Команда
Шрифт:
За эти 120 лет футбол стал не только самым популярным зрелищем, но и социальным явлением. Для него построены стотысячные и даже двухсоттысячные («Маракана» в Рио-де-Жанейро) стадионы. Миллионы телезрителей еженедельно приникают к голубым экранам, чтобы насладиться любимой игрой, а когда проводятся мировые чемпионаты, то счет идет уже на миллиарды.
Для игроков и тренеров футбол — не столько игра, сколько тяжелое и трудное дело. Изнурительные тренировки, постоянные переезды и перелеты, частые разлуки с семьей... Вся эта кочевая жизнь изматывает до предела. К тому же никто другой не испытывает над собой столь пристального общественного контроля, как люди футбола. Каждый матч команды высокого ранга рецензируется в печати, показывается по телевидению. Действия игроков и тренеров обсуждают все — руководители, комментаторы, зрители. От них требуют только успехов, не признавая никаких ссылок на объективные и субъективные причины. Один западногерманский врач в течение трех лет вел подробные медицинские наблюдения за тренерами бундеслиги с их, разумеется, разрешения, а затем опубликовал полученные результаты. Так вот, он установил, что во время игры пульс некоторых тренеров достигает 190 (!) ударов в минуту. Вывод его был таков: профессия футбольного тренера одна из самых опасных в мире.
Футбол с его страстями и непредсказуемыми сюжетными поворотами, с его простотой и доступностью — не только увлекательное зрелище, но и любимая тема бесконечных обсуждений, жарких споров. Хотим мы этого или нет, но спорт вообще, и футбол в особенности, влияет даже на общественное, на национальное самосознание. «Наши выиграли!» — и люди гордятся, словно невесть каким достижением. «Наши проиграли...» — и люди печалятся, будто потерпели тяжкую неудачу. Но ведь не о битве же с врагами идет речь — ну, бегают, ну, прыгают, ну мяч гоняют по полю.
Мы не социологи и не беремся отвечать на вопросы о природе этого социального феномена. Знаем только, что он реально существует. И требует к себе серьезнейшего отношения. Чтобы убедиться в этом, достаточно лишь присмотреться к громадной чаше стадиона, заполненной футбольными болельщиками. Как единый тысячеглавый и тысячерукий организм, эта туча людей замирает и неистовствует, безудержно ликует и горестно вздыхает, хохочет и гневается, свистит и аплодирует. Где, скажите нам, можно найти еще двадцать два исполнителя, способных вызвать к себе такой интерес?!
Каждый матч, даже между очевидным лидером и откровенным аутсайдером, непредсказуем, всякая игра чревата неожиданностями. Но точно так же нам заранее известно и то, что по тем же законам ожиданной неожиданности развивается и судьба всякой команды, вообще история нашего футбола. Ну кто мог угадать, что чемпионом страны в 1983 году станет «Днепр»? Даже самые категоричные футбольные пророки не решились бы на такое предсказание. Именно эта вера в то, что все еще может перемениться, заставляет нас после обидных, но, видимо, в чем-то закономерных поражений отечественного футбола в мировых и европейских турнирах снова напряженно вглядываться в экран телевизора, когда на поле выходит сборная страны...
Приступая к работе над этим повествованием, мы несколько беспокоились: а что же будет, если, пока мы будем писать, у «Пахтакора» опять сменится старший тренер? Что если уйдут одни игроки и придут другие? И как писать, если «Пахтакор» вдруг возьмет, да и вылетит в первую лигу?.. Но потом мы смирились. На то он и футбол, чтобы преподносить бесконечные приятные и неприятные сюрпризы своим заинтересованным зрителям.
В футболе есть, разумеется, свои закономерности, но нарушаются они с замечательным постоянством.
Рукопись наша подошла к финалу, но повесть о «Пахтакоре» не завершена.
Матч заканчивается, игра — никогда.
"Дружба народов", 1984 год, №№ 7, 8.