Чтение онлайн

— Я тут работаю, — она наклонилась, уперев руки в стол, — И если начнется неразбериха, зацепит всех!

— Я уже проникся серьезностью ситуации, давай к делу, — поторопил Трофим.

— Она перешла черту.

— Алина?

— Она использовала ребенка, — ведьма тяжело опустилась на свое место и потерла глаза, — Эта дура все-таки использовала ребенка.

Трофим прикрыл глаза.

— Ребенок мертв, слышишь, колдун?

Трофим кивнул.

— Она сказала, что это случайность, заламывала руки, — Ира дернулась, — Но я точно знаю, что тут происходит что-то непонятное. Я нутром чую, что где-то скоро рванет! И Алина точно приложила к этому руку. Не знаю, куда она влезла, но то, что она скоро там с головой застрянет, а вместе с ней и я…

— От меня чего хочешь? Ведьмиными разборками я не занимаюсь. Судите ее сами, выносите приговор. Исполняйте.

Он поднялся.

— Подожди, — нахмурилась ведьма, — Ты тоже здесь живешь. Если Алина съехала с катушек, мне ее не остановить, а остальные…

Она махнула рукой:

— Хотя ты прав, да. Наше дело, зря я все это.

— Если она каким-то образом будет представлять угрозу для меня или моих учеников, я ее убью, — Трофим подошел к двери, — До тех пор это ваше дело. Таков обычай.

— Обычай, — буркнула ведьма, откинувшись на спинку кресла, — Будто мы так и застыли в прошлом веке. В двадцати километрах отсюда нежить стала просыпаться, последний раз так перед войной было, помнишь, Трофим Никитич?

Он остановился, напрягшись.

— Я вот повоевала в свое время, — она хлопнула ладонью по столу, — Повоевала! И мне хватило! Слышишь? Они что-то чуют! Все они! И я точно не хочу повторения. Мне слишком нравится теперешняя сытая жизнь! А ты обычай — обычай…

Трофим на мгновение прислонился лбом к двери.

— Что молчишь? Тоже тебя не касается? Всех ведь заденет, — она привстала с места, не сводя с Трофима глаз.

Рассказывать ведьме о ничейной силе, которую нейтрализовал Ваня, и о пробудившейся древней мавке он не стал. Это только подтверждало ее слова. Но на душе стало тоскливо. Отсиделся в лесу, называется, отдохнул.

— Я схожу к Алине, — Трофим положил руку на ножны с кинжалом.

— Убьешь? — с надеждой спросила Ира.

Трофим промолчал, и она разочарованно вздохнула.

— Тогда у меня еще просьба, — ведьма поерзала на месте. Все-таки просить что-то они не умели, выпытывать, давить, шантажировать — да, а вот просить…

— Не много на себя взяла?

— Я не за себя, — она помялась и покачала головой, видно сама себя удивила, — Есть тут деревушка небольшая, я туда раз несколько месяцев наведываюсь, в основном наследственные дела и все такое, население небольшое, сам понимаешь, кому срочно надо — в город едут.

— И?

— И приехала к ним на прошлой неделе, но никто даже из домов не вышел. Я специально по улицам прошла. Стучала даже… — она развела руками, — Людей чуяла, да и в окна они глядели. Но молчали все. Жуткое зрелище, если честно. И ведь точно морок, но даже я не пробила, сил не хватило. Съездил бы, колдун, помог людям…

Трофим изумленно вскинул глаза, и ведьма хрипло засмеялась.

— Что смотришь? Думал, не знаю о тебе ничего? Знаю — знаю, специально справки наводила. Да только считаю, после того, что ты наворотил, самое то искупать теперь…

Ярость привычно всколыхнулась, прокатившись по мышцам огнем, загорелась в глазах всполохами. И Трофим сжал челюсти, стараясь ее подавить. А ведьма отпрянула, испуганно вскрикнув.

— Перегнула, каюсь, — заюлила она, отгораживаясь от него стулом, — Только сам понимаешь, мне не с руки в такие дела самой лезть, а тут ты под боком… Я же за людей, слышишь?

— Ведьма, — процедил Трофим, хватаясь за дверную ручку, но остановился, досадливо морщась. А потом развернулся, дернул подбородком и сел обратно.

Ирина стояла, прижав к себе спинку кресла.

— Ты должна мне услугу.

— Не отрицаю, обещала — будет, — она, пристально на него поглядев, отошла к окну.

— Мне нужна информация, — Трофим положил ладони на стол.

— Все, что знаю, и если это не повредит мне лично, — тут же отозвалась ведьма, — Никуда ничего узнавать не пойду, никого спрашивать не буду.

— Тебе знакомо родовое… — Трофим замялся, — Родовое имя Лесной дух?

Ведьма удивленно вскинула голову.

— Да, — потянула она, — Только это не родовое имя.

Она замялась, подбирая слова.

— Ты ведь знаешь, что ведьмы не могут иметь детей? — осторожна начала она, — В самом начале пути мы делаем выбор — семья или сила. Те, которые выбирают семью, уже не ведьмы. Обычные бабы. Может, поглазастей остальных. Это ваши берут силу из стихий, — она прищурилась, — Потому и могут рожать. Природа наших сил иная, мы ее из самой жизни черпаем. Оттого она и забирает все подчистую.

Трофим кивнул, а ведьма скривилась, дернув уголком рта.

— Все мы потом принимаем последствия своего выбора, кто-то хуже, кто-то лучше. Многие в детских садах начинают работать, в школах. Да куда далеко ходить, Алинка наша…

Ирина замолчала, вздохнув.

— К чему ты мне об этом рассказываешь?

— К чему? — Ирина покачала головой, — Да чтобы объяснить, кто для нас Лесной дух. Миф, сказка, надежда…

Она грустно улыбнулась:

— Лесной дух — невозможный ведьмин ребенок. Непросто нам осознавать, от чего отказываемся. Тогда, в молодости, кажется, что это незначительная деталь, отгораживающая тебя от могущества… А потом уж поздно. Не знаю, кто придумал эту легенду. Еще и название такое… поэтическое. Лесной дух. Хотя в то время такие в ходу были. Ты у нас кто? Жнец, вроде?

Она подняла глаза к потолку.

— Ведьмины силы наделяют своим даром случайную девочку из совершенно обычной семьи. Правда чаще такой, где ее либо бьют, либо что похуже. Природа всегда за равновесие. Мы пользуемся силой жизни и не можем ее дарить. Вот тебе сколько лет?

Трофим дернул головой.

— А мне вторая сотня пошла, и, скажу тебе, никаких Лесных духов не было и не будет. Невозможно это. Никак. Все, помогла тебе?

— Все, Ир, все, — Трофим тяжело поднялся. То, что ведьма не договаривает, было понятно. Но она и не врала, не смогла бы.