Кровавый триптих
Шрифт:
– На эту громадину можно погрузить Статую Свободы.
– Это только предположения, - заявил Паркер.
– Теперь давай займемся тобой, Питер. Ты что здесь делал?
– Пришел со стариком.
– Это мне известно. Зачем?
– Я знаком с девицей, с которой Паланс был помолвлен. У них все разладилось. Девица боялась, как бы он ей не стал мстить. Мы со стариком были много лет друзьями, вот я и пошел поговорить с Беном, а он сказал, что говорить мне надо не с ним и что сегодня он встречается со своим сыном. Он пригласил меня пойти с ним. Вот и все дела.
– Ясно. Теперь уходим. И не исчезай, Пит. Позванивай. Почаще.
Было без четверти одиннадцать, когда я позвонил в дверь Лоле. Она отозвалась из-за двери:
– Кто там?
– Пит.
Лола открыла дверь - и я расплылся в улыбке . Девочка, похоже, с каждым часом расцветала все больше и больше. На ней была голубая атласная пижама с откровенным декольте, доходящим до пояса. Она поцеловала меня, закрыла дверь и прильнула ко мне всем телом, обвив руками мою шею. Лола не отпускала меня и, подхватив её на руки, я отнес её в гостиную. Она умело изобразила бездыханное тело: голова её бессильно свесилась, руки болтались, тело обмякло. Я осторожно положил её на широкий мягкий диван и сел рядом. Я снова поцеловал её, повинуясь требованию, горящему в её взоре. Тут она села и спросила:
– Что случилось?
– А что?
– Ты не расположен к поцелуям. Ты где-то далеко. Не со мной.
– Уголок её рта дрогнул.
– Как, уже?
– Нет. Не так же быстро.
– Тогда в чем дело?
– Ты подписала со мной контракт.
– Ну и?
– На её лице возникло недоумение.
– Послушай, если я могу рассчитывать, что ты меня сумеешь защитить от Фрэнка, если мне можно не бескопокиться о сломанном носе или выбитом глазе, тогда я готова выплатить тебе двадцать процентов до последнего цента - чего ты все равно не получишь, потому что, как я уже тебе говорила, он переписал страховой полис.
– А кольцо? А кадиллак?
– Я их не верну. Поверь, я не шутила, когда говорила, что заработала их. Но только не думай, что я какая-то там алчная дрянь. Я не такая. Клянусь, я впервые в жизни не хочу возвращать то, что от меня требуют вернуть. Но только никому не удастся сделать из меня дуру. Никому!
– Никто и не собирается.
– Я ведь не такая плохая, какой могу показаться. Уж поверь мне, - Она отвернулась.
– Верю, - я взял её за подбородок и повернул лицо к себе.
– Тебе можно теперь не думать о Фрэнке - до самой смерти.И кольцо, и кадиллак - они теперь твои.
Между бровей у неё пролегла морщинка.
– Что-то я не понимаю.
– Он мертв.
Ладонь Лолы взлетела к её рту, прижалась к губам. Во взгляде, медленно встретившемя с моим, сквозил ужас.
– Ты... убил его?
– Нет.
Ужас растворился в её глазах и сменился испугом, недоумением и отчаянием. Рука бессильно упала.
– Что случилось?
Я ей все рассказал.
Когда я закончил свой рассказ, кровь отлила от её лица, пальцы дрожали.
– Где ты держишь эликсир жизни?
– спросил я.
– Что?
– Виски. Тебе надо глотнуть.
Она указала на дверь. Я пошел к двери, толкнул её и оказался в кухне. В белом шкафичке над раковиной я обнаружил целую батарею бутылок. Я налил в бокал брэнди, принес в комнату и заставил Лолу выпить залпом. Ее щеки быстро порозовели.
– Но ведь и тебя ... могли убить, - прошептала она.
– Такая возможность предусмотрена в издержках производства. Моего бизнеса. Это нормальный риск моей профессии и учитывается в размере гонорара. Кстати, о гонораре.
– Я сел рядом с ней на диван.
– Этот страховой полис теперь играет куда более важную роль, чем вчера.
– Но я же сказала...
– Я знаю, что ты мне сказала. Но ведь это ты мне сказала. Лучше мне послушать страхового агента. Ты не знаешь, кто он?
Она приложила пальцы к вискам, пытаясь припомнить.
– Фрэнк мне говорил как-то. Сейчас подумаю. Кейт. Или Грант. Не помню. Кейт Грант или Грант Кейт.
– Ну, это несложно выяснить. У тебя есть телефонный справочник?.
Лола встала с дивана и принесла мне книгу. Мы уселись рядом и стали листать справочник. Агента звали Кейт Грант. В справочнике были указаны два номера - офиса и домашний. Для звонка в офис было уже поздновато. Я позвонил ему домой. После нескольких звонков на другом конце провода раздался сонный голос:
– Алло?
– Мистер Грант?
– Да, это я. .
Я постарался изменить голос и заговорил на две октавы ниже. Лола прижала свое ушко к трубке вместе со мной.
– Это мистер Паланс.
– Фрэнк?
– Нет, отец Фрэнка. Бен Паланс.
– Да? Да, мистер Паланс?
– Простите, что потревожил вас так поздно
– Ничего страшного, сэр.
– Дело очень срочное. Речь идет о страховом полисе Фрэнка. Он говорил мне о том, что изменил полис в пользу другого бенефициария. Это произошло накануне его ухода в рейс. Он упоминал имя молодой леди по имени Роуз Джонас.
– Да, сэр, - подтвердил страховой агент.
– Я помню: перерегистрация бенефициария. Он со мной связывался. И отдал мне соотвествующие распоряжения. Роуз Джонас - совершенно верно.
– Благодарю вас, - Я положил трубку.
– Ну вот, видишь?
– воскликнула Лола.
– Вижу, - мрачно заметил я и попрощался.
– Ты куда?
– Работать.
В "Рейвене" было шумнее, чем в зале сената при обсуждении госбюджета. На сцене выступала Роуз Джонас со своей версией "Звездной пыли". Мне доводилось слышать вариации и получше, но аранжировка оказалась очень удачной, а уж зрелища подобного этому я в жизни не видывал,. Она была сложена так, что, без сомнения, в койке могла обеспечить комфорт: пркически обнаженная верхняя часть колыхалась в символическом бюстгальтере, а остальное тело без всяких признаков нижнего белья томилось в узком черном с блестками платье, в котором ей, надо думать, было невозможно сесть. Черные волосы были зачесаны на бок, так что виднелось одно ухо, а с другой стороны они волнами падали на обнаженное плечо. У неё были черные, как угли, широко посаженные глаза с дьявольским блеском, впалые смуглые щеки и страстный рот с ярко-красными губами. Она источала секс в зрительный зал, и каждая впадинка и возвышенность её тела, выставленного на всеобщее обозрение, посылали откровенный призыв. Я мог понять Фрэнка Паланса. Эта девица легко могла заткнуть за пояс любую блондинку.
Найдя Тома Коннорса, я спросил у него:
– Могу я подождать малышку?
– Где?
– В её гримерной.
– Что, запал на нее?
– Очень может быть. Но пока нет. У меня башка другим забита.
– Неприятности?
– Возможно. Ее дружок должен появиться?
– Нет.
– Почему такая уверенность?
– Обычно он сначала звонит.
– Тебе или ей?
– Или мне или ей.
– Ей сегодня звонили?
– Нет.
– Давно она здесь?
– С семи.