Чтение онлайн

– Ниче удивительного! Две ночи подряд в доме "поле боя у Дипона". Это точно те самые сволочи, шо днём в спальне сына рылись. Сперва вынюхали всё, шо надо было, а после напали. Мне токо не ясно, хто они такие. И шо им от меня и моих постояльцев надо!.. Эх, жалко, что ты сама себя так, как Эри, не можешь подлатать.

Да, жалко было до боли.

Ни Халахам, ни Алестар не появлялись. Олаф сказал, что видел их поодиночке мельком, но заговорить времени не было - оголтелые посетители жаждали новостей, занимая столики поближе к стойке с самого утра - как только потянулись вон из "Синего Винограда" постояльцы.

– Вы её видели?

Каилара встретилась с Лайлин взглядом.

– Кого?

– Женщину-оборотня, которая напала...

– ... на Эрикира. Да. Видела.

– Кто она?

Знахарка замялась.

– Очень... сильная ведьма.

– И всё?

– А должно быть ещё что-то?

– Да нет. Не знаю, - Лин вспоминала вчерашний разговор. Халахам не сказал, защитит ли их от ведьмы. Почему? Потому что не мог защитить или потому что не хотел? Очень важный вопрос, но кто на него ответит?

– Вы давно знаете Эри?

– С пелёнок.

– И какой он?

– Да обыкновенный. Только ветер в голове, - не раздумывая обронила Каи, а помолчав добавила: - Добрый.

Лайлин улыбнулась. Она очень хотела задать один вопрос, но не знала, как. Главное, не наломать дров.

– Мне кажется, у нас с ним есть что-то общее. Что-то, чем владеем только мы.

– Дар?
– Каилара совсем не казалась удивлённой.

– Да. Кто он? Что он может?

– Он видящий. Читает будущее и мысли. Правда, очень слабый. Никогда не брался за себя всерьёз.

– Читает мысли...

– Боишься, он мог что-то высмотреть в твоей голове?

Лайлин не могла видеть, но была уверена, что знахарка улыбается - той самой улыбкой, с которой взрослые смотрят на детей, когда те набираются смелости впервые прогуляться за ручку.

– Нет, не боюсь. Он славный. Я могу и вслух это сказать.

– Угум.

Каилара больше не улыбалась, но в глазах её залегло тёплое лукавое свечение. Сама Лайлин уже думала о другом.

"Сломай их изнутри.... Словно лечишь - только наоборот".

"Я читала мысли? Скорее мне их запихивали прямо в голову. Глупо считать, что я разделила способности Эрикира. Каким образом?"

Как бы там ни было, ей не терпелось поговорить с Халахамом. Один вопрос жег Лайлин изнутри. Отец сказал, что обоих незнакомцев прикончил Алестар, но сама она не была в этом уверена. Перед глазами стояло видение угольно чёрной воронки в центре пульсирующего светом облака. Она готова была убить. Охваченная смятением и понукаемая жестким голосом, звучавшим в голове, она чуть не переступила черту. В желудке заворочался холодный ком, и потянуло мучительно рядом с сердцем. Вспомнился цепенящий холод, сползавший по пальцам, когда она "повернула процесс вспять"...

Вязко всколыхнулась память.

"Просто повернуть процесс", - где-то это уже звучало, но Лин не могла вспомнить, где. Мысль ускользала верткой рыбкой, никак не даваясь в руки.

Исцеление наоборот. "Когда лечу - сгораю, а убивая... становлюсь льдом". Девушка поежилась, возвращаясь во вчерашнюю ночь. Перед внутренним взором плыло белое лицо в обрамлении спутанных серебряных прядей и бледно-розовые, словно заиндевевшие, радужки глаз. Лин вновь видела склонившегося над ней Алестара, и в её памяти время замедлилось, секунда проходила за три. Он только отстранился от неё, после того как выдернул из багрового кошмара ледяным касанием, и теперь всматривался в лицо девушки. Губы, дрогнув, приоткрылись, и вместе с беззвучным вздохом наружу выплыло облачко пара, коснувшись кожи морозной свежестью, застыло инеем на ресницах Лин. "Зимний Холод"... По сияющему во тьме лицу пробежала тень - и уже в следующее мгновение рядом никого не было, будто всё приснилось.

Каилара, закончив перевязку, провела ладонью по волосам Лайлин, обращая на себя внимание.

– К вечеру сможешь сидеть, а пока терпи.

Лин с трудом отряхнулась от воспоминаний и улыбнулась знахарке.

– Позвать кого-нибудь? Папу? Эрикира?..

– Халахама... или Алестара.

Каи, поведя бровями, кивнула.

– Если найду их.

* * *

Их было четверо. Двое ловко перетекали с крыши на крышу, то пробегая по конькам, то съезжая по скатам. Ещё двое следовали за ней по земле - она чувствовала на себе их неотрывное внимание. Шеа знала, что, если обернётся, то никого не увидит. Преследователи двигались невероятно тихо, но всё же недостаточно тихо для того, чтобы остаться незамеченными ею. Сначала она приняла их за гальта с его свитой, но потом отбросила эту мысль, как ошибочную - те позволили бы обнаружить себя только в момент нападения. Четвёрка, свято веруя в свою сноровку и удаль, продолжала слежку, а Шеа шла, не меняя направления, напрягшись внутри, как тетива лука перед выстрелом. Она чувствовала слабый энергетический шум, будто жужжание роя пчёл в бочке. Среди преследователей был маг. Руки чесались определить, кто из них.

Минуты исчезали в небытии, оставались позади безликие в своей серости дома, пару раз в главную улицу вливались поперечные - а четверо всё так же плелись за Шеа, продолжая игры в следопытов. В конце концов, ей это надоело. Надо было еще и своими делами заняться, не бегать же всю ночь по Юрру! Не сбиваясь с шага, она нырнула за Внешнюю Ткань. Для героев-шпиков это выглядело, как внезапное исчезновение прямо в воздухе. Шеа уже отыскала мага - он двигался в тени домов на приличном от неё расстоянии и совершенно беспечно использовал кошачье зрение, от чего здесь, в подпространстве, глаза его выглядели, как две светящиеся точки, плывущие в трех кратах над мостовой. Поймав цель, Шеа рванулась навстречу. Размытая фигура с фонариками глаз, отшатнулась, а затем проявилась мерцающим силуэтом за Тканью. Мерзавец заметил её бросок?
– хорош. Да ещё и сам шагнул сюда, где физические законы не имели силы, где терялось ощущение пространства и времени. Шагнул зачем? Чтобы сразиться, или чтобы видеть, от кого бежит?

Маг кинулся вперёд. В движении фигура его размазалась световым шлейфом. Шеа искривила губы в улыбке и взмахнула вытянутыми руками, описывая перед собой плоскость щита скользящим посолонь движением. Ладони её едва успели застыть друг за другом, замыкая круг, когда удар сбил её с ног, вышибив обратно в мир. За мгновение до того, как стрелы сорвались в полет, Шеа прянула в сторону - тишину ночи нарушил скрежет металла по камню. Умно - не лезть в ближний бой, а швырнуть её под прицелы товарищей. Окинув взглядом улицу, Шеа увидела только троих - чародей оставался за Тканью и мог в любой момент... Она ощутила покалывание между лопаток и, подчиняясь интуиции, рванулась прочь. Воздух исказился - нечто нехорошее и, несомненно, вредное для здоровья прошло рябью, напоминавшей кильватерный след от корабля. В это время темнота выплюнула следующую партию стрел, которые, как и предыдущие, не достигли цели - Шеа уже была за Тканью. Маг отбросил себя толчком силы назад, едва увидел перед носом объятую маревом фигуру. Шеа встряхнула рукой от плеча - отправляя вдогонку дымчатые плети. Спустя секунду после того как они нырнули сквозь кирпичную кладку фасада вслед за магом, она, сжав пальцы в кулак, резким движением руки на себя и вверх дёрнула путы с добычей. Похожий на привидение, в поле зрения показался бежавший чародей. Повторяя взмах руки, плети подбросили пленника вверх, а потом швырнули его к ногам Шеа. Она занесла руку с выпрямленной наподобие наконечника копья кистью и ударила, припадая на одно колено. Пальцы прошли в булыжники мостовой, как в подтаявшее масло. Маг, ускользнув, парил в полутора лакратах от Вдовы, торопливо делая какие-то пассы руками. Не теряя времени, Шеа развернулась вокруг своей оси, перенося тяжесть с правого колена на левое и перемещаясь в то же время ближе к цели. Ребро ладони рассекло светящуюся фигуру. На мгновение раньше маг, закончив формулу, обрушил на Вдову ливень ярко-голубых сияющих игл. Часть их канула в бугристом теле мостовой, но несколько десятков впились в Шеа, тут же слившись с её аурой. Сам маг попытался увернуться от удара, подбросив себя вверх, но не успел вовремя убраться с дороги и свалился в нескольких шагах от неё, не чувствуя ног - рука-копьё прошла сквозь него на уровне бёдер. Сама Шеа рычала от подступающей боли - иглы просочились внутрь и делали своё дело: левая рука онемела, а в бедре зарождался знобящий холод. Не рассиживаясь, она кинулась к магу, игнорируя протесты раненого тела. Зависнув над ним, стоя на четвереньках, она завела руку и впечатала в судорожно опадающую грудь крепко сжатый кулак. Казалось, мужчина выдохнул больше, чем могло быть в его легких. Сердце споткнулось и, сжавшись в последней конвульсии, остановилось навсегда. Пока ещё оставалось время, Шеа положила ладонь на лоб мага и посмотрела. Когда она отняла руку, мерцание его тела почти угасло, а Вдова знала, кем были напавшие на неё, и откуда они пришли.

Перед сбитыми с толку преследователями внезапно появилось тело мертвого мага, а следом за ним из воздуха на мостовую ступила сама смерть, источая волны обездвиживающего ужаса. Ни один из них не успел понять, как его убили.

Шеа сняла с трупов причудливые кованые пояса с подвесками, украшенными изображением клевера. "Пригодятся... Если Ловчие не успокоятся - натравлю друг на друга. Придумали себе развлечение: волочиться за одинокой "ведьмой" через полстраны".