Чтение онлайн

Страусиха.Да разве на тебя можно без смеха смотреть? Придумал тоже. Помогите, пожалуйста, развязать.

Мартышка.Сейчас попробую. (Начинает развязывать.)Как это вас угораздило, Страус?

Страус.Все она виновата. «Чем без толку, говорит, болтаться, на тебе журнал «КОАПП и жизнь», почитай — может, станешь умнее».

Страусиха.Да разве я могла подумать, что ты...

Кашалот.Постойте, постойте. Какое отношение вся эта история имеет к нашему журналу?

Страусиха.Там на страничке «В часы досуга» нарисовано, как вязать морские узлы, а у него как раз досуг был, он ночью насиживает...

Гепард.Вы что, Страус, хотите стать моряком?

Из-за одной буквы морские выдры каланы превратились в диких лошадей куланов... Этот случай наводит на размышления: что если полулошадь-получеловек, кентавр, или, скажем, получеловек-полукозел, сатир, тоже результат опечатки в каком-нибудь древнегреческом научно-популярном журнале? (Точнее, не опечатки, а описки — ведь книги и журналы были тогда рукописными).

Говорят, «язык без костей», но применить эту поговорку к миксине язык не повернется: у нее язык снабжен скелетом (правда, хрящевым, а не костным) да к тому же еще и зубами (правда, роговыми). Глядя, как она безжалостно буравит этим ужасным инструментом тело рыбы, можно подумать, что у миксины нет сердца. На самом же деле сердец у нее четыре (правда, одно из них в хвосте)...

Страус.Нет, жена все время попрекает, что у меня память дырявая, вот я и учился узелки на память завязывать.

Мартышка (пыхтя от усилий).Узел сделан на совесть.

Страус. Все как в журнале показано.

Рак. Так ведь в журнале на рисунке не страус изображен, а завязанная в узел миксина, родственница миноги.

Удильщик. Вот видите, Рак, я вас предупреждал, что эта ваша страничка только собьет читателей с толку. Все миксины — и те, что в Атлантике живут, и те, что в Тихом океане,— и без вашего рисунка отлично умеют завязываться в узел, а другим это ни к чему.

Сова. А для чего ж это миксинам-то нужно, Удильщик?

Удильщик. Дело в том, Сова, что у миксины на языке роговые зубы, языком она действует, словно буром, а чтобы пробурить что-нибудь, нужен упор. И вот миксина, напав на рыбу, завязывает свое полуметровое тело двойным морским узлом и упирается этим узлом в рыбий бок.

Гепард. Выходит, миксины занимаются вязанием узлов во время охоты, а вовсе не в часы досуга.

Удильщик. Вы правы, Гепард,— свой досуг они проводят на дне, зарывшись в ил.

Мартышка. Уфф... Все, еле развязала. Как, Страус, шея не болит?

Страусиха.Ничего с ним не сделается. Спасибо. Пошли скорее, «моряк». (Коапповцам.)Я кладку на соседку оставила, только все равно сердце не на месте: как бы грифы ее не переколотили...

Кашалот.Грифы?

Страусиха.Ага, птицы такие с голыми шеями. Как заметит гриф, что гнездо наше без присмотра — тут же камень притащит, кинет его на яйцо, разобьет и выпьет. Ну, пока.

Страусиха и Страус уходят.

Мартышка.Между прочим, я сама это не раз видела — пробить толстенную страусиную скорлупу клювом гриф не может, так он, хитрец, научился камнями орудовать.

Гепард.Хорошо бы рассказать об этом способе в нашем журнале, в разделе «Маленькие хитрости».

Кашалот.Нет, Гепард, по отношению к страусам это было бы неэтично.

В озере появился огромный Кит. Он подплывает к берегу.

Кит. Более того — неэстетично! Прошу прощения, не откажите в любезности сообщить, здесь ли помещается редакция журнала «КОАПП и жизнь»? Видите ли, я получил весьма лестное предложение...

Удильщик (обрадованно).Это я вам его послал! Дорогой Кашалот, позвольте представить: крупнейший во всех смыслах ученый, специалист по китовому фольклору. Честно говоря, посылая ему приглашение сотрудничать в нашем журнале, я не очень рассчитывал на согласие — ученые так заняты...

Кашалот. Очевидно, наш гость относится к тем ученым, которые понимают всю важность популяризации научных знаний. Очень рад познакомиться.

Кит. Обоюдно. Я, со своей стороны, чрезвычайно заинтересован в том, чтобы привлечь к своей области исследований внимание широкой публики, в особенности любознательного юношества. Ведь что такое фольклор? В сущности, это не что иное, как отцеженная и спрессованная народная мудрость! Фольклор — пища для ума; как и обычную пищу, его приходится собирать по крупицам и отделять от воды; подобно пище, он рассеян по большой площади... Итак, если вы ничего не имеете против, я начну свое сотрудничество в журнале с того, что буду сачковать.

Коапповцы обескураженно переглядываются.

Кашалот (заикаясь).П-простите, что вы будете делать?

Кит. Сачковать. (Повторяет, смакуя.)Сач-ко-вать! Какое поразительное по колоритности фольклорное словечко, не правда ли?

Гепард (шепотом).Не обращайте внимания, дорогой Кашалот, у крупных ученых эксцентричные выходки в порядке вещей.

Мартышка (шепотом).Да, да, чем крупнее, тем эксцентричнее!