Код императора
Шрифт:
Наконец прибежал профессор Бардсли. В руке он держал шприц.
– Вы сами будете делать ему укол?! – вскрикнула Эми.
– Но это единственный способ сделать так, чтобы противоядие попало ему прямо в кровь, – ответил профессор.
Эми отвернулась, крепко держа Дэна за руку.
Она почувствовала, как он на мгновение весь сжался, издав еле слышный стон, скорее похожий на вздох.
Наконец через секунду он расслабился. Сердце Эми сжалось от боли.
– Что? Что происходит? Почему он…
Профессор вытер свободной рукой лоб. Жилы у него на лбу вздулись так, что казалось, вот-вот – и они лопнут.
– Все, теперь можно только молиться за него, – слабо сказал он.
– Спасибо вам, – ответила Нелли. – За все спасибо.
Профессор еле улыбнулся.
– Нет, это вам спасибо, – сказал он. – Если бы мне самому пришлось сидеть за штурвалом…
Голова Дэна откинулась в сторону. Губы его дрогнули, но он все еще молчал.
– Мне надо ненадолго вернуться в аэропорт, – сказал профессор. – Джет слишком близко стоит к посадочной полосе, и это опасно для других самолетов. Я скоро вернусь. Лишь переставлю «Летающего Лемура», и обратно. Мы вылетаем, как только Дэну станет лучше. Здесь слишком опасно оставаться.
* * *
Но он отсутствовал гораздо дольше. Нелли сидела у его постели и смачивала руку Дэна соком умхлаба. Он долго не приходил в себя. Кожа на его руках сильно пострадала от ожогов.
– Э-эми? – неожиданно выдохнул он. Лицо его скривилось от боли.
Она бросилась к нему.
– Дэн! Ты говоришь!
– Точняк, – промолвил он. – Послание Черчилля… Которое дала миссис Тембека… Где оно?
– У тебя в кармане, кажется…
– Хочешь, я его достану? – предложила Нелли.
– Можно еще компресс, на руки… пожалуйста…
Нелли побежала за водой. Эми снова стала рассматривать бабушкину комнату. Слезы навернулись ей на глаза. Она старалась не плакать. Из-за нее чуть не умер ее брат. Ее злоба вызвала злобу у Изабель. Изабель заставила Иана включить пропеллер. Потом эта история в «Летающем Лемуре». Она расстроила своего брата. Из-за этого он забыл об осторожности и разлил ампулу…
– Дэн? – тихо сказала она. – Прости меня, это был гнев. Я не должна была так себя вести.
Дэн едва заметно улыбнулся ей в ответ.
– Теперь ты спасаешь мою жизнь, – сказал он. – И мне все равно, что было. Эй, ты проверяла пианино? Поиграй…
В углу комнаты стоял небольшой кабинетный клавесин, на котором лежала стопка нотных тетрадей. Эми подошла к клавесину и взяла несколько аккордов. Но инструмент был сильно расстроен. Она вспомнила их вечера в бабушкином роскошном доме в Массачусетсе. Та играла сама и разучивала с ними их любимые песни из бродвейских мюзиклов.
«И вы хотите сказать, что айпод лучше?» – смеялась Грейс.
Рядом с клавесином стояло маленькое бюро, украшенное вычурной резьбой по дереву, что так не гармонировало с простым интерьером комнаты и строгими, плавными линиями клавесина. Эми задумчиво приоткрыла один из шкафчиков и тут же подскочила, отпрыгнув на середину комнаты. Из шкафчика выполз огромный мохнатый паук. Она обернулась посмотреть на Дэна. Он, лежа, что-то писал.
Эми снова подошла к бюро, намереваясь закрыть шкафчик, но вдруг ей бросилась в глаза старая тетрадь, лежавшая в самом дальнем углу. Она осторожно вытащила ее из стола и нежно провела пальцами по ее потертой кожаной поверхности.
Тетрадь была вся исписана мелким изысканным почерком Грейс. У Эми было такое чувство, словно она держит в руках письмо, написанное бабушкой всего день назад. Тетрадь была исписана вся – почти от корки до корки. В ней были заметки о путешествиях, с вклеенными тут же марками и открытками тех мест, о которых она писала.
Вот ее описание поездки в Китай. А Грейс ведь никогда им об этом не рассказывала.
Я написала Дэну Сяопину, который согласился навестить А. и Х., узнав, что они, как и он, тоже М.
А. и Х. – сердце Эми бешено застучало. Это же их родители – Артур и Хоуп!
– Дэн? – позвала она его.
– Эми, смотри! – позвал он ее.
Он повернулся к ней, зажав в дрожащих руках лист бумаги.
– Спокойно, Геркулес, – услышали они Нелли.
Дэн отложил послание Черчилля на столик.
– Письмо… – сказал он, – посмотрите, что он там пишет в конце.
– «Непрерывная линия укажет тебе на то, что ты сейчас желаешь, если ты пойдешь все время вниз, буквально со ступеньки на ступеньку», – вслух прочитала Эми.
– Помнишь, мы все время гадали, что такое непрерывная линия? – хриплым голосом продолжал Дэн. – Смотри, тут у Черчилля обведен круг – вокруг одной только буквы – это буква «Т». Она на самом верху и в самом дальнем левом углу! Теперь смотри: «…пойдешь все время вниз, буквально со ступеньки на ступеньку». Я все время над этим думал и никак не мог понять.
Он тяжело вздохнул и замолчал, пока Нелли накладывала на его руки влажные бинты.
– Так вот… А что, если все время идти вниз… начиная с той самой первой буквы? Буквально со ступеньки на ступеньку, то есть лесенкой вниз, с буквы на букву? Смотри!
– «Понимание… привожу на этих страницах», – дальше продолжал Дэн. – Слово «понимание» – это ключ к письму Черчилля, Эми. Он был спрятан между строк!
– Значит. Tomas clue is umhlaba. Ключ Томаса – умхлаба, – прочитала Эми. – Это потрясающе!
– Ура!!! – воскликнула Нелли. – А я думала, что ключ – это алмазы. И Кабра тоже так думают. Но вы, вы-то, чуваки, сами видели, что там было написано: «под землей вместе с Чакой»!