Чтение онлайн

Взбешенная стража, окружила его в кольцо. Портального амулета с привязкой у него не было. Маги сглупили с Велмерой, но ему времени на размышления никто не давал. Пока он отражал атаку одного, другой швырнул в него камнем.

И попал в затылок. Уже падая, колдун понял, что сейчас будет бит.

Я не вернусь, осознал он, мне не к кому возвращаться.

Ты перерубишь себе жилы надежды холодным мечом совести. Скуешь свои мечты кандалами долга. Перегрызешь вены желаний зубами обетов.

И помрешь в выгребной яме, задаваясь вопросом: "Ради чего?".

Чтобы эхо, заливисто хохоча, отвечало:

"Чего ради?".

Истины нет у того, кто идет на смерть. Истины нет у того, кто садится на трон. Истины нет у того, кто возносит руки вверх, готовясь произнести речь.

Обретший истину знает, почувствовать истину можно только остановившись.

В домике у озера отшельник подоит козу, с радостью выпьет чашку молока и полдня просидит, созерцая замерзшую воду. Он не будет раздумывать, отчего вода замерзает, почему лед прозрачный, а снег белый. Зачем наступает зима, а на смену ей приходит весна, превращая ледяную красоту сначала в грязное беспорядочное половодье.

Чего ради?

Он даже не будет задаваться вопросом, почему он ушел из мира, спрятался от суеты, отказался от действия, зарекся что-либо менять.

У него тоже нет истины.

У неё вообще не бывает владельцев и владетелей.

Зато он у истины есть. Отшельник.

Глава 19

С крыш капала вода. Ходить по столице стало неприятно - за шиворот постоянно попадали ледяные струйки. Иногда за водой и отяжелевшим от влаги снегом следовали черепицы, прилетая горожанам на головы.

Ладонь под щекой - чуть влажная и теплая. Арне открыла глаза.

– Ты не спишь.

– Не сплю.
– Горан смотрел на нее, у него было усталое лицо.

– Хочешь поговорить?

– Не хочу.

– Это правда.
– Улыбнулась она.
– Слышишь капель?

– Слышу, что меняется гарнизон.

– Капель ночью. Еще будет холодно, Горан.

– Знаю.
– Архимаг вытащил руку и перевернулся на спину.
– Давай спать, Арне.

– Ты не можешь спать - у тебя бессонница.

– Но ты можешь.

Арне опять улыбнулась, обняла его, поцеловала в щеку. Свеча на столике у кровати погасла. Горан лежал с открытыми глазами, прислушиваясь к ровному дыханию слышащей.

В дверь поскреблись.

Архимаг осторожно встал. Он отворил, затягивая пояс халата.

– Государь желает вас видеть, господин архимаг.

– Пусть подождет.

– Не велено, господин архимаг. Я вас провожу.

– Я знаю дорогу.

– Приказ, господин а...

Горан зевнул, клацнул зубами и закрыл дверь.

Редрин Филин похудел и осунулся. Придворный повар обижался на государя и боялся немилости - Редрин почти не ел. Горан сел на скамью с вычурной спинкой, закинул ногу на ногу.

– Был не один?
– спросил государь.

– Спал.

– Неужели? Я все знаю о планах Мадеры, Горан.

– О каких планах?

– Где на троне сидит другой де Морр. Хочу услышать, почему я о них узнал только сегодня?

– Я ничего...

– Погоди врать! Голову срублю! Мне известно, что ты нашел его записи и документы.

– Следили?

– Нет, не следил, доверял тебе как глупец!

– Орник был моим учителем.

– А я все еще твой государь!
– рявкнул Редрин.

– Я не хотел порочить его память! Он служил Вам, Велмании!

– Владычице! А ты кому служишь, а? И в каком порядке? Может сначала Владычице? А потом уже мне и Велмании?

– В первую очередь я служу Велмании!

– Уверен?

– Да!

– И меня ты убьешь, коли тебе покажется, что мой брат больше подходит для Велмании? Скажи мне, а он рад? Рад, что все так жаждут видеть его на моём месте?

– Я не знаю. При жизни Мадера ничего мне не говорил, после смерти никаких свидетельств, что Ваш брат согласился стать государем, не было.

– Выгораживаешь его? Или себя?

– Какая разница, что задумал Мадера? Он мёртв!

– Мёртв. А ты? Ты со мной, Горан?

– С Вами, мой государь.

– Хочется верить.
– Редрин перестал ковырять пальцем подлокотник и посмотрел на Горана.
– Всё паршиво, верно?

– Да.
– Признался Горан.
– Очень, государь.

– Что ж... Мечта... вот что толкает нас вперед. Заставляет взлетать выше птиц, забывать о невозможном, рисковать всем. Аара вела такая мечта, перевернуть все сущее, создать нечто новое, невиданное сверхъестественное. Торжество магии и науки над природой. Его мечта создала Цитадель магии. Новую школу. И поэтому мой прадед его услышал. У Аара горели глаза, он вел за собой народ, и они не шли, бежали за ним. Скажи мне, Горан, а ты мечтал? Рисковал, ломал свою жизнь, ломал привычный мир?

– Нет, мой Государь.

– Орник Мадера последний год мечтал, чтобы на моем месте был Майорин. Не раз он говорил словами Мая. Как он защищал эти слова на советах, как отстаивал точку зрения. А я мечтал превратить Велманию в процветающую мирную страну, я малой кровью присоединил Кордер, стычки с Луаром были только стычками. Народ не голодает. В каждом крупном селе сидит колдун или маг. Школа новой магии получила деньги на исследования чумы, храм построил два крупных монастыря. Казна полная, зерно доверху набило амбары, в городах открыты школы. В Милрадицах и Вирице высшие школы, теперь очередь за Грионом. Тридцать новых крепостей построено, девять расширено и восстановлено. Развитые посады мы обнесли стеной, дали статус городов. Мы снабжаем Луар зерном и лесом, керамическими изделиями, скотом. Этого мало, Горан? Мало? Всегда чего-то не хватает. Вот сегодня мне ставят в претензию переизбыток магов и колдунов в стране. Резать вас? Жечь? Вас, что стало больше рождаться?

– Мы стали больше учить. И Новая школа и Инесская находят почти каждого ребенка, обладающего даром. Это одна из обязанностей смотрящих колдунов - отслеживать рождаемость.

– А раньше?

– В зависимости от способностей. Чем сильнее были способности, тем ниже шансы выжить. Либо их по-тихому сжигали на кострах храмовники, либо они сами калечились, без посторонней помощи.

– Понятно. Мой, брат, кстати, никогда не хотел быть колдуном. Он собирался стать государем. А стал истоком. Об этом ты мне тоже не сказал, Горан.