Чтение онлайн

— Да она же дитя! — побагровев, воскликнул Аль-Джервин. — По законам Королевства ее положение и возможности определяю я — вплоть до ее совершеннолетия!

Лирна посмотрела ему в глаза, он затрепетал, но не потупился, прошептал чуть слышно: «Ваше величество…»

— Милорд, госпожа Давока многое рассказала мне о вашей дочери. Судя по всему, ваша дочь героически и успешно сражалась ради свободы нашего Королевства и воздала заслуженную кару множеству врагов. Как того требуют уложения Шестого ордена, она получила рекомендации уважаемых добропорядочных людей, и брат Соллис согласен принять ее помимо испытаний и древних традиций за ее очевидные таланты и отвагу. Несомненно, в качестве сестры госпожа Иллиан принесет еще большую пользу Королевству и Вере. Вы же, милорд, насколько мне известно, провели войну, изготовляя декорации для предателя Дарнела.

Аль-Джервин вздрогнул, но взял себя в руки и заговорил ровным, спокойным голосом:

— Ваше величество, я слышал, что вы тоже попали в рабство к врагам. Если так, то вам известен стыд исполнения ненавистного ради выживания.

— Милорд, следите за словами, — процедил шагнувший вперед Илтис.

Аль-Джервин скрипнул зубами и продолжил медленно, хрипло, перебарывая страх:

— Ваше величество, у меня больше нет дома, состояния и гордости. У меня осталась только моя дочь. Я молю вас решить согласно старым законам и не дать моей дочери совершить безумное.

«А ведь это не ущемленная гордыня, — подумала Лирна. — Он просто боится за ее жизнь. Он — добрый человек, строитель с умениями, которые очень понадобятся в мирное время».

Она посмотрела на Иллиан. Та сверкнула идеально белыми ровными зубами, усмехнувшись в ответ на ободряющую улыбку Давоки.

«Она красива, как ястреб, — подумала королева, — а мне сейчас больше нужны ястребы, чем строители».

Лирна указала жестом одному из трех присутствовавших писцов, чтобы записывал Королевское слово.

— Моей властью я лишаю вас всех титулов и званий и лишаю вашего отца права распоряжаться вами. Теперь, как свободный житель королевства, вы вольны избирать любое поприще, доступное вам в рамках закона.

К удивлению Лирны, зала совета осталась почти нетронутой, лишь в западной стене зияла изрядная дыра. Ее прикрыли гобеленом, колыхавшимся на ветру. Вопреки традициям, Лирна призвала двух выживших аспектов на совет, формально назначив аспекта Элеру министром королевских работ, а Дендриша — министром юстиции. Ни отец Лирны, ни ее брат не назначали аспектов на официальные должности. Многие задумались над новшеством — и многие одобрили его.

Отец Лирны как-то сказал о Вере и ее слугах: «Не позволяй им ни на дюйм больше необходимого. Я привязал к ним трон, чтобы завоевать и удержать Королевство, но, если бы я мог, я бы иссек их, будто отсохший орган». Однако Лирна чувствовала, что время показало совсем другое. Обличительные речи аспекта Тендриса, направленные против брата, терпимо относившегося к Отрицателям, принесли много вреда Королевству, но силу Тендриса умаляла близость других орденов к королевскому дому. Ошибка отца была не в том, что он приблизил ордены. Ему следовало приблизить их гораздо сильнее.

— Как и в Варнсклейве, каждый день прибывает все больше людей, — доложил брат Холлан, сидящий по левую сторону от Лирны. — Гражданское население Варинсхолда сейчас около пятидесяти тысяч. Мы ожидаем удвоения за месяц.

— Мы сможем прокормить их? — спросил Ваэлин.

— При тщательном планировании, если не прервутся поставки от наших альпиранских друзей и привоз провианта из Нильсаэля стараниями лорда фьефа Дарвуса. Зимой будет тяжело, но с голоду не умрем.

— Милорд, как дела в армии? — спросила Лирна у Ваэлина.

— С новыми рекрутами, рыцарями барона Бендерса и простолюдинами к концу года у нас наберется восемьдесят тысяч.

— Нужно больше, — заключила Лирна и сказала лорду-маршалу Травику: — Завтра я выпущу эдикт о призыве, и все подданные пригодного для военной службы возраста будут записаны в королевскую гвардию. Милорд, ваша задача — натренировать их.

Лирна обратилась к Риве:

— Миледи, эдикт распространится на все фьефы. Надеюсь, вы не станете возражать?

Госпожа правительница сохранила хладнокровие, но Лирна видела, что Рива тщательно подбирает слова для ответа.

— Ваше величество, я лично — нет. Многие мои люди, пострадавшие от воларцев, — тоже. Но в Кумбраэле остались не затронутые войной углы, где еще живет старая злоба.

— Я надеюсь, слова Благословенной госпожи рассеют неприязнь, — сказала Лирна. — Госпожа Рива, возможно, вам стоит на время вернуться домой. Пусть ваши люди увидят вас, услышат повесть о ваших подвигах. Такое весьма воодушевляет.

«Никогда ни тени недовольства, — заметила про себя Лирна. — Но почему тогда она будит во мне такую тревогу?»

Королева решила поразмыслить об этом потом и повернулась к Щиту:

— Владыка флота лорд Элль-Нестра, пожалуйста, сообщите мне о своих силах.

В последние дни неизменная усмешка Щита пропадала, когда он говорил с королевой. Он, казалось, даже избегал ее взгляда.

— Ваше величество, у нас около восьмисот кораблей разного вида и рода. Мы захватили немало воларских торговцев, но приближаются зимние шторма, моря пустеют.

— Достаточная сила для того, чтобы отразить любое нашествие, — заметил граф Марвен. — Лучшие моряки в мире. И мы сможем подготовиться заранее.

— Сколько солдат могут увезти восемь сотен ваших кораблей? — спросила королева.

Щит озадаченно нахмурился и ответил осторожно, уклончиво:

— Ваше величество, если мы в полной мере используем воларские корабли, то, наверное, сорок тысяч. Но про удобство придется забыть.

— Милорд, удобства — давно забытая роскошь.

Она подсчитала про себя, ощущая, как растет напряжение в повисшей тишине. А они ведь поняли, что на уме у их королевы, — и боятся.

— Ваш человек здесь? — спросила Лирна Ваэлина.