Чтение онлайн

«Полюбив его так сильно, как ты». Слова вертелись в ее голове, пока она покорно давала связать вместе запястья и лодыжки. Эмлин держал ее под дулом пистолета, рука его ни разу не дрогнула. «Полюбив его так сильно, как ты». А ведь права старая ведьма, признала Кимберли, когда Эмлин с Зорой покинули комнату. Может, и в самом деле Ариэль обладает какой-то силой. Кимберли тщательно проверила узлы. Захватчики оставили ее лежать посредине кровати. «Полюбив его так сильно, как ты». Нет никакого смысла отрицать очевидное, говорила себе Кимберли, уныло уставившись в дальнюю стену. Честность перед собой свойственна тому, кто оказывается перед лицом таких смертельно опасных обстоятельств. Она любила Кавену. Возможно, и сбежала из отеля сегодня только потому, что убегала от правды. Она знала, что заставила его понять: творится что-то неладное, но что он предпримет? Кавена, наверное, еще в Сан-Франциско. Единственное, что он может сейчас сделать, это позвонить местным властям и попросить разобраться с ситуацией.

Ее судьба в его руках, размышляла Кимберли. По ее представлению, она вообще никому, кроме Кавены, не могла доверить свою жизнь.

Несколькими милями вниз по дороге Кавена повесил трубку платного телефона в круглосуточном магазинчике и вышел к ожидавшему его «ягуару». Столь непреодолимое ощущение настоятельной необходимости, которое руководило его действиями с того момента, как он вошел в комнату Ким, было основано на чем-то большем, чем волнение по поводу любовной ссоры. Он покинул отель чуть меньше, чем через час после нее, но потратил меньше времени, которое ушло у нее на дорогу. Кавена находился в получасе езды от ее дома.

Кавена рванул дверцу машины, по ходу дела прокручивая в уме предстоящие впереди варианты развития событий. Кимберли намекала, что в доме, кроме нее, находятся три человека. Времени не было, но в такой ситуации его никогда и не бывает. Ему придется обойтись подручными средствами. Прежде чем завести двигатель, он наклонился и вытащил из-под сиденья парочку вещиц. Нож он засунул в полуботинок, прикрепив ремнями к лодыжке. Небольшую плоскую металлическую коробку он засунул сзади на спине за пояс джинсов. Потом повернул ключ в гнезде зажигания и выехал на скользкую от дождя дорогу. Учитывая ситуацию на дороге, до дома Кимберли на берегу предстояло тридцатиминутное путешествие. Кавена решил, что если постараться, то можно уложиться и в двадцать минут. Это займет меньше времени, чем попытаться подвигнуть местные власти на эффективные действия.

Кимберли потихоньку передвигалась по кровати, пытаясь поближе подобраться к ночной лампе со стеклянным основанием, когда дверь комнаты отворилась. На пороге появилась женщина по имени Зора. В руках она держала жаровню.

— Я не вызывала обслуживание номеров, — заметила Кимберли. Сейчас она очень испугалась.

— Глупо с вашей стороны высмеивать то, чего не понимаете, — спокойно сообщила ей Зора.

Женщина поставила жаровню на пол и преклонила перед ней колени.

— Но скоро вы заплатите. Вашу жизнь заберет Темнота, Кимберли Сойер.

Кимберли с тревогой наблюдала, как женщина поднесла спичку к небольшой груде углей на сковороде.

— Послушайте, Зора, вам не кажется, что все это слишком далеко зашло? Почему бы вам не выйти из дела, пока вас не поймали? Вы же знаете, что это всего лишь вопрос времени, когда разоблачат Ариэль. Она недостаточно умна, чтобы долго скрывать свои следы или ваши. Если я исчезну, можете не сомневаться: Кавена не остановится, пока не докопается до правды.

— Дариус Кавена ничего не может сделать с силой миледи, — безмятежно заявила Зора.

— Какой силой? Все, что Ариэль организовывала до сих пор, просто проваливалось. Похищение не прошло, как надо. Попытка убить меня провалилась. Что заставляет вас думать, что следующий номер у нее пройдет успешно?

Зора смотрела на Кимберли с несколько поколебавшейся самоуверенностью.

— Она ведь привела вас сегодня ночью сюда своей силой, верно?

— Не совсем. Думаю, мы можем списать это на очень большое совпадение. Совпадение, из которого она довольно сообразительно извлекла выгоду. Она, в самом деле, сказала вам, что заставит меня появиться сегодня вечером?

— Она сказала, что мы должны прийти сюда в ваш дом затем, чтобы открыть наилучший способ, как с вами обойтись. Излучение вашей сущности более сильное там, где вы живете, и сила обладает наибольшей властью в таком окружении.

— Но она действительно обещала вызвать меня? — настойчиво допрашивала Кимберли. — Или просто заявила, что вы произведете небольшой фокус-покус и решите, как вам действовать дальше?

Зора высыпала порошок из маленького кожаного пакета на горящие угли и встала на ноги.

— Вы напрасно теряете время, пытаясь посеять сомнения в моей душе. Я верю в силу миледи. Она обещала, что однажды эта сила станет моей!

Зора повернулась и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Кимберли лежала, пристально разглядывая горящий уголь на жаровне.

Странный аромат стал распространяться по комнате. Кимберли принюхалась, теряясь в догадках. Аромат был на удивление соблазнительным. Травянистый запах был одновременно резким и сладким. Возможно, это какая-то часть ритуала, решила она. Повернувшись на бок, она продолжила извиваться, как гусеница, пытаясь ползти по кровати. Кимберли подползла к дальнему краю стеганого одеяла и стала рассматривать лампу, выискивая способ разбить стеклянное основание, не произведя много шума, когда вдруг начала спрашивать себя, а что она делает. Она глубоко вдохнула, отстраненно наслаждаясь странным ароматом, исходившим от жаровни, и стала размышлять, а стоит ли эта задумка таких усилий. Гораздо легче смежить веки и отдохнуть несколько минут. Может, после короткого сна она сможет яснее подумать над задачей, как разбить лампу. На самом-то деле, подумала критически Кимберли, с какой стати ей вообще захотелось разбить такой симпатичный кусок стекла? Что-то такое, связанное с представлением, как использовать острые осколки, чтобы разрезать ее путы, но сейчас это кажется крайне неосуществимым. Запах травы наполнял комнату, растекаясь по углам, легкой дымкой зависая над кроватью. Кимберли сделала еще один глубокий вдох и осознала, что за все годы не чувствовала себя такой расслабленной. Это была трудная ночь, решила она. Ей нужно угомониться. Противостояние родственникам, ссора с Кавеной, а потом долгое путешествие в шторм. Шторм. Снаружи за окном спальни гремели раскаты грома, и над океаном сверкали молнии. Мгновенная вспышка встряхнула ее. Было что-то, что ей предстояло сделать, какая-то задача требовала ее внимания. Стекло. Что-то, связанное со стеклом. Она уже использовала когда-то разбитое стекло, оцепенело вспомнила Кимберли. Для своей защиты. Там еще были серебряный нож и мужчина в сутане.

Стекло. Ей необходим кусок разбитого стекла. Нелепость какая-то. Зачем кому-то нужен кусок битого стекла? Глядя поверх кровати, Кимберли уставилась на угли в жаровне. Какие красивые угольки. И так замечательно пахнут. Жаль, что Кавены здесь нет, чтобы насладиться с ней этим ароматом. Но Кавена в безопасности в Сан-Франциско. Или нет? Ее разум вертелся вокруг этой мысли. Непохоже на Кавену спокойно стоять в стороне, когда ей угрожают. Он из людей, которые понимают ответственность. И у него определенные обязательства по отношению к ней. Он ее возлюбленный, твердила про себя Кимберли, и он считает своей работой защищать ее. Так как он может благополучно сидеть в отеле именно сейчас? Нет, он должен за ней прийти. Это единственный логичный вывод. Опасность. Где опасность? Так трудно на чем-нибудь сосредоточиться. А что там еще делает человек, когда ему угрожает опасность? Как-то все это кажется таким утомительным. С тех пор, как она начала наслаждаться запахом ароматного дыма от жаровни, ей все труднее вспоминать, что где-то в гостиной сумасшедшая Ариэль готовит бог знает какие идиотские ритуалы. Ей даже еще труднее вспоминать, что она, Кимберли, будет звездой этого намечающегося спектакля. Ариэль. Ариэль и дым. Ариэль знает много о растениях. Все эти травяные чаи, которые она предлагала людям. Некоторые растения воздействуют при сгорании. Кимберли нахмурилась, вспомнив пакетик порошка, который Зора высыпала в жаровню. За окошком сердито вспыхивали молнии, словно требовали, чтобы Кимберли сосредоточилась. На мгновение она послушно прислушалась, повернув голову и устремив взгляд в темноту. Скоро рассвет, но шторм так бушевал, что пройдет немало времени, прежде чем небо просветлеет. Растения, высыпанные на угли.

Кавена, прокладывающий путь сквозь грозу к ней на помощь. Колдуны и ножи. Дрожь от страха под неестественной расслабленностью Кимберли.

Это дым творит такое с ней, думала она, вертясь на кровати.

Опасный дым. В отчаянии она стала вызывать в памяти иные картины, чтобы сосредоточиться. Перед глазами возникли образы Кавены. Кавена любит ее, держит ее в объятиях, говорит, как он все понимает. Кавена, настаивающий на ее встрече с родными. Кавена в телефоне, мгновенно осознавший, что она в опасности. Кавена, временами почти читающий ее мысли, и в иное время приводящий ее в ярость своей мужской заносчивостью. Кавена, которого она любит. Вот она, причина, из-за которой она пытается разбить эту лампу, вдруг совершенно отчетливо осознала Кимберли. Кавена ждет от нее, по меньшей мере, попытки. Но этот проклятый дым так подавляет. В отчаянии Кимберли повернулась и ударилась плечом в край столика. Лампа упала и разбилась, и в тот же миг открылась дверь спальни. От звука разбитой лампочки только сильнее вспыхнули угли.