Чтение онлайн

Но Майорин был младше Ивена, когда не смог написать брату. А значит, возраст тут не причем.

Он догнал её у двери одного из домов защищенных колдунами.

"Тебя очень сложно любить, каждый шаг, будто через стекло...".

Он догнал её и обнял.

– Я построю его снова. Мы построим снова...
– шептал он.

– Что?
– тихо спросила Айрин.

– Всё будет хорошо.
– Пообещал колдун. Глупо, опрометчиво, зря... но пообещал.

Глава 24

Утро четвертого апреля того года, позже станет известно взятием Лусора и Вистусса, именно этот день будет последним для Школы новой магии. Именно с этого дня начнут считать магию объединенной. Это станет одним из излюбленных вопросов на экзаменах в вирицкой школе магии и в вирицкой школе общих наук. И несколько школяров обязательно напутают, может год, а может, скажут не четвертое, а пятое апреля. А может и не апреля вовсе, потому как, в мае биться намного приятней. И никто из этих, переживающих за собственную зачетку, молодых людей, торопящихся сдать сессию, не задумается, о тех, кто принесли эту дату в мир, выделили её из ряда дней собственной кровью и жизнью, и этим изменили судьбу всей Велмании.

Лишь дата в толстом учебнике, наполненном подобными событиями от корки до корки. Может это вина историков? А если мы теряем смысл происходящего, сказав обыденно и сухо: "Четвертого апреля того года был взят Лусор, город магов. Общее количество жертв: примерно четыре тысячи человек с обеих сторон. Атакой руководил Ерекон, воевода Инессы, Роред - военачальник восточно-велманской армии, Надар Белорукий - военачальник сауринских полков. Обороной руководили Хенрик и Карт Аарские, наемниками командовал некий Гвалдеп". Самые просвещенные поведают, что в битве не обошлось без помощи оппозиции, возглавляемой Вабелем Звонким Лисом. Таким образом, школяр усваивал крохотную долю знаний и шел дальше по древу истории к другим датам, столь же важным, тоже пахнущими кровью, потом, горем, и тоже удостоившихся трех строчек каллиграфического почерка писца, а чуть позже печатного текста.

Были и более благодарные книги, даже посвященные этим событиям от начала до конца. Но эти творения всегда писались не для любителей. Наука любит жизнь превращать в статистику, лишать эмоций, осуждать и анализировать. Но четвертого апреля того года эмоции прибывали в накале, осуждение бурлило субъективное и агрессивное, а анализировать времени не было. Время было действовать...

– Бить! Бить их! Не опускать руки, держать силу, концентрируемся! Залп!
– огненные струи коптили стены цитадели. Без особого вреда, кроме эстетического.

– Залп! Смена! Щиты!

Маги отстреливались. Атакующие перестроились.

Задача Айрин выглядела, как и вчера - пробежать шеренгу, делясь силой. Сказать проще чем сделать, к середине строя она начала задыхаться, к концу упала бы. Парень ходящий за ней по пятам, подставил плечо.

– Вабель? Сколько еще?
– Ерекон, сорвавший голос еще вчера сегодня больше сипел.

– Еще. Надо еще! Ивен, Велмера!

– Бить! Залп!

Ратники стояли ровными рядами - ждали своего часа. Военачальник восточно-велманских войск Роред размышлял, что если бы не спешка, то он располагал бы осадными машинами, гаубицами, катапультами... После очередного огненного дождя со стен крепости Роред свои мечтания прекратил.

Ерекон и Вабель явно знают, что делать. Откуда, интересно? Умелое пользование теорией?

– Назад!
– заорал Вабель.
– Наза-а-ад!!!

– Щиты! Крепите щиты!

Горгульи на стенах начали оживать. Они отпрянули от мышекулей, вытянули мордочки к осаждающим и выдали струи похожей на лаву субстанции. Метили в ров. Вокруг крепости образовалось кипящее кольцо. Не успевшие отскочить на пару саженей умерли мгновенно.

Айрин очнулась, инстинктивно рванула вперед, но остановилась. Она уже научилась сдерживать подобные порывы.

В первых рядах стояли Майорин, Хельм, Лавт, Хорхе.

– Следующее кольцо будет шире!
– предупредил Вабель.

Хорхе взвился в прыжке, инстинктивно - не подумав. Перед ним расползалась лава, позади толкались люди. Ни секунды чтобы осознать, ни мгновения, чтобы собраться.

Притяжение уже возвращало назад в расплавленную кипящую землю.

Ладонь, меньше ладони, палец...

Сейчас ступни погрузятся в лаву...

Шею стиснула рука, рывок потянул назад. Он упал на пружинистую массу тел, тонущую в лаве.

– Мерцай гад, мерцай!
– хрипели ему в ухо.
– Мерцай вперед!

Хорхе послал хриплого к бесу и телепортировался. Мерцание выбросило обоих на узкую кромку земли между стеной и раскаленным рвом.

Воин повернул голову.

– Хорошо сюда эта дрянь не ползет.
– Лавт выпрямился, рывком одернул воина. Полоска земли была меньше сажени - вольготно не полежишь.
– Чего замер. Нас отсюда не видно. Авось выберемся.

– Спасибо.

– Гляди туда, - оборотень показал на край площади.
– Они решили утопить нас в огне.

Среди ратников началась паника. Народ шарахался от огненной реки, бился в куче, агонизирующим зверем с когтями и зубами, травмирующими собственную плоть.

– Спокойно! Отставить панику!
– рычал Ерекон. Военачальник Роред вторил ему слово в слово. Но плодов усилия не приносили.

Вабель и Велмера что-то заклинали. Лицо у женщины побелело, Звонкий Лис был неестественно спокоен.

– Надо подойти ближе.
– Сказала магичка.

– Ты не успеешь!
– кричал ей Ивен.

– Стой здесь.

Велмера протолкалась к краю. Огнеметы продолжили атаку. Горящие люди взвывали, орали и плакали.

– Прикрывайтесь щитами! Закрывайтесь щитами!
– командовал Роред.

– Забейте глотки горгульям! Дезактивировать огнеметы, обезвредить огнеметы!
– напутствовал Ерекон.
– Вабель, вы остановите лаву, Майорин, правая сторона твоя, Велемир мост!

– Какой мост! Где я возьму тебе мост?

– Придумай. Ивен, помоги ему.

– Но...

– Помоги!

– Да!

– Я левую беру, седьмой отряд за мной! Бес, как вас мало! Восьмой, тоже со мной!

– Третий и пятый отряды! Ко мне!
– Майорин вынырнул из гущи. Он умудрился выпачкаться в саже и чьей-то крови.

– Айрин!
– крикнул Велемир.
– Айрин помоги нам!

Девушка материализовалась рядом.

– Оттаскивайте раненых в центр.
– Командовал Роред.

"Третий, пятый, седьмой и восьмой отряды колдунов Инессы, под руководством Ерекона, воеводы Инесского, и Марина де Морра смогли дезактивировать огнеметы, посредством заполнения выходных отверстий вязкой субстанцией. Проще говоря, забили в глотки горгульям столько остывшей лавы, что те начали трещать от натуги, трескаться и огонь полился на стены, портя кладку.