Конец легенды
Шрифт:
Дома Андрей был вовремя, вроде успокоился. Но Анна заметила: что-то не так.
– Да ничего особенного не случилось, Анюта… Полуубийца этот отвратным субъектом оказался. Как все злодеи в принципе… А так – ничего.
Он все-таки рассказал ей за ужином про встречу в допроске.
– А ты меня ревновать не будешь? – кокетливо осведомилась Анна, словно почувствовала что-то.
– И не подумаю, – выпятил губу Андрей. – Я свое отревновал. Куда ты теперь от меня денешься?
– Ах вот как! Расслабился и успокоился, значит?
– Ага… А зачем тогда вообще жениться? Чтоб было где и с кем расслабиться.
– Ну-ну… Я это запомню! – погрозила Анна пальчиком.
Потом они сидели в гостиной, смотрели какое-то шумливое бестолк-шоу и комментировали идиотизм происходящего. Уже поздно вечером Анна мимоходом заметила, что дочка перестала «гулять по животику».
– А что? – всполошился Андрей. – С ней… что-то не так? Может, врача вызовем?
– Да нет, нет, – махнула рукой Анна. – Все в порядке. Извини, если напугала. Это значит, она уже на выход готова и силы копит.
Андрей нарочито вздохнул.
– Ну ты, если что, сразу мне или Вале звони…
– Не волнуйся. Все будет в порядке. Не в деревне же… Отвезут-привезут.
Наутро Андрея, прямо в коридоре, перехватил посетитель – он как-то ухитрился пройти мимо охраны.
– Это ведь вы про мишек писали, да? – чуть ли не схватил его за рукав мужичок старшего пенсионного возраста. – Я вас по фотографии узнал!
Так, с цепко повисшим на рукаве ветераном, Андрей дошел до приемной. Валя, увидев вторженца, нахмурила брови и стала медленно подниматься из-за стола.
– Ничего, Валентина Николаевна, я побеседую с товарищем.
Мужичка, хорошо подготовившегося к беседе, пришлось завести в кабинет и усадить за стол.
– Очень нам ваша заметка понравилась…
«Можно было обидеться на «заметку» – в другой ситуации… Но ветеранам колхозного строя прощается неосведомленность в журналистских жанрах».
– И у нас в районе мишки бунтуют, ага! Совсем распоясались!.. А дела до этого никому нет!
Они уже чуть ли не в хаты забираются, а сделать ничего нельзя.
– И где эти события имеют место?
Посетитель назвал соседний к северу район.
– А что, нашу газету и там читают? – удивился Андрей.
– Да, да!.. Привозят, если случится… Вот вы бы, товарищ редактор, про нас тоже… Может, хоть кто-то озаботится этим.
Старик буквально поедал его хитрыми, удивительно живыми глазками.
– Видите ли… Раз это не наш район, формально мнение нашей газеты руководство вашего района не интересует. Спасибо, конечно, за добрые слова, но обращайтесь в свою районную газету. Тогда, возможно, от этого будет какой-то толк.
– Да что там наша газета! – махнул рукой посетитель. – Реклама одна и администрация со своей кодлой… Вот у вас газета так газета!.. Может быть, приедете? Пропечатаете как следует? А то больно косолапые озоруют… Собак дворовых дерут, погреба разоряют. А намедни мишка целый улей в лес уволок.
– Ну да? – неподдельно удивился Андрей.
– Ага! Лапами подталкивает, за крышу ворочает – так и уволок… Пчелки-то, они, пока холодно, квелые, за свое добро постоять не могут. Так и скоммуниздил улей, вражина бурый. А пасека для нашего села – кормилица. Если они повадятся, мы всей деревней лапу сосать зимой будем – не хуже тех мишек.
– Ну, это действительно сущее безобразие, – искренне согласился Андрей.
Он вывел просителя в приемную.
– Валентина Николаевна, запишите у товарища все данные, соберите ему несколько номеров газеты и чаем напоите на дорогу.
Ветеран, довольно крякнув, полез жать Андрею руку. Его ладошка была сухой, теплой и гладкой.
«Поразишься, как простому народу непривычно элементарное внимание… Пять минут сердечного разговора – и он уже счастлив».
– А вот, молодой человек… – Старик как-то сник, внимательно глядя Андрею в глаза. – Не знаю даже, как сказать… Говорят, у вас в газете парень один работает… Ну, может с нечистой силой сладить, помочь народу… А? Его нельзя ли нам прислать?
– Не понимаю, о чем вы, – досадливо тряхнул головой Андрей. – Нечистая сила – это не по нашей части. Мы стоим на четких материалистических позициях. Дайте секретарю ваши ко ординаты, я решу, как вам помочь. Медведи – это серьезно. А с нечистой силой – это в церковь.
Андрей перехватил хитрый Валин взгляд и намерился вернуться в кабинет, но вдруг услышал:
– Граждане, а где здесь объявление можно подать?
– Здесь, но по четвергам, – ответила Валя.
– Ох, а сейчас прямо нельзя? Мне далеко, не с руки еще раз ездить.
Валя подняла глаза на Андрея. Тот кивнул.
– Ну ладно, давайте, что там у вас.
Невысокий, крепкий мужичок прошел в приемную и сел. Одет он был в недешевый цивильный костюм, но к одежке этой явно не привык. Андрей ушел к себе, но оставил дверь открытой, чтобы слышать разговор.
– Текст готовый есть? – деловито осведомилась Валя.
– Нет, я думал, вы мне поможете… Я как-то не очень по этой части. А?
– Валентина Николаевна, Зою вызовите, – громко сказал Андрей. – Пусть возьмет информацию у товарища.
Ему почему-то показалось, что у дядьки есть что-то интересное. И не ошибся.
– Ну, вот я и хочу это сооружение, ну, что ли, в аренду отдать… Пусть бы там музей сделали или что-то навроде гостиницы. Интересно же!.. Эпоха холодной войны и все такое. Иностранцев бы привозили. Всё доход – и мне, и в казну. Я наподобие такого видел по телевизору. В Литве, что ли? Только мое чудо-юдо подземное куда забористее.
Андрей не усидел за столом, вышел, встал в дверях кабинета. Борец с медведями ушел. Зоя-рекламщица сидела рядом с Валей и писала что-то в блокноте. Андрей уловил Валин взгляд – давай присоединяйся. Вроде тут не только на рекламное объявление тянет.