Чтение онлайн

Мда… Все сидели молча. И даже я, снова взглянув на этого пухленького юношу и вспомнив ту стрелу, так ловко сбитую Ахметом, увидел совсем другого, запутавшегося в себе человечка. А говорят, что первое впечатление самое правильное…

— Грозные воины! — пошатываясь, встал вдруг, уже порядком поддатый Игды и окинул взглядом, безусых подростков. — Давайте, всё же выпьем за здоровье моего хозяина и вашего нового командира, Комара. Вы не смотрите что он такой мелкий. Я например, — этого совершенно не замечаю. Смотрю на него и вижу перед собой могучего багатура! Более того, я совершенно уверен что он даже в таком нежном возрасте, любому из вас хорошенько наваляет, причём, голыми руками. Не говоря уже о луке или ноже. Но и это не самое главное, что я хочу сказать. Послушайте старого, горбатого слугу, повидавшего немало на своём веку. Ничто так не говорит о человеке, независимо от того, маленький он, толстый или худой, как его слава. И только от вас зависит, завидовать вам будут или же насмехаться, ваши боевые товарищи. Но со своей стороны, могу вас заверить, что я ни разу не пожалел, что пошёл в услужение к такому замечательному господину, как Комар. И поверьте! Он вас ещё немало удивит! И надеюсь, озолотит… Просто дайте ему время. И вы не пожалеете ни о мгновении, проведённом с этим необычным, невероятно умным, и очень хорошим человеком. За нашего юного арабана, Комара!

— За господина! — первым поднял налитую потницу, Шрам.

***

— Ну всё Мерзы, не плач! — похлопал я всё ещё рыдающего от чрезмерно выпитого, хоть и довольно крупного, но максимум, шестнадцатилетнего юношу. — Я тебе кстати, очень благодарен.

— За что это? — не понял меня Мерзы.

— За ту стрелу. — он непонимающе посмотрел на меня и на грозно светящую одним глазом белку.

— За ту, что белку чуть не убил? — предположил Мерзы.

— Да нет. — улыбнулся я. — Эту белку, хрен убьешь! Я уже пытался, поверь. За то, что ослушался приказа и под страхом смерти, пытался спасти меня от медведя. Я этого не забуду. Но я так же не забуду, что ты конкретный засранец! Надеюсь, это в прошлом. И гонять я тебя буду вдвойне, пока из тебя не выветриться всё то дерьмо, что ты нахватался у своего папаши. И возможно, когда я стану сотником, то верну тебе твой арабан. Но это, только если ты проявишь себя с положительной стороны. Договорились?

— Да хоть втройне меня гоняй, Комар! Хоть в десять раз больше! Увидишь! Я воин не плохой! — обрадовался вновь открывающейся перспективе, Мерзы.

— Ладно, ладно! — ещё раз похлопал я по плечу юношу. — Давай, кушай. Набирайся сил. Они скоро тебе понадобятся… — я встал, и пошатываясь после очередной попойки, пошёл в шатёр. Но уже у входа, всё же дал ценные указания.

— Игды! — крикнул я. — Завтра начинай обучать их грамоте! Чтобы до обеда все умели читать и писать! Это понятно?

— Но хозяин! Как это возможно! До обеда-то?! — опустил руки, Игды. — Как я их оболтусов, за пол дня, грамоте-то обучу!

— Твои проблемы! — сдвинул я плечами. — И самое главное. Меня с белкой, до обеда не будить! Услышу малейший шум, всем бошки поодстреливаю… — еле добравшись до кипы шкур, я в очередной раз дал себе зарок больше так не напиваться, погладил на прощанье вертихвостку, и уснул беспробудным, детским сном…

— Не переживай, Игды. — похлопал по плечу озадаченного слугу, Шрам. Господин же не сказал, до которого обеда. До завтрашнего, или через неделю? Или целый год оболтусам знания в голову вбивать…

— А и правда! — повеселел Горбун. — Не сказал…

— Так что пойдём, выпьем за его здоровье! Он же надеюсь, не против, если мы за его здоровье, немного бухнем?

— За здоровье, — это можно… — согласился Игды. — Без здоровья, — оно никак…

— Это точно! — одобрительно похлопал его Шрам. — А нашему хозяину, ещё и удача, причём немалая, непременно понадобится! А за нее тоже, не грех выпить… А потом, когда у нас тосты и твоя великолепная потница закончатся, можно и грамоте…

— Шрам, ты очень, очень хороший человек. — еле стоя на ногах, похлопал по плечу не менее бухого вояку, Игды. — и за это, нужно срочно выпить!

— Что, выпить-то? — не понял мужик. — Мы всё подчистую вылокали! Вон, возле дрыхнущих сопляков пустой бурдюк валяется…

— Всю, да не всю… — Игды по-заговорщически приставив палец к губам, вынул из-за рубахи небольшую, кожаную тару. Обрадованный Шрам с большим уважением посмотрел на невероятно гордого собой, горбуна.

— А за что, выпьем-то? — немного помявшись, причмокивая и поглаживая усы с небольшой бородкой, в предвкушении спросил мужик. — За всё вроде, уже пили…

— Так, за тебя же! — не понял Игды. — Или забыл?

— Не забыл я… Просто не хочу я за себя пить. Вот и всё…

— Ну ладно… — с пониманием посмотрел на него Игды. — А давай, за Мерзы! — после небольшой паузы, предложил неожиданно горбун.

— За Мерзы? — не понял Шрам. — А за него-то, за что?

— Ну как-же! — уставившись залитыми потницей глазами на коренастого вояку, выкрикнул Игды.

— Тс-с… Тихо! — шикнул на него Шрам. Не буди лихо, — пока тихо… А то ещё и с сопляками делится придётся…

— Ну, как-же… — уже прошептал горбун. — Не побоялся Ахмета и по медведю выстрелил!

— Кто, выстрелил? — не понял Шрам.

— Как кто? Мерзы выстрелил! Хороший человек, однако оказался… Смелый!

— Не смеши меня, друг! — похлопал горбуна по плечу, расплывшийся в улыбке, Шрам. — Я не знаю зачем он всё это выдумал. Может к новому десятнику подмазывается, или ещё чего… Но его отец просил меня за ним приглядывать и в его дела без надобности не лезть. И я не лезу. Ну, почти не лезу… Но и в никакого медведя, он тогда тоже не стрелял. Я рядом с ним был и всё видел…

— А кто же тогда стрелял?.. — ошарашенный новостью, вылупился на Шрама, Игды.

— Кто-кто… Ясно кто. Сотник Такту, кто же ещё! Ахмет то ему, точно не указ… Вот за него, — я бы выпил! Справный воин. Не то что это злобное, жестокое и лживое существо. Весь в своего отца, гадёныш… Тьфу! — сплюнул с явным презрением к грозному темнику и несомненно достойного его отпрыску, мужик. И взяв у Игды уже налитую, полную великолепной потницы тару, тут же мигом влил её содержимое себе в рот. Закряхтев от удовольствия и устало махнув на прощанье застывшему горбуну рукой, пошатываясь побрёл в свой шатёр. Оставив уже совершенно ничего не понимающего пьяницу, наедине со своими путающимися мыслями и десятком мирно посапывающих возле догорающего костра, юнцов…

— Что значит, будить не велел! Обещал, головы ваши дурные прострелить? Так я сам их сейчас откручу и бавгарам скормлю! Скажи, брат его пришёл. Старший. Видеть желает!

— Хозяин! — протерев хорошенько глаза, всё же вижу перед собой перепуганную рожу горбуна.

— Просил же, не будить до обеда… — проворчав, кое как подымаюсь с постели.

— Так, уже обед почти… — оправдывается Игды и подсовывает мне медную миску что бы попить и умыться. — Утренняя роса, хозяин. Как ты любишь.