничего не видит.

– Похож на «Лосося»! – Ответ был поддержан довольными криками со всех сторон.

Темар прищурился, ища руну на носу быстро приближавшегося судна, скрытую летящей пеной, а матросы махали отовсюду и радостно свистели.

– Темар! Темар!

Истошный крик Гуиналь оторвал юношу от борта. Он протолкался по трапу на ют, где взбудораженная девушка стояла рядом с капитаном. Моряк насупил густые брови. Заслонив ладонью от солнца глубоко посаженные глаза, он вглядывался в корабль.

– У них нет никакого флага, нет даже вымпела. Нелишним был бы и сигнальный флажок, учитывая ситуацию, – с сомнением пробормотал Гретист.

– Я не могу связаться с ними, Темар. – Гуиналь схватила юношу за рукав. – На том корабле происходит что-то ужасное!

Д'Алсеннен посмотрел мимо нее на капитана.

– Я вижу наших парней, и довольно отчетливо, – медленно продолжал Гретист, – но они не работают тросами, не управляют парусами.

– Все разумы на том корабле закрыты для меня, Темар, – твердила Гуиналь. – Я знаю кое-кого из той команды и должна была бы связаться с ними отсюда!

– Поднять сигнал, Мейг! – проревел вдруг капитан. – Они что же, не видят, что мы на якоре?

Давно разыскиваемый корабль продолжал идти к ним на безрассудной скорости, и команда забеспокоилась.

– Темар! – Гуиналь, переполненная одновременно страхом и раздражением, затеребила его руку.

– Они врежутся в наш борт, если не… – Гретист в смятении покачал седой головой. – Мейг, руби якорь! Поднять паруса! Держитесь, сударыня.

Капитан спрыгнул с юта, и команда бросилась к вантам, чтобы привести в движение свой корабль, но второе судно хищно устремилось на него. Одной рукой Темар схватился за борт, другой потянулся к Гуиналь, и тут корабли столкнулись с сокрушительным грохотом. Девушку совсем сбило с ног, Д'Алсеннен упал на колени, а несколько человек полетели со снастей в пенящиеся воды, и крики их потерялись в нарастающем ропоте на палубе. Суда, бешено раскачиваясь, отошли друг от друга, их паруса беспорядочно хлопали. Темар изо всех сил пытался встать на ноги. Ища объяснение такому повороту событий, он увидел, что матросы с «Лосося» падают, как оглушенные животные, и другие фигуры выпрыгивают из люков, намереваясь бросить кошки и притянуть суда друг к другу. Матрос, отчаянно цеплявшийся за борт, был раздавлен между высокими деревянными стенами, а воющие фигуры в черной коже прыгали через перила, держа наготове короткие мечи и топоры. Чтобы защищаться, моряки хватали нагели и тросы, все, что попадало под руку, и в отчаянии поднимали поясные ножи.

Выхватив свой длинный меч, Темар перепрыгнул ограждение юта и застиг нескольких захватчиков врасплох – настил стал скользким от их крови. Остальные, немного отступив, оценивающе сверлили его холодными голубыми глазами. Эсквайр раздумывал, куда бы ударить, свирепо глядя на соломенные головы над заклепками кожаных доспехов. Это солдаты, вдруг понял Д'Алсеннен. Откуда они взялись?

– Рубите канаты! – Рев Гретиста вознесся над суматохой. Этот рев мог быть услышан и в самый страшный шторм.

Темар бросился вперед, чтобы защитить горсть матросов, бешено пиливших туго натянутую пеньку, которая крепко держала железные кошки. Он чуть не споткнулся о захватчика, в агонии упавшего к его ногам с вонзившимся в глаз нагелем. Эсквайр ударом сапога вогнал металл глубоко в череп и ногой отпихнул труп. Когда новые противники повалили через борт, юноша стал увертываться, отражая удары, – мастерство, обретенное долгой практикой, спасало его отчего-то худшего, нежели жгучая царапина на руке: шальной клинок распорол рукав. Это напоминание об отсутствии у него защиты немного отрезвило Темара, хотя в кожаном камзоле и бриджах из буйволовой кожи он все равно был в лучшем положении, чем матросы в холщовых туниках и штанах. Даже скользящий удар мог прорезать холст, а каждая кровоточащая рана будет ослаблять.