Колдун
Шрифт:
На сердце стало тепло.
Снаряд вылетел из-за крепостной стены, и словно прицелившись угодил в середину моста. Магическая связка с остуженной лавой не выдержали. Мост обрушился в лавовый ручей, разбил корку и принялся тонуть. Велмера не успела даже вскрикнуть. Умерла мгновенно, от соприкосновения со снарядом. Оправленный в положительную энергию камень, потонул в лаве, постепенно её пожирая.
Ивен хватал ртом воздух, по щекам у него текли слёзы. Айрин гладила его по голове, он бы стряхнул руку, но колдун крепко его держал.
– Да, отпусти ты меня!
– захлебываясь, крикнул маг.
– Нельзя.
– Сухо ответил колдун.
– Кто? Кто стрелял? Кто?
Айрин помотала головой. Они не знали.
– Ради этого да?
– Ивен посмотрел на девушку.
– Ради этого? Вот ради этого ты уговаривала меня идти с вами? Построишь новую жизнь! Победим супостатов!
– У него истерика.
– Объяснил колдун, всё так же сухо.
– Убери руки!
– Майорин разжал хватку. Маг повернулся к обоим лицом, он хотел еще что-то сказать, но захлебнулся слезами, отвернулся и, вынув из ладони мертвого ратника меч, бросился опрометью в пролом, туда, где кипела битва.
– Пойду за ним.
– Сказала девушка.
– Пойду за ним. Убьется ведь.
– Будь осторожна.
– Майорин на секунду прижал её к себе, поцеловал и отпустил.
– Береги себя.
– И ты!
– на ходу крикнула она.
Она догнала Ивена у стен охранной башни, в башне заперлись маги. Ратники гуртились вокруг. Наемники, осознав, что город пал, по-тихому драпали. Повсюду валялись брошенные фиолетовые плащи.
– Хочешь героически погибнуть?
Ивен её послал. Грубо послал.
– Помоги мне, а потом иди и умри, как тебе хочется!
Он послал её еще дальше. В другое время Айрин бы обиделась. Наверняка.
– Ты мне должен.
– Крикнула она в самое ухо магу, перекрывая гвалт у башни.
– Долги надо платить!
– Ничего я не должен.
– Впервые ответил Ивен.
– Неправда. Ты мне должен!
В третий раз посыл вышел неубедительным, сукину дочь Айрин и вовсе мимо ушей пропустила.
– Что ты хочешь?
– Где казна?
– Что?
– Где казна Лусора? Где казна школы? Знаю что здесь, но одна буду долго искать и взламывать замок. А если мы еще тут потопчемся, то кто-нибудь непременно унесет её раньше.
– Зачем тебе? Хочешь выслужиться в Инессе?
– Нет. Она нужна лично мне. Покажешь?
И он послал её в четвертый раз. Развернулся и нырнул в переулок, между двухэтажных домов, по лестнице вверх, к высокому сурово-красивому зданию.
Хенрика Аарского видели у телепортационной башни. Там же видели и его отца - Корада Аарского. К Майорину присоединился Лавт Борец и Вабель Звонкий Лис. К башне пришлось торить дорогу. Лавта Борца ранил маг. Поняв, что уходить некуда, город пал, крепость взята, а последний рубеж обороны прорван, маги сражались насмерть, руководствуясь только желанием забрать с собой побольше жизней. И забирали.
Оборотень упал захлебываясь кровью. Вабель спалил мага заживо, надавил Борцу на порванное горло.
– Не жилец.
– Обратиться можешь?
– выкрикнул Майорин. Лавт моргнул. Вроде как согласно.
– Тогда валяй!
Вабель оторопел, отнял руки. Мышцы под кожей оборотня заходили узлами, сама кожа стремительно серела и истончалась. Лицо вытянулось, суставы выворачивались из пазух, чтобы встать иначе, по-звериному.
Перед ними лежал волк в драном кожухе.
– Лавт, иди назад!
– посоветовал колдун. Борец ударом лапы, отразил летящий навстречу огневик, кубарем прокатился по мостовой и бодро вскочил. Бодрость далась Лавту с трудом, но никто этого не заметил.
К чести Аарских башня устояла. Немногочисленные ратники, дошедшие до неё, лежали вокруг раненые или убитые. На появление чужаков башня ответила однозначно недоброжелательно.
Просить Хенрика выйти и умереть достойно никто не стал. Не дурак он, всем ясно. Не откроет.
Казна хранилась в укрепленном помещении на первом этаже. Тройные толстые двери с тройной магической защитой уберегали возжелавших от соблазнов. Ивен ковырялся около получаса, за это время дракон, поместившийся с трудом в достаточно просторном коридоре, сжег семерых поинтересовавшихся: а что собственно за возня.
Айрин периодически помогала магу с силой, но больше отдыхала, наслаждаясь иллюзией покоя. Шип отпускал ехидные комментарии, чем весьма раздражал мага. В драконьем понимании мира человеческая смерть была событием если не хорошим, то мало достойным внимания. Исключением являлись истоки, которых Шип отнес в разряд потерпевших от человеческо-магического террора.
Исток показательно дремала, даже не отругиваясь и не споря. Сил у Айрин не было. Ей казалось, что её выпили до капли, высосали кровь, а потом попытались подзакусить свежим мясом. Но таки не успели.
– Всё.
– Ивен пнул ногой дверь и та послушно подалась.
– Иди. Я рассчитался?
– Вполне.
– Прощай, Айрин. Удачи тебе, может у тебя и получится жить той жизнью, которую ты мне рисовала.
– И у тебя получится. Подумай об этом.
Маг протиснулся в узкое пространство меж стеной и драконовым боком.
Айрин зашла в "кладовую" магов.
Ожидала она большего...
Проигнорировав тяжелое золото, непонятно как обналичиваемые векселя, долговые расписки, девушка перешла в сундучкам с драгоценными камнями. Особо крупные и явно применяемые для магических изысканий отложила сразу. А вот поменьше да попроще сгребла в сумку.
– Этого хватит с лихвой.
– Издеваешься?– Шип посмотрел на худую кошелку.
– И за каким бесом я сюда летел?
– Больше камней нет.
– Бери золото.
– Оно тяжелое...
– Набери свой вес, его я почти не чувствую.
– На хрена нам столько денег?
– Истратим! Давай! Грабить, так грабить. Чего мелочится!
К башне пробился Ерекон с пятью отрядами. В каждом осталось по три-пять колдунов. Злющих как бесы.