Чтение онлайн

– Понимаешь, мне будто кто-то сказал: уйди в лес.

Тим попытался обернуться к Павлу, отчего байдарка начала рыскать.

– Бросай все и уходи. Но не голосом говорил, а не понять как. Хотел рассказать об этом лейтенанту, но испугался, вдруг упекут в санчасть, как психа. Потом температура поднялась, голова заболела. Внутри как будто долбит что-то: уходи, уходи. Почему уходи, неясно. Подлез под "колючку", лучше стало. Вернулся назад, опять больной. Ну я больше не выдержал. Собрал кое-что из продуктов, переоделся в гражданку, и в лес. А в лесу меня как будто кто-то повел. И так хорошо, спокойно стало. Потом тебя встретил.

Павел угрюмо махал веслом, внимательно поглядывая по сторонам, но не пропускал ни слова из сказанного Тимом. Мистика с фантастикой. Сначала запретка, потом чудовище в озере, потом рыбак с фокусами. Теперь еще психованный дезертир впридачу. Кажется, отпуск удался. А всего-то и было желание: отдохнуть на воле да собрать по возможности материал для статьи.

По большому полукругу байдарка обогнула залив.

Миновав скалистый мысок, Павел взглянул вперед и вздохнул.

Опять залив.

Если следовать всем изгибам берега, полдня уйдет. Напрямую намного короче. Но вспомнил золотистое гигантское тело, исчезающее в глубине, и покорно погреб вдоль скал.

Черт с ним, со временем. Торопливость обойдется дороже. К тому же, ветер встречный, волна...

Байдарка подпрыгивала на неспокойной воде, как санки на ухабистой горке. Тима на носу то и дело обдавали крупные брызги, но говорить он не переставал ни на минуту.

– Летчики в карантине все время повторяют: слабый воздух. Будто им по рации кто-то передал - слабый воздух. А потом вертолет упал. Мне ребята, что на посту у санчасти стояли, сами говорили. Ты не знаешь, что такое слабый воздух?

– Не знаю.

– А еще, когда их на втором вертолете хотели искать, у него мотор заглох. И бэтээр не завелся. В "уазике" цилиндры заклинило. Ты об этом что думаешь?

– Думаю пристать к берегу не мешает. Не плывем ведь, а скачем, да и устал я уже.

Еще издали Павел заметил серебристую нитку ручья на почти вертикальной черной скале. Ручей падал не в озеро, как это случалось несколько раз перед этим, а на узкую площадку, поросшую зеленым кустарником. Значит, можно сделать привал, развести костер и перекусить.

После полудня воздух, возможно, прогреется и уляжется ветер.

Павел указал Тиму на ближайшую цель маршрута.

– Там кто-то есть, - тут же доложил Тим, приставив по-матросски ладонь козырьком ко лбу.
– Похоже, лиса. Рыжая.

Оранжевое пятно показалось среди валунов и сразу же скрылось, чтобы через мгновение промелькнуть уже возле ручья.

– Точно, лиса. Только странная.

– Чего же в ней странного?
– поинтересовался Павел, полностью поглощенный тем, чтобы байдарку не развернуло боком к волне.
– Сам же говоришь, рыжая.

– Да у нее хвостов штук десять, или не знаю, что там может быть вместо хвоста.

– Придумывай больше, - Павлу наконец удалось найти требуемое равновесие, и он вытянул шею, пытаясь из-за Тима разглядеть невиданное чудо.

Лиса, как сквозь землю провалилась.

– Ох, и компот у тебя в голове!
– рассердился Павел и тут же перестал грести, так как среди кустов снова мелькнул рыжий мех. Но на этот раз он совершенно отчетливо увидел, что это оторочка платья стройной девушки.

Незнакомка стояла у ручья и призывно махала рукой.

Убедившись, что ее заметили, она подбежала к самой кромке воды и звонко крикнула:

– Сюда, сюда! Дальше плыть нельзя! Опасно!

– Девчонка!
– обрадовался Тим.
– А я думал - лиса. Давай греби скорее.

– Успеем, - Павлу сильно не понравились сказочные превращения. Как можно перепутать девушку с лисой? Или у Тима действительно с головой не в порядке? Напридумывал про хвосты какие-то, а сейчас сидит, вертится, руками машет.

– Ну, чего ты!

Тим сам наклонился к воде и даже стал подгребать одной рукой, острые лопатки двумя горбиками выперли наружу.

– Правь к берегу. Смотри, какая девчонка симпатичная.

Байдарка медленно дрейфовала к отмели, где, подпрыгивая и смеясь, их поджидала девушка.

На вид ей было не больше двадцати лет, две черные косы перекинуты вперед, на грудь, синее платье из плотной материи, оторочено по подолу, рукавам и глухому, под горло, воротнику рыжим лисьим мехом.

Когда нос байдарки заскреб по мелким камням, Павел разглядел, что глаза у девушки пронзительно зелены, но от них веяло таким холодом, что не спасала даже приветливая улыбка, обнажавшая крепкие белые зубы.

– Почему, опасно?
– попытался как-то выиграть время Павел, задавая встречный вопрос, но Тим уже суетливо выбрался из байдарки и потащил ее по мелководью к берегу.

– Там - плохая вода, - указала девушка на дальний конец залива. Лодка не плывет, тонет.

– Что за чушь!
– Павел нехотя выбрался на сушу.
– Водовороты, коряги?

– Нет, просто слабая вода. Ничего не держит.

– Слабая вода?
– насторожился Павел.

Только что он слышал от Тима о слабом воздухе, и вот теперь - слабая вода.

Он вопросительно посмотрел на своего спутника, но тот как будто ничего не слышал. Само созерцание девушки полностью поглотило его внимание, и сейчас он ходил вокруг нее, горделиво выпятив тощую грудь.

– Как вас зовут?
– с интонацией записного ловеласа вопрошал Тим.
– Вы здесь живете?

– Кумихо, - просто ответила девушка и вновь рассмеялась.

Павел отметил про себя, что у новой знакомой типично восточный тип лица. И платье, как будто она выступала в самодеятельности. В таких платьях по лесу не ходят. И вообще таких девушек Павлу не приходилось видеть никогда в жизни.