Чтение онлайн

– Вы же сказали, что оставили это дело.

– Я и оставил. Прекратил. Бросил. Разорвал все налаженные связи. Не решился больше рисковать жизнью и подвергать опасности тех, кто на меня работал. Но, как видишь, Артефакты не желают выпускать меня из своих цепких лап. И я осознал одну простую истину - тот, кто однажды свяжется с ними, никогда уже не будет свободен от их влияния. Артефакты Древних Богов не отстанут от человека до тех пор, пока не сведут его в могилу. Купец - яркий тому пример.

– Его убили зилоты, - напомнил Марк.

– Зилоты, Артефакты... В нашем мире очень многое тесно связано. Не всегда можно понять эти связи, а когда наконец понимаешь, то понимаешь и то, что ты слишком далеко зашел. Распутывая одну нить из клубка, не замечаешь, как задеваешь остальные. Они-то и приводят тебя к концу пути, пользуясь твоей же невнимательностью.

Марк с трудом понимал, о чем идет речь. Выловил лишь общий смысл. Барон впал в глубокую депрессию, считая, что Артефакты приносят лишь беды. Марк, пока не поддерживающий таких взглядов, вспомнил вдруг, что знахарь тоже говорил об опасности, которую Артефакты могут представлять. Но в целом, даже несмотря на тот случай, когда Марк и Грэм вцепились друг другу в глотки за право обладания Кристаллом Судеб, островитянин придерживался мнения, что Артефакты не способны влиять на жизнь и смерть людей.

– Я уже обречен, - неожиданно заявил Миллок.
– Ты - возможно, еще нет. Поэтому мой тебе совет - не лезь в омут, остановись, пока еще не поздно. Не позволяй Артефактам определять, когда настанет конец твоего пути.

Барон не сказал больше ни слова. Откинувшись на спинку кресла, он уставился в потолок невидящим взглядом. Сложно было сказать, действительно ли Миллок считал так, как говорил, или начинал постепенно сходить с ума. Марк оставил его в одиночестве, поняв, что ничего больше от барона не услышит. Ни о зилотах, ни о том, что так ревностно оберегал торговец. Хотя, на счет содержимого ларца одна наиболее вероятная догадка у него имелась.

Уже в дверях Миллок все-таки окликнул островитянина:

– Я полагаю, что мой друг не успел вам заплатить?

Марк помолчал, не желая упрекать погибшего хоть в чем-нибудь, даже самом незначительном. Потом все-таки кивнул.

– Возьмите в качестве платы мою лошадь. Я назвал ее Ласточкой. Думаю, совсем скоро она мне уже не понадобится.

Марк вновь кивнул, затем все же сказал:

– Спасибо.

Вечер еще не собирался угасать. Островитянин, по обыкновению решив прогуляться, на этот раз избрал западную часть города, надеясь, что хотя бы сегодняшняя прогулка не окончится очередным приключением. Несмотря на приязнь к такого рода событиям, Марк все же решил, что некоторые из них слишком опасны.

Среди западных кварталов Марк еще ни разу не был. Впрочем, ничего нового он не увидел - те же дома, улицы, только с другими названиями, и многочисленные жители. Ничего особенного, чему бы стоило уделить внимание.

Улица Бурь, одна из семи центральных, вела от храмовой площади к западным воротам Мерра. За ними, насколько знал парень, в стороне от тракта находилось старое заброшенное кладбище, на котором уже давно никого не хоронили.

Среди прохожих, направлявшихся по своим делам, островитянин разглядел знакомое лицо. Тот самый парень, что прикончил огра в святилище, и то же самое намеревался сделать с хранительницей орба - Ашей. Выглядел он достаточно надменно и самоуверенно, хотя и сменил кожаный доспех на повседневную одежду, и оружия при себе не имел. Может быть, отыскал тот амулет, что придавал ему сил, хотя Марк не мог сказать наверняка.

Несмотря на все внутренние протесты, островитянин все же позволил втянуть себя в очередную историю. Уж очень хотелось узнать, чем занят этот тип, и куда он направляется. Не привлекать внимания было проще всего. Знай себе иди вперед, да поглядывай на того, за кем следуешь.

Пока шли, поднялся ветер. Стало заметно холоднее, а затем еще и пасмурно. Небо потемнело, еще не севшее солнце погрузилось в серую пелену, хотя еще напоминало о себе идеально круглым диском, на который теперь можно было безбоязненно смотреть. Последний сентябрьский день все же решил порадовать жителей столицы дождем. Но пока вода не спешила литься с неба, и Марк упорно шел за нужным ему человеком по улице Бурь. Надеясь успеть закончить слежку до того момента, как на город начнут сыпаться первые капли.

Человек шел к воротам, с явным намерением покинуть город. Марка это нисколько не смутило - вернуться обратно он всегда успеет. Незнакомец, выбравшись за кольцо стен, свернул к кладбищу.

Погост довольно сильно зарос. Деревья, переплетаясь ветвями, почти не оставляли солнцу шансов проникнуть под кроны и осветить почву. Могильные плиты покосились или упали плашмя, а то и вовсе раскрошились под натиском беспощадного времени. Горожане не приходили сюда - родственников тех, кто покоился на глубине двух-трех ярдов, уже не осталось в Мерре. Кто-то переехал в жить в другие места, кого-то давно уже не стало, и приглядывать за могилами было некому. Иногда сюда наведывался сторож из Храма, что на центральной городской площади - проверить, нет ли на территории почивших чего необычного, но и только.

Стоило незнакомцу скрыться за кустарником, и Марк тут же его потерял. Попытался догнать, ускорив шаг, прошел кладбище насквозь. И едва не был брошен на землю, вовремя избежав подсечки. Незнакомец после неудавшегося приема схватил островитянина за одежду на груди двумя руками. Марк разорвал захват, отскочил на безопасное расстояние.

– Зачем ты следил за мной?
– зло бросил противник, уже не предпринимая никаких действий.

– Мне, по-твоему, делать больше нечего?

Вспышка. И почти сразу - сильный грохот. Гроза подобралась незаметно. Ветер усилился, раскачивая кроны в едином порыве, срывая с них листья. Закружил вездесущую пыль, бросив пригоршню в лица людей.

Незнакомец, прикрыв глаза рукой, хотел сказать что-то еще, но не успел - небеса раскололись вновь, и на землю полились потоки воды.

– Предлагаю временное перемирие, - пытаясь перекричать шум ливня, предложил Марк.
– Нужно возвращаться, иначе будем по уши в грязи.

Островитянин отлично видел, чего стоило его противнику принять предложение. То ли от избытка гордости, то ли еще по какой причине парень едва сдерживал гнев, но возможность в скором времени превратиться в ходячий водопад, к тому же замерзнуть и заболеть его явно не прельщала. Поэтому, сжав зубы, он вынужден был согласиться.

Сориентировавшись, они побрели по направлению к воротам, оскальзываясь и едва сохраняя равновесие. Грязь противно чавкала под ногами, засасывала обувь, и тогда переставлять ноги приходилось с трудом. Холодные ручьи стекали по телу, лицо и руки немели от холодной воды и не менее холодного ветра. Марк имел лишь одно желание - скорее добраться домой и согреться.

Ближе к центру кладбища ветер стих, гроза умчалась дальше, продолжая грохотать где-то на западе. Над погостом воцарилась тишина. Полумрак, установившийся среди темных древесных стволов и могильных камней, угнетал, вызывая неприятные ассоциации.