Чтение онлайн

Все, трое.

У каждого, аккуратно так, голова прострелена.

Кто?

Ну, уж точно — не распаковки. Они бы тела прибрали.

Кто же?

Какая, впрочем, разница…

Я даже, грешным делом, немного обрадовался. Нет, не так — у меня с души камень спал. Некому сейчас мне предъявлять, что я Клоуну помог. Связал на фактории, этих, теперь мертвых.

Кстати, ружья у них не забрали…

Это — настораживает. Они — вполне приличные. Я даже своё, Клоуном мне выделенное, на одно из них поменял. Калибр мне подходил.

Кто ж их так?

С мертвых брать можно…

А, если?

Не любитель я по карманам мертвецов шарить, хоть это на Каторге и незазорно.

Деньги на телах были. Пусть немного, но были.

Ружья — не взяли, деньги — оставили…

То, что они в розыске, и за них денежку поднять можно — проигнорировали.

Пристрелили и дальше пошли. Но, с дороги всё же сошли. Вокруг трупов снег утоптан, пусть теперь всё это снежок немного и присыпал.

Почему — не знаю, но я на северян подумал.

Мысль такая мне в голову пришла.

Глупая, конечно.

Но! Если одна их группа у нас появилась, то почему бы и второй не быть? Что-то же им тут надо?

Наши-то, лесовики, по дороге без дела не шастают.

Глава 30 Всё становится ещё менее понятным

Ружья — не взяли.

Деньги из карманов — не выгребли…

Пристрелили.

Аккуратно…

А, ведь — не пристрелили!

У каждого — маленькая дырка во лбу и такая же — на затылке. Пусть, это были и малокалиберные пули, но после них выходное отверстие всегда получается больше входного.

Откуда я такое знаю?

Знаю уж…

Не первый год при комбайне.

Вокруг отверстий кожа была как бы даже обуглена. Чуть-чуть, но — есть. Это я обнаружил, года снежок с голов бедолаг смел.

Как будто раскаленной очень толстой спицей, или длинным гвоздем, головы им проткнули. Почему-то именно такая мысль у меня возникла.

Когда я их нашел, они все на спинах лежали. Начал обшаривать — одного и перевернул… Тут и про спицу подумал.

Потом и второго с третьим потревожил.

На затылках — то же самое!

Да, ситуёвина…

После всего этого я решил тут больше не задерживаться. Нечего рядом с покойниками стоять, беду к себе приманивать.

Дорога была истоптана. Некоторые из следов опять же настораживали. Один из таких я очень внимательно рассмотрел.

Складывалось впечатление, что будто огромный цыпленок здесь своими лапами прошагал. Причем — весьма тяжеленький. Следы его через снег до самого покрытия дороги впечатались. Их потом немного снежком подзамело, но я его ногой разгреб.

Что-то, раньше я таких цыплят-распаковок не встречал. Не было их на Каторге до настоящего времени.

Мля…

Час от часу не легче!

Может, обратно в поселок всё же вернуться? Хрен с ним, шерифом! Пусть сам в Речной топает.

Нет…

Сам я согласился, значит — надо идти.

Я, то и дело оглядываясь, побрел по дороге. Вверх голову тоже часто задирал. Летуны-то, явно, никуда не делись и их в новых реалиях тоже надо учитывать.

Шел и пел. Однако, негромко. Так уж, по привычке.

Час, два, три…

Никто меня не догнал, никто навстречу не встретился. Поперечных опять же не было.

Лес по обеим сторонам дороги начал редеть. Всё правильно, скоро большая низина будет. Тут я уже бывал.

Низина — не простая. Она вся плитами выстлана. Что уж тут раньше было — гадай, не гадай — узнать теперь не получится. Одно ясно — что-то большое.

Да, плиты эти, даже в самый сильный снег — почти чистенькие. Не заметает их, тает на них снежок.

Я вышел на пригорок и тут же упал в снег. Нет, не поскользнулся, сам поторопился из себя мишень не изображать.

В низине… шла битва.

Размер покрытого плитами пространства совсем не маленький — много футбольных полей на нем уместится. Сейчас, в одном его конце, дальнем от меня, находились уже знакомы мне распаковки. Причем — разные, практически почти все их виды, про которые я знал. Какие-то раньше я и сам видел, другие — только на рисунках. Перед первым выходом в лес, с данной информацией всех тут знакомят. Вот де, кто вас на переработку себе в брюхо засунет, а косточки потом выплюнет.

Поближе ко мне, цепочкой расположились машины, ранее мне неизвестные.

А, вот кто на цыплячих ногах ходит!

Сами они к распаковкам не лезли. Гнали на них толпу людей. Подтыкали их шипами, которые у них имелись.

Получается, такими игрокам головы и прокололи? Может и так…

Всё это я хорошо рассмотрел, уже когда лежал в снегу на краю низины.

Люди были вооружены кто чем. Большинство — ружьями. Это, считай, находились почти с голыми руками. Малые и средние транспортники ещё можно как-то стальной картечью повредить, а уж если что-то посерьезнее — будет как об стенку горох!

А, нет! Некоторые из тех, кто был против распаковок, были вооружены чем-то посерьезней, какими-то зелеными трубками, из которых довольно успешно поражали противников.

Что-что, а на зрение я не жалуюсь. Всё происходящее мне было отлично видно.

И ещё — почти тишина. Так, иногда, кто-то из людей кричал. Что, отсюда мне было почти не слышно — всё же я от происходящего был далеко.

Что же это такое делается?

Кто тут против кого?

Люди здесь какого лешего делают?