Чтение онлайн

— К сожалению, милорд. И все же в случившемся нет…

— Я еще не закончил.

Айден поборол желание кивнуть, потому что сейчас любая, даже неосознанная попытка отвести взгляд могла быть воспринята как признание вины.

— На запрос помощи откликнулись. Помните?

— Да, милорд.

— Это был модуль базы, входящей в ваш домен.

— Мне очень жаль, милорд. И я готов понести наказание за действия моих подчиненных, поставившие ход операции под…

Лорд-смотритель вздохнул:

— Их следовало бы наградить, Айден.

Как уверяла долгая практика официальных встреч, обращение по имени означало, что все опасности позади, но лорду Кер-Кален почему-то стало еще беспокойнее, чем раньше.

— Наградить?

— Они с блеском выполнили основную задачу: спасти и сохранить. Я правильно цитирую девиз?

— Милорд…

— Они могли действовать безрассудно, необдуманно, с нарушениями устава, но они следовали своему предназначению, не отклоняясь ни на шаг. В отличие от кое-кого другого. Догадываетесь, что я имею в виду?

Айден повел подбородком из стороны в сторону.

— Сколько баз поддержки находилось внутри периметра реагирования на период подачи сигнала?

Лорд Кер-Кален обреченно закрыл глаза. Теперь ему наконец-то стало совершенно понятно, что он наделал. И не только он.

— Две дюжины, Айден. Две! Вдумайтесь! Две дюжины баз, полностью укомплектованных и оснащенных гораздо лучше «Эйдж-Ара». Но модуль в точку встречи прибыл всего один.

Вообще не должно было быть модулей. Никаких. И лорд-претендент даже не отводил этому пункту особого места в условиях операции. Потому что был уверен: все стороны поступят предсказуемо.

Что тут скажешь? Виноват. Но, увы, вовсе не в случившемся.

— Это скандал. Даже больше, это позор. Самый настоящий позор, глубину которого вам по молодости лет вряд ли удастся осознать.

— Милорд, у действующих комендантов наверняка были причины, чтобы…

— Вот только не надо защищать тех, кто этого не заслуживает! Да, разумеется, причин будет представлена масса. И все исключительно весомые. Но меня куда больше интересует всего одна, которая касается не бездействия, а наоборот.

В этом Айден был совершенно солидарен с лордом-смотрителем. Потому что все еще не мог представить себе, какие именно шестеренки зацепились друг за друга в голове Тааса в тот момент.

— У него не было достаточных средств, верно? Да у него вообще ничего не было, кроме намерения исполнить свой долг! И этого, как ни странно, хватило.

— Милорд, я не ставил перед комендантом никаких…

— Айден, ваши кадровые решения всегда остаются на вашей же совести, и никто не вправе их обсуждать. Но как мне кажется, вы кое-что успели позабыть. Комендант базы сам ставит себе задачи. И сам выбирает способ их достижения. Если, конечно, находится на своем месте. А я думаю, в этот раз именно так все и получилось.

Это не похвала, а нечто гораздо большее. Признание заслуг, по сравнению с которым любая награда, пусть и врученная лично императором, будет выглядеть безделушкой. И можно только пожалеть, что слова лорда-смотрителя не слышит тот, кому они предназначены.

— Я не хочу давать ход разбирательству. А поскольку существует очень хорошая возможность замять случившееся, объяснив все отношениями вассала и…

Айден снова зажмурился.

— Что-то не так?

— Милорд…

— Вы ведь приводили его к присяге, не правда ли?

И почему пол не разверзается под ногами, когда это больше всего необходимо?

— Приводили?

— Нет, милорд. Я не успел это сделать.

Лорд-смотритель сцепил пальцы в замок:

— То есть вы хотите сказать, что риску добровольно подверг себя тот, кто даже не обязан был так поступить?

— Да, милорд.

Пауза длилась достаточно, чтобы Айден в красках представил себе грядущие кары, но закончилась всего лишь усталым:

— Вас следовало бы выпороть.

— Как пожелаете.

— Перед строем.

— Никаких возражений.

— А потом тоже наградить.

— Милорд?

— Мы еще вернемся к этому разговору, лорд-претендент четырнадцатого ранга.

Айден мог наделать глупостей, из упрямства или по недомыслию, мог вконец запутаться в происходящем и перевернуть все с ног на голову, но совершенно точно помнил, что за десятью идет одиннадцать, а вовсе не четырнадцать.

Вовсе не то число, от которого до титула, вожделенного всеми, кроме лорда Кер-Кален, оставался только один шаг.

Все это уже было.

Окружающая действительность снова темная, душная и ароматная.

Правда, темно вовсе не от того, что глаза закрыты: я как раз усиленно моргаю, но ресницы только беспомощно елозят по шершавой ткани, в которую зарыта моя голова. Собственно, и дышать трудновато по той же самой причине. А еще импровизированная подушка пахнет, но вовсе не так, как это должны делать спальные принадлежности: кислый аромат металла и едкие пары то ли смазки, то ли растворителя. Хорошо еще запахи недостаточно сильные, чтобы вызывать тошноту, иначе, вкупе с легкой качкой…

— Ласточка моя, что я вижу? Да неужели?

— Давно надо было избавиться от этого хлама.

— Ты даже не представляешь, сколько за него могут заплатить любители старины!

— Поиски хотя бы одного такого замшелого коллекционера обойдутся гораздо дороже. Не та овчинка, не та выделка.

— И я… могу?

— На здоровье.

— Ласточка моя, я перед тобой…

— В долгу, в долгу. И учти: у меня все ходы записаны.

Что-то очень знакомо шуршит. Дверь? Во всяком случае, после этого недолгого звука наступает тишина, а значит, остроносая и впрямь ушла. Вышла вон.