Чтение онлайн

— Итак, я уже говорил тебе, что большинство окружающих нас вещей и явлений в той или иной мере связаны между собой, именно на этом частич­но построено колдовство. Но есть и более высокие уровни взаимодействия — например, взаимодей­ствие между человеком и Богом.

— Бог один — или их много? — Я не смог удер­жаться от очередного вопроса. — Иногда вы гово­рите «Бог», а иногда — «Боги».

— Это только способ говорить. Пойми, бессмыс­ленно пытаться свести божественное к привычным тебе категориям. Даже в вашей христианской ре­лигии Бог триедин, поэтому твой вопрос просто не имеет смысла. Можно говорить о Боге, можно о Бо­гах. Все равно речь идет об одном и том же.

— Да, я понял...

Виго помолчал, собираясь с мыслями.

— Говоря о Богах, надо помнить несколько про­стых истин. Прежде всего, Боги не желают нам зла, поэтому глупо обвинять Богов в наших бедах и не­счастьях. Все плохое, что с нами случается, во мно­гом есть результат наших неправильных действий. Изначально Боги настроены на взаимодействие с каждым человеком, они пытаются помочь ему рас­крыть в себе то чистое, доброе, вечное, что есть в каждом из нас. Но обычно человек этого просто не замечает и игнорирует всплывающие в его созна­нии благие побуждения. Ему нет до этого дела, его манят деньги, власть, он хочет взять от этой жиз­ни как можно больше. В итоге Боги покидают та­кого человека.

— Но значит, у нас есть свобода воли, свобода делать то, что мы хотим, — даже вопреки Богам? Как же тогда ваши упоминания о рабстве?

— А здесь все очень просто, — улыбнулся Виго. — Да, у нас есть свобода воли — и в то же время ее не существует. Суть в том, что наше со­знание очень изменчиво, оно подвержено самым разным воздействиям. В итоге выясняется, что мы просто не можем ему доверять, оно неизбежно за­ведет нас в тупик, приведет к краху. И у нас оста­ется только один реальный путь — вручить свою судьбу Богу. Сделать это мы должны осознанно, по­нимая всю важность этого поступка. Вручить свою судьбу Богу — значит поверить ему. Попробуй по­чувствовать разницу. Не «верить в Бога» — а «ве­рить Богу». Первое предполагает веру в то, что он существует. Второе же говорит о том, что вопрос о вере как таковой для тебя уже не стоит: ты зна­ешь, что Бог реален, и доверяешь ему свою судь­бу, веришь в то, что он проведет тебя единствен­ной предназначенной для тебя тропой. Верь Богу и будь достоин этой веры.

— А если я решу идти сам — так, как хочу и как считаю нужным? Могу я это сделать?

— Можешь, конечно, — кивнул Альварос. — Большинство людей так и поступают. Но в этом случае ты окажешься один на один с Мельницей Богов.

— А это еще что? — тихо спросил я.

Откровенно говоря, объяснения Виго меня все

больше озадачивали.

— Я уже говорил тебе, что в этом мире есть не­сколько уровней связи, уровней взаимодействия, главные из них — три. Первый, самый низший,— это связь между предметами этого мира, включая людей и прочих живых существ, на нем основано примитивное колдовство. Третий уровень — это уровень взаимодействия человека и Бога, о нем мы говорили только что. Но есть еще второй, промежу­точный уровень — именно его называют Мельни­цей Богов, или просто Жерновами. Мельница Бо­гов представляет собой своеобразный вселенский механизм, обеспечивающий и поддерживающий существование этого мира. Обычно, если происхо­дит какое-то неприятное событие, люди говорят: «На все воля Божья». Говорят, но в данном случае собственно Боги не имеют к этим событиям ника­кого отношения, все определяется элементарны­ми соотношениями причины и следствия. У вас есть довольно точное описание этого механизма, вы называете его законом кармы. Другими сло­вами, ничто из того, что мы делаем, не проходит бесследно: Жернова учитывают каждый наш шаг, каждое слово, каждую мысль. Представь челове­ка, тысячами нитей связанного с окружающим его миром, и ты получишь примерное представление о существе дела. Любое наше движение вызыва­ет какую-то ответную реакцию, это очень слож­ный механизм. Более того, механизм на редкость бездушный. Именно он отвечает за подавляющую

часть того, что с нами происходит, Жернова в бук­вальном смысле перемалывают людские судьбы. Да, человек считает себя свободным, но это миф, иллюзия, он находится в плену у этого вселенского механизма. И выбраться из него, а точнее, ослабить его влияние на свою судьбу, можно только одним способом — вручив свою судьбу Богу. Только тог­да человек имеет шанс пройти по лезвию ножа и обрести счастье.

Виго замолчал, я обдумывал сказанное им. По­том снова взглянул на колдуна.

— Ну а как же Корриган? Он принес этому миру столько зла — почему Жернова не переме­лют его?

— Жернова — это механизм, — сказал Виго.— Л любым механизмом при желании можно на­учиться управлять. Одним из рычагов управле­ния является воля. Воля, намерение достичь своей цели, получить желаемое—любой ценой, несмотря ни на что. Чем сильнее дух человека, чем больше у него личной силы, тем лучше он может влиять на протекающие вокруг него события. Человек ста­новится местом концентрации силы, и вместо того чтобы вращаться вокруг других центров силы, по­добно большинству других существ, он заставля­ет вещи и события этого мира вращаться вокруг себя. Это похоже на расходящиеся от брошенно­го в воду камня круги. Чем тяжелее камень, тем сильнее волны, тем большее воздействие он ока­зывает на то, что его окружает. И это касается не только человека, но и вообще всех живых су­ществ. Именно этот механизм силы лежит в осно­ве эволюции, и теория вашего Дарвина является лишь частным случаем этого глобального механиз­ма. Чем сильнее существо, тем дольше оно может противостоять Жерновам, тем больше оно может получить от этого мира. Корриган очень силен, его сила позволяет ему влиять на Жернова — влиять исключительно силой своей воли, дает возмож­ность всегда получать желаемое. Именно в этом залог его удачи, его везения. Тем не менее, закон кармы всегда работает, накопленный Корриганом негативный потенциал никуда не делся и просто ждет своего часа. И я уверен, что настанет время, когда груз злодеяний потянет Корригана ко дну, и всей его силы не хватит, чтобы предотвратить не­избежное. Более того,— Виго улыбнулся, — твое появление уже является признаком того, что этот процесс начался.

Виго замолчал. Молчал и я, переваривая его слова. Уж слишком все это было необычно.

— Выходит, одолеть Корригана сможет только более злой человек?

— Я так не говорил, — покачал головой Виго.— Дело в том, что сила не связана непосредственно с понятиями морали. Взгляни на это дерево — ветер шевелит его листья. Ветер — это просто ветер, он ни хороший, ни плохой. В то же время он может принести бурю, может разрушить твой дом и даже убить тебя. А может в летний зной пригнать тучи и дать полям живительную влагу. Так и сила, ее можно определить как способность живого суще­ства воздействовать на Жернова. Другое дело, что получить силу можно разными способами. Самый быстрый способ — пойти по пути зла. Зло на ред­кость притягательно, оно позволяет даже ничто­жеству ощутить свою значимость и величие. Бели же на этот путь встает талантливый и сильный человек, последствия могут быть ужасны. Имен­но этот путь в свое время выбрал Корриган, и я не смог его остановить. Именно этим путем пытаешь­ся сейчас идти ты, думая о мести. — Виго вздох­нул.— Да, Корриган силен — сильнее, чем когда бы то ни было. Но ты никогда не сможешь сравняться с ним, идя по его пути.

— Но есть и другой путь?

— Есть, но он очень сложен. И я сомневаюсь, что ты сможешь по нему пройти. Я ведь говорил, что у тебя нет таланта к этим вещам, и этого уже никак не изменишь. В то же время Боги до сих пор тебя не покинули — а это о чем-то да говорит.

— И что же мне делать?

— Для начала принеси из ручья ведро воды,—

усмехнулся Виго, — а там посмотрим.

* * ♦

Наверное, это был первый случай, когда они не сошлись во мнениях. Ядвига выступала за то, чтобы покончить с Любомиром раз и навсегда, для этой цели она уже подложила под короля смазливую ба­ронессу Голлербах, преданную ей душой и телом. Стоит дать ей знать, и к утру короля не будет.

Корриган хотел повременить и не убивать Лю­бомира сразу: достаточно будет обвинить его в без­волии, в неспособности управлять государством и прочих страшных грехах. Уже одного того, что он не уберег принца — бедный Иржи! — достаточ­но, чтобы отстранить его от власти. Правда, судь­ба Иржи до сих пор точно неизвестна, но есть все основания полагать, что принц уже встретился со своей покойной матушкой. Впрочем, это уже част­ности. Что касается Любомира, то его можно отпра­вить в бессрочную ссылку и через год-другой тихо- мирно удавить. Авторитет Любомира крайне низок, все знают, что страной реально правит Корриган. И вряд ли кто будет протестовать, если именно он займет место свергнутого короля. А если таковые все же найдутся, на них он всегда найдет управу.

— Ты прав, милый, — сказала Ядвига, выслу­шав соображения Корригана. — Немногие посмеют возражать против твоего восхождения на престол. Но я не пойму, зачем тебе лишние проблемы? Пока Любомир жив, он представляет для тебя опасность.

Под его знаменами могут собраться все твои вра­ги, и если вдруг объявится Иржи, твое положение заметно осложнится.

Была ночь, Корриган и его возлюбленная ле­жали в постели, отдыхая после любовных утех. Глядя на Ядвигу, Корриган едва заметно улыбал­ся: у него были все основания полагать, что себе эта очаровательная ведьма уже приглядела ме­сто королевы.