Чтение онлайн

На девяноста я различила внизу гребешки волн.

Пробормотав проклятие, я развернулась на северо-восток и снова начала набирать высоту. Тревожно мигавшие цифры топлива все больше наливались красным.

Мне удалось забраться достаточно высоко и даже увидеть границу облачного поля, когда в красной рамке высветились нули и уже знакомый голос сказал:

— Критикэл — эмпти фьюэл. Свич ту флэп мод, лэнд иммидиэтли о фоллоу оптимэл глайдслоуп.

«Вот бы еще понимать, что ты там бормочешь», — проворчала я и тут заметила, что поперек ИЛСа появилась новая, ярко высвеченная горизонтальная риска, на которую указывали мигающие сверху стрелочки. Похоже, компьютер подсказывал мне оптимальный угол для самого дальнего планирования.

Что ж, ничего не оставалось делать, кроме как последовать этому совету. Я перетянула через границу облачности и даже различила далеко впереди какой-то огонек — наверное, маяк, но туда мне было уже никак не добраться. Впрочем, почему не добраться? Я нажала кнопку махового режима. И крылья заработали! Однако энергия, питавшая их, тоже была небесконечной и, как показывали новые цифры, загоревшиеся на месте нулей, расходовалась довольно быстро. Машущий режим ведь используется для взлета, посадки и некоторых операций, связанных с зависанием на месте, но не для перелетов на большие расстояния…

Скользя над самой водой — крыльям, в отличие от реактивной тяги, чем плотнее воздух, тем лучше, — я все же долетела до маяка, стоявшего на высоком скалистом обрыве. Не тратя энергию на подъем к нему, я свернула на север вдоль берега.

— Вонинг: лоу энеджи, — обрадовал меня в очередной раз компьютер. Я и сама видела, что энергия кончается. Справа все тянулись неприветливые скалы. Можно было, конечно, набрать высоту и сесть там, но я предпочитала лететь вперед, расходуя энергию более экономно, в надежде, что скоро покажется этот чертов Зуграх…

— Критикэл: энеджи ту лоу. Лэнд иммидиэтли.

Я высмотрела впереди узкую полоску пляжа у подножия скал и направила флаер туда. Должно быть, в штормы пляж заливало полностью, но, на мое счастье, в ту ночь волнение было умеренным. С трудом перевалив через торчавшие из воды валуны, флаер с уже остановившимися крыльями выпустил опоры, которые даже не успели полностью раскрыться — машина так и рухнула на полусогнутые, и они тут же вновь сложились до земли, гася энергию удара. Меня мотнуло вперед; ремни впились в плечи. Под полом захрустела галька.

— Крэш лэндинг детектед. Пауэр ансафишиент. Мэйн систем шат даун, — доложил компьютер. ИЛС погас.

— Прости, Раджив, — вздохнула я, — это все, что я смогла.

Я открыла дверцы (волны почти докатывались до левой, но я не знала, как открыть только одну) и выбралась наружу, чтобы выяснить, где мы оказались. При свете клонящейся к западу Лийи я прошла весь пляж из конца в конец. Результаты были самые неутешительные: галечная полоска не превышала двухсот локтей в длину. Южнее и севернее волны разбивались прямо о скалы. Влезть наверх тем более не было никакой возможности. В общем, единственный способ — выбраться вплавь, и то если знать, куда плыть.

Я вернулась в кабину, закрыла двери и решила ждать утра. Может быть, удастся найти какую-нибудь еду — моллюсков или морских раков. Может, мимо пройдет корабль или рыбачья лодка. Я уронила руки на пульт, голову на руки и заснула.

Впрочем, выспаться в ту ночь мне так и не удалось. На сей раз меня разбудил яркий свет, бьющий в лицо; я открыла глаз, чтобы тут же плотно зажмурить его. Осторожно взглянув во второй раз, я увидела фигуру снаружи, которая светила внутрь кабины ослепительно мощным круглым фонарем. Я, конечно, сразу поняла, что ни у кого из аньйо такого фонаря быть не может, и потянулась к кнопке, чтобы открыть двери, но пришельцы сделали это сами. В открывшийся проем я увидела другие фигуры и силуэт знакомой лодки на волнах у берега.

Сразу две головы просунулись внутрь; в одной из них я узнала бородатого Робера.

— Ты…

— Эйольта, — подсказала ему я. — Это правда вы, или мне опять снится?

— Правда, — усмехнулся он. — Где Раджив?

— Сзади. Он тяжело ранен.

Луч фонаря скользнул на заднее сиденье.

— Да-а… Разбился при посадке? У вас случилась авария?

— Нет, в него стреляли… Это долгая история.

Робер высунулся обратно, крича своим товарищам:

— Ицхак, Паоло, квикли хиа! Раджив бэдли инжуред! Рипот ту бэйз, нэйтивз шот хим…

Тем временем второй просунувшийся влез в левое пилотское кресло и с недоумением посмотрел на меня:

— Но кто же вел машину? Он успел включить автопилот?

— Нет… это я вела.

— Ты?! Кто же тебя… Впрочем, и так ясно. — Он неодобрительно поджал губы.

— Простите, — потупилась я. — Я надеялась долететь до Зуграха, но…

— Ты ни в чем не виновата, — перебил человек. — Раджив виноват, что нарушил инструкции, а ты все сделала правильно. Ты молодец. И сколько же у тебя налет?

— Ну… часов двенадцать вместе с сегодняшним…

— Двенадцать часов — и такой перелет! Кажется, я начинаю понимать Раджива. Ты не дотянула каких-то сто километров.

— Разве это мало?

— При перелете на пятнадцать тысяч? Без маршрута и карты. Без подготовки. Без связи. Через стратосферу на гиперзвуке. Полпути ночью… Да ты прирожденный летчик, девочка!

— Я знаю, — улыбнулась я. — Раджив говорил. С ним теперь все будет в порядке?

— Трудно сказать, — нахмурился пришелец. — Сейчас наши проведут экспресс-диагностику, но его нужно как можно скорее доставить в стационар.

— Флаер долго придется чинить?

— Нет, я уже запросил компьютер. Только подзаправить и зарядить. Все необходимое у нас с собой на лодке.

— Как вы нашли нас?

— На флаере есть радиомаяк. Он посылает сигналы, позволяющие в любой момент определить местоположение машины. Хотя обычно в этом нет необходимости. Мы начали беспокоиться и отслеживать маяк, когда Раджив перестал выходить на связь, последнее сообщение от него было: «Подлетаем к Йартнару». Однако мы видели, что флаер полетел назад, и решили, что у него просто проблемы со связью. Но после аварийной посадки маяк послал сигнал бедствия. Так как предпоследний флаер отправили с предыдущей ракетой, пришлось добираться на лодке.