Чтение онлайн

– Арг с дружиной сейчас в двенадцатой крепости, если не ошибаюсь?

– Так точно, Ваше Превосходительство, - человечек поднял голову от изучаемого им во время отчета документа. Сухонькой ручкой он поправил на носу пенсне и замер в ожидании дальнейших вопросов.

Внешность Роарта Н`Олла оставляла о нем ошибочное впечатление. "Всего лишь хилый близорукий писарь", - так выразился однажды феодал из провинции в присутствии двора, не дав себе при этом труда заранее осведомиться, кто есть кто, и попал в неприятное положение. Что касается самого Н`Олла, эта непредвзятая оценка, казалось, не произвела на него никакого впечатления. Может, так оно и было. Еще юношей Роарт был не прост - человек острого ума с цепким взглядом и не менее цепкой памятью. По роду занятий он был картографом, по должности - главным тактиком и советником генерала императорской армии герцога Н`Ауберна.

Получив ответ на вопрос, герцог на несколько кратких мгновений задумался, выбил пальцами дробь по столу и глянул исподлобья на стоящих по струнке братьев.

– Отчетники еще есть?

– Да. С восточного и северного краеугольного бастионов.

– Будете выходить, пригласите сразу всех. Хочу послушать, что скажут.

– Так точно, Ваше Превосходительство!

– Свободны.

Удар каблуков, разворот, три шага нога в ногу до двери... какая-то возня...

Лицо герцога медленно осунулось и посерело. Картограф опустил глаза к своим записям.

Два широких порывистых шага - и голос неугомонного виконта:

– Нельзя тратить время на отчеты! Эти, за дверью, в любом случае ничего нового не скажут! Нужно немедленно атаковать, отвлечь внимание Лесных на остальные крепости, растянуть их силы по всей цепи.

Последнее слово грянуло о мертвую тишину, как об стену. Слышно было только сбитое дыхание Теарана. Н`Олл еле заметно покачал головой. Младший Н`Карн, уже тянувшийся к ручке двери, теперь медленно, как во сне, развернулся с таким выражением лица, словно у него резко разболелся зуб.

Герцог Тонад-Лередикт Н`Ауберн, генерал императорской армии, сверлил глазами дыры в сыне графа Н`Карна Юррского, как в куске пахучего сыра. На жаровне что-то треснуло, и пара искр взметнулась к потолку - вместе с ними взлетела рука герцога и с оглушающим грохотом рубанула по столешнице.

– Довольно!!! Что за манеры! Балаган! Вы сами вынудили меня на откровенность, так потом не обессудьте!
– его голос перешел в угрожающий рык. Тихо, так чтобы слышали только присутствующие в комнате, он начал:

– Все прослушанные мною до вашего отчеты, оставались просто отчетами, констатацией фактов. Лишь у вас замечаю я необъяснимую потребность снабжать их собственными соображениями, хотя вас никто и не спрашивает. Вы родились сыном графа, закончили офицерскую академию - и теперь мните себя вправе давать рекомендации вышестоящему руководству? Неужели вы искренне считаете, что светлые мысли, подобные вашим, других голов не посещают? И это гениальное решение об одновременной атаке с отвлекающей целью не пришло мне на ум, как только вы открыли рот для своего отчета?! Так вот я вам доложу, что решение это хорошо само по себе, но оно гроша медного не будет стоить, если неправильно претворить его в жизнь. Нападение не принесет пользы, если вместе с нами не выступит как минимум большая часть гарнизонов из цепи Заграждения. Чтобы такую массовую атаку обеспечить, следует приложить некие усилия помимо горлодерства в моем кабинете.

Теаран краснел и бледнел. Губы его сжались в узкую почти белую линию. Н`Ауберн тем временем и не думал заканчивать.

– Прежде чем прыгать в стог сена, убедитесь, что в нем не торчат вилы. Если бы Император был в шестой или в нашей, восьмой, крепости - он бы уже организовал подмогу, а это, знаете ли, Алая дружина и пятеро верховных магов Коалиции. И вот - ваша жертва уже не нужна! Небесный Огонь, что вы видели - это ведь могло быть и работой императорского отряда. Да, это не так - ведь Арг сейчас в двенадцатой цитадели, и подоспеть на помощь он не мог. Но вам-то это не было известно, тем не менее, вариант с Алой дружиной вы даже не рассмотрели! Я уже шесть месяцев пытаюсь усмирить вашу гордыню и иносказательно донести до вас нашими бесконечными разговорами, что решения, которые вы постоянно пытаетесь мне навязать, не безупречны. А ваша реакция на мои приказы и обсуждение их в казарме для меня давно не тайна. Если рветесь наверх, вы должны хотя бы меня сначала убедить в том, что этого достойны! Ваши методы убеждения пока оставляют желать лучшего. Это все.

Н`Ауберн с грохотом отодвинул кресло и резко встал, отворачиваясь от двери к жаровне. Рука его потянулась за небольшой кочергой, но ворошить угли он решился не сразу - дрожь пробирала все тело. Он с облегчением выдохнул, когда дверь, наконец, скрипнула и затворилась.

Оставшиеся солдаты из дневного караула попытались сунуться с отчетом, но тут же безмолвно ретировались, отреагировав на знак советника.

– Ох, эти сыновья богатых родителей, еще и с правом наследования... Ты этих двоих видел?
– у обоих на лицах все написано. Каждая эмоция, малейшая реакция на мои слова. Катастрофа! И такие сущие дети еще хотят в генералы, в маршалы! Самодисциплина и самоконтроль - а уж потом управление подчиненными. И никак не наоборот.

– Я наблюдал их во время последнего сражения - должен отметить, они бросаются на врага с пылом не меньшим, чем мы имели удовольствие только что лицезреть.

– И это удерживает меня от того, чтобы отослать старшего к жоровой матери обратно в Юрр. Они отчаянные парни, а рассудительность и политическая хитрость, надеюсь, еще придут вместе с опытом, который они тут с нами двумя живота не жалея накапливают, - Н`Ауберн беззвучно хохотнул.
– Нет, ну эти дебаты с Теараном... Можно уже мемуары строчить.

– Нам стоит отправиться к магу. Он уже должен был связаться со всеми крепостями для обсуждения атаки.

Герцог только кивнул.

– Кружку воды бы сейчас - в горле першит.

* * *

Лес пылал.

Дым, черный и тяжелый, валил сплошной стеной в небо, теряясь в темноте. Гудел, как невиданный зверь, огонь, обвивая текучим плащом исполинские деревья. Болото у подножия холма, увенчанного, как короной, стенами крепости, полыхало чудовищным озером - пожар расползался, неудержимый, захватывая новые порции камышового одеяла за считанные минуты. Пламя лизало склон холма, словно пробуя на вкус, и только заслон, возведенный магом, не давал огню подниматься выше к башням. Но барьер был рассчитан только на воздействие стихий - тварей из плоти он остановить не мог.

Крепостные стены отсвечивали оранжевым душным заревом, а вверх по ним скользили неописуемые, бросающие в озноб своим видом, черные ручьи. Пограничники звали их Грязью. Как будто болотные духи, облачившись в мертвую гнилую землю, влекли за собой саму трясину, гонимые чужой волей.

Пожары полыхали по всей заградительной цепи. Огненный серп подкосил лес на сотни шагов вглубь, перечеркнув в одночасье десятки дней и ночей, за которые молодая поросль превращалась в тридцатисандовых гигантов, подминая под себя землю империи. В ответ Лесные взорвались яростными атаками, подобно штормовому прибою, швыряя одну за другой волны нечисти на стены блокпостов. Отражая нападение из последних сил, людям оставалось лишь надеяться, что ночь минет, и цепь не будет прорвана.