Чтение онлайн

Была такая глупая песенка: «Ни минуты покоя, ни секунды покоя». Ее-то я и вспомнил, когда ко мне пристали: напиши, мол, да напиши. Неймется им. Подозреваю, что оба они исповедуют принцип: если матросу нечего делать – пусть драит медяшку. И ведь что характерно: отбрила их Милена, отказалась строчить мемуар – они особенно и не настаивали. Монолит, а не тетка. Ну, она – Милена, ей море по колено...

Хотя, с другой стороны, кому и писать после Виталия и Феликса, как не ей? Все-таки училка словесности, правила грамматики помнит, а я, кроме «жи» и «ши», ни в зуб ногой и до сих пор со вздрогом вспоминаю «трехъярусный» и «предъюбилейный». Ну, Виталий сказал, что ошибки потом выправит, какие сможет, и все такое, а Феликс похлопал по плечу: дерзай, мол, благодарные потомки тебя не забудут.

Дерзаю.

Скромное такое дерзание, сугубо местного масштаба.

Понятно, я первым делом потребовал дать мне почитать, что там они сами написали. Поломались, но дали. Едва разобрал. Почерк у нашего писателя, как у дважды второгодника, притом страдающего нервной трясучкой. Читал – ржал. Пинкертоны! Это надо же – настолько не въехать в ситуацию! Ортопед еще ничего, а писатель меня просто удивил. Не понять сразу, что тогда в холле перед панно мы с Феликсом выгораживали малолетнего взломщика Кешу ради чудесной старушки Мариванны! Лучше уж нанопитеки, чем сердечный приступ и все такое. Черствый и бестолковый народ эти писатели, ей-ей.

Феликс – тот умнее. Углядел камешек у покойного мафиозо, вспомнил, что видел меня однажды с «Практическим руководством», ну и связал одно с другим. Мотив, мол, убийства и все такое. Да, камешек уникальный, только я-то тут при чем?..

Вот чего терпеть не могу – это когда подбираются сзади и заглядывают в тетрадку. Будто крадут с тарелки. Взорвался, наорал. Мне в ответ: полдня сидишь, а родил всего одну страницу? Едва не бросил писать к чертовой маме. Да, одну страницу, а не две и не десять. Хотите быстрее – верните тетрадь нашему писателю, он их рожает, страницы эти, как свиноматка поросят и все такое.

Смирились, отстали. Ну то-то. Сейчас им небо вообще с овчинку покажется, потому что я начну сначала.

В санаторий меня спровадили родители, я и не протестовал. Моцион на природе, здоровый воздух и все такое. А главное, местная минералка, по слухам, полезная людям с эндокринными проблемами, которые у меня с детства. В школе меня Пельменем дразнят, то есть они думают, что дразнят, а мне-то что. Пельмень так Пельмень. Не навоз. Ценный питательный продукт для тех, кто не причисляет себя к скарабеям.

Выпускной класс, семнадцать лет без одного месяца, сто тридцать кило веса и все такое. Это я. Преобладающие интересы: математика, физика, отчасти химия. Увлечение последних пяти лет: минералогия. Объекты ненависти: гуманитарные предметы, особенно языки. На второй день в «Островке» обнаружил в кармане своей сумки пособие по русскому языку для поступающих в вузы. Наверняка мама подложила, как террорист – мину. Я, конечно, пособие и не открывал, поскольку приехал поправлять здоровье, а не наоборот. Подумал, что до вступительных в универ еще успею ознакомиться с правилами правописания всяких там деепричастий, а в аттестате мне трояк так и так нарисуют.

Попробовали бы не нарисовать. Мало я им олимпиад по физмату выиграл?

Верно подумал, в общем. В ходе рассуждений я ошибся, а в выводе – нет. Правильно сделал, что отложил спряжения глаголов на потом.

Время для отдыха мне родители удачное выбрали. Из всех весенних месяцев больше всего люблю март. Апрель – тоже ничего, но в апреле уже начинает цвести мать-и-мачеха. Знаете, желтенькие такие цветочки на пустырях. Кто-то над ними умиляется, а у кого-то от них резь в глазах, астматическое дыхание, чих неудержимый, сопли водопадом и все такое. Аллергией называется. Но это еще цветочки, прошу пардону за каламбур.

В мае хоть на улицу не выходи. Сирень, черемуха, одуванчики и прочая флора сокращают мой ареал до размеров квартиры, но и там мне худо. Таблетки и все такое – горстями. В июне цветут уже не деревья, а травы, что несколько лучше, но тоже далеко не подарок.

А еще бывает такая штука – отек Квинке. Паскудная вещь, доложу я вам. Не знаю, кто он такой, этот самый Квинке, но лично я много раз желал ему медленной смерти в муравейнике.

Нет, камни лучше растений. Они не цветут. То есть в моей коллекции собрана неплохая подборка каменных цветов (в основном гематит, кальцит, арагонит, природный гипс и все такое), но я хочу сказать, что они не отравляют пыльцой все вокруг себя. Такие цветы имеют все права на существование.

Вот интересно, все ли родители хотят видеть в детях свое прямое продолжение? Если не все, то мне не повезло, потому что последние два года отец гундел, чтобы я готовился изучать менеджмент и все такое, а не какую-то сраную геофизику. Я в роли менеджера – это здорово! Фирма разорится. Вы на меня посмотрите получше, особенно по весне. Для отпугивания клиентов и партнеров ничего эффективнее и придумать нельзя.

Пельмень я и личиком не благообразен. Сто тридцать кило. Аллергик. Я-то мечтал стать геологом-поисковиком, да куда там. В поле мне делать нечего. Но геофизика – тоже интересная штука. А остальным можно заниматься для души на досуге, и все такое.

Словом, поехал я в санаторий и даже для приличия не поломался. Полный срок, двадцать четыре дня, отдельный номер в хорошем корпусе. Мама где-то надавила. Попрощался с родителями, сестренкой и кошкой Пипеткой, взял с собой перечитать «Незнайку на Луне», «Введение в неравновесную термодинамику» и «Практическое руководство по минералогии». Поначалу – зима, толстый снег повсюду, народ от нечего делать на лыжах катается, рыболовы лед дырявят и все такое. Потом весна разыгралась, да так бурно, что я только радовался. Вот-вот, думаю, весь снег потает на фиг, а когда он тает, с берега в реку бежит что? Правильно, вода. Ручьи. А где ручьи, там и промоины. И это еще не все. Я уже приглядел поблизости два места, где паводковые ручьи по идее должны образовывать дилювиальные конусы выноса и все такое. Вот в этих-то конусах, а проще говоря, галечных отмелях, а также в промоинах я и намеревался покопаться в самое ближайшее время.

«И нет там ничего, ни золота, ни руд» – верно спето. Ни руд, ни золота я искать не собирался, не то место. В отвалах самого скромного комбината полиметаллов их больше, чем во всем бассейне Радожки. А вот интересные халцедоны здесь вполне могли быть и не только они. Теоретически мог попасться и аметист. У меня в коллекции есть друза розового кварца, есть редкий зеленый кристалл, а кристаллик фиолетового аметиста так себе, большого впечатления не производит. Конечно, трудно рассчитывать раздобыть хорошую друзу в промоине, тут обычны окатыши, но все же, все же...