Крысолов
Шрифт:
Прыжок крыс отложился где-то в подсознании, и ноги сами собой выбрали момент, когда должен был состояться удар. Распрямились, амортизируя…
Может, спешка так подействовала, но только ноги спружинили на миг раньше, чем было надо. Распрямились впустую, не найдя под собой опоры – и тут же по пяткам ударило. Тело бросило вперед – туда, где должна кончаться лестница, где обычно два острых края…
Стас пригнулся, конец лестницы впился в плечо, но кевларин спас. Соскользнуло. Разве что синяк, но уж лучше синяк… Левая рука ударилась о стену, проехалась по сырому бетону – и стена врезала по скуле.
– Сюда, сюда! – голосили сверху, уже в два голоса.
Юг, где тут чертов юг?! Надо к центру!
Солнце там, шло оттуда… Стас развернулся, пригнулся, выставил перед собой руки, чтобы не разбить голову, и побежал. Вокруг ни черта не видно. Словно непроглядный провал люка раздвинулся и накрыл собой весь мир…
Под ногами разлеталась вода. Сверху, по асфальту, тяжелый топот “чушек”, еще какие-то голоса. И гораздо ближе:
– Сюда, сюда! У кого “ночка”?
Только этого не хватало! Нет, ребята, о приборе ночного видения уговора не было!
Стас вытащил “хек”, пошире открыл рот и, не оглядываясь, – не на поражение, так, для галочки, только чтобы отцепились! – выстрелил за спину.
В забранном в трубу пространстве грохот от выстрела был такой, словно это был не “хек”, а крупнокалиберный миномет. Теперь ничего не видно и не слышно… Только смрад в носу и сталь под пальцами.
Сталь обратно в кобуру – и дальше, вперед! Пока сзади не прилетела сдача из раскаленных кусочков металла!
То ли уши еще не отпустило, то ли у ребят в самом деле сдуло пыл, но поутихло. Воплей, призывающих шустро лезть вниз и мчаться в погоню, больше не слышно.
Ну и слава богам. Здесь, внизу, все пойдет куда лучше. Здесь если и не как дома, то уж как на малой-то родине точно. Стас потянулся рукой назад, за рюкзаком с планшеткой и тепловизором…
И остановился.
Пальцы схватили пустоту, а потом уперлись в кевларин плаща. Рюкзак остался в ларьке. Вместе с планшеткой, со всей аппаратурой… А тепловизор и вовсе сломан. Еще два дня назад.
Стас облизнул пересохшие губы. Оглянулся.
Позади, метрах в сорока, висел столб света. Мириады крошечных пылинок скользили в воздухе, разбрасывая падающий из люка свет во все стороны… А вот впереди ничего не видно. Ни-че-го.
И если двигаться дальше к центру под землей, придется двигаться в кромешной темноте. Без фонарика, без планшетки, в которой планы всех подземных коммуникаций. Без этих карт добраться до центра и не запутаться…
Трудно.
Если вообще возможно.
Но выбор… Есть он, этот самый выбор?
Если военные поймают и свезут к гэбэшникам, мало не покажется. Съедят не хуже диких крыс. За секвенсор, одно лишь обладание которым уже преступление, прилично полагается. А тут мало что секвенсор на руках – так еще и переправлял его. Да не куда-то, а в центр Старого Города. В самый рассадник модифицированных крыс, вышедших из-под контроля…
За такое повесят на тебя не только всех дохлых собак, но и всех живых крыс…
Стас присел на корточки. Шепнул:
– Ко мне!
Зашуршало, но ни черта не видно. Нет, видно. Едва блестят бисеринки глаз. Четыре пары. Ждут приказа.
Смогут они найти дорогу к центру?
Глаза потихоньку привыкали к темноте. Уже не только бисеринки глаз, но и мордочки различить можно. Собранные, но не испуганные. Вот уж кто никогда не боится. А если и боится, то ни за что не покажет это своему хозяину. Который для них, наверно, как бог.
Трусоватый бог, а?.. Без планшетки и тепловизора уже и не бог, а так, мелочь пузатая с претензиями…
Сможет личная гвардия вывести к Садовому кольцу?
Главное, добраться до него. А там уж встретят цивильные крысы, их регулярные отряды и патрули. Выведут на “друзей” Арни.
Смогут гвардейцы довести до кольца?
Но даже если и смогут… Как быть с дикими крысами? Что четыре крысы – пусть и прекрасно обученных – смогут сделать против стаи из сотни неумелых, но агрессивных родственничков? А ведь тут иногда и тысячные стаи встречаются. От такой не то что не отбиться – не убежать… Заживо обглодают, лучше всяких пираний.
У водостока звякнуло. Кажется, лестница. Осыпались крупинки песка, гулко бултыхаясь в воду.
– Да не буксуй, лезь! – донеслось оттуда. – Прыгай – и очередью, у него пистолет!
– Ну вот и прыгай, раз такой умный… А если там крысы?
– Нет здесь крыс. Чистили тут уже, два часа назад.
– Ну вот сам и лезь, если так уверен!
– Есть там крысы, – еще один голос. – С этим. – Короткая пауза, как раз на то, чтобы кивнуть на открытый водосток. – С ним крысы были.
– Не надо никуда лезть! – новый голос. Запыхавшийся, но решительный.
Сержант или лейтенант подоспел?
– Уйди от водостока, я сказал! Вон там дальше должен быть люк, по этому же коллектору. А в ту сторону должен быть еще один водосток. Значит, ты стоишь здесь, вы двое в ту сторону, ты со мной к тому люку. Перекрываем, пока он не успел их пройти! Ну, живо!
Стас беззвучно выругался. Чтобы тебя за заднюю лапу, такого сообразительного!
– Вперед, – шепнул Стас. – Вперед, быстро!
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Шум верхнего мира слабел, слабел и наконец совсем пропал, растворившись в шуме брызг от шагов, в звонком стуке капель, сочащихся с потолка, в длиннохвостых эхах всего и вся, длящих и длящих каждый звук.
Юго-восток… Это куда же идем-то?
Куда-то вдоль Выставки?
Это если ничего не перепутал и туннель в самом деле идет на юго-восток…
Пискнуло.
Стас остановился.
– В чем дело?
Ч-черт…
Похоже, потеря планшетки и планов подземелий еще не самое худшее. Как общаться с крысами в полной темноте? Они же только пищать умеют. Это не членораздельная речь. Речь у них заменяет “пчелиный” танец. Но в темноте…