Купидон
Шрифт:
– Фрей, извини… Я… - начала было она.
– Марш в постель! – приказал он, указывая на коридор. – Чай я сам тебе принесу.
– Но, Фрей…, - попыталась было возразить она, но тут почувствовала, что её снова тошнит.
Пока она находилась в туалете и ванной, купидон притащил из кухню табуретку, поставив рядом с кроватью, и соорудил на ней небольшой столик, положив салфетку и поставив чай. Когда Рита появилась на пороге собственной комнаты, то не смогла сдержать удивления.
– Спасибо, конечно, но, Фрей… - она прошла в комнату. – Я не хотела бы, чтобы ты видел меня такой.
– Не делай так, - буркнул Фрей, не смотря на неё.
– Как? – не поняла Рита.
– Важно не то, какой я тебя видел. Важно то, какой я тебя чувствовал. А я и так знаю, что ты сильная, - он смотрел ей прямо в глаза. Предстояло ещё одно нелёгкое объяснение. – Потому что чувствовал эту боль всякий раз, когда у тебя начинались обострения одиночества, но ты позволяла сначала брать им верх, переживала дня два, а потом брала себя в руки и убирала все отрицательные эмоции подальше. Я знаю о той боли, о которой никто, кроме тебя не знал и знаю, что ты справлялась со всем одна. По сравнению с этим, физические недомогания просто детский лепет. Поэтому позволь себе побыть слабой, а я поухаживаю за тобой, - с этими словами он вышел из комнаты.
– Фрей! – окликнула его Рита с кровати.
Тот обернулся.
– Ты ещё и эмпат? – поражённо посмотрела на него она.
– Это входит в часть заботы о подопечных, - виновато улыбнулся он, словно извиняясь.
Это было странное ощущение. Рита поймала себя на мысли, что уже не помнит, когда за ней кто-то ухаживал во время болезни. В течение последующих двух часов Фрей исправно приносил чай и интересовался её состоянием. Наконец, ближе к двенадцати дня её желудок избавился от мучившей его гадости, и теперь подташнивать начало уже от голода. Купидон сварил яйцо вкрутую и рисовую кашу и не успокоился, пока Рита это всё не съела. После этого она выпила чёрного чая с сушками. Единственное, что ещё она могла себе позволить. В два часа она прилегла, чтобы подремать и не заметила, как заснула. Уставшему организму требовались силы, а сон, как известно лучшее лекарство. Фрей тихо сел рядом, не сводя с неё глаз и отметив про себя, что он всё больше и больше становится похожим на человека.
Рита открыла глаза. Она заснула, соединив руки на груди и склонив голову набок.
– Давно ты здесь сидишь? – обратилась она к купидону.
Тот улыбнулся, приветствуя её, и посмотрел на часы.
– Полтора часа. Не хотел уходить, не попрощавшись. Тебе уже лучше и теперь ты справишься без меня, - он поднялся, собираясь исчезать. – Там на кухне сыр из Швейцарии и белый хлеб из Германии. Тебе это можно есть.
– Спасибо, - немного растерянно поднялась с кровати Рита.
– Я подумал… Давай завтра устроим выходной, - предложил он. – Тебе надо немного оклематься после отравления. Я буду здесь, в городе, - с этими словами он протянул ей визитку. – Поправляйся. Если что-то понадобится – звони.
Рита взяла в руки визитку и Фрей растворился в воздухе.
Маргарита уже полчаса ходила взад-вперёд рядом с журнальным столиком в зале, где лежала визитка. Ей нужен был повод, чтобы увидеть Фрея. Вот уже три часа она сидела дома, понимая, что день тянется ужасно медленно и такими темпами до завтра она не доживёт. Время, специально ползло словно черепаха к следущему дню. И она ходила туда-обратно, думая, что делать. Ей очень хотелось увидеть Фрея, но нужен был повод. Не говорить же ему прямым текстом: «Я хочу тебя видеть». Что бы такого придумать? Рита взяла телефонную трубку и положила. Потом снова взяла, набрала номер и, не набирая, сбросила. А с какой стати ей первой ему звонить? «Ещё подумает, что я в него влюбилась? Стоп! Какая любовь? Я знакома с ним всего… раз, два…одиннадцать дней. Невозможно влюбится за одиннадцать дней! Я в это не верю». Но она хотела с ним увидеться. И это желание захватило её всю, не оставляя места в мыслях чему-то другому. Как бы замаскировать свой звонок под что-то нейтральное? «Была-не была», - она схватила трубку и набрала номер с визитки. Первый гудок, второй…
– Да, - отозвался Фрей на том конце провода, словно только этого звонка и ждал. Рита не могла не заметить нотки радости в его голосе.
– Это Рита, - немного неуверенно начала она. – Я звоню поблагодарить за то, что ты ухаживал за мной вчера. Я тебе очень признательна, - звучало очень правдоподобно. – И я хотела спросить… Могу я тебя как-нибудь отблагодарить? Есть что-то, что я могу сделать для тебя?
– Нет, думаю, вряд ли, - прозвучало в ответ. – Но я рад, что тебе лучше. Пока.
– Пока, - с упавшим сердцем Рита положила трубку.
Фрей отключил трубку, задумчиво глядя на телефон. Он положил трубку на базу и отошёл к окну в зале, обернулся к телефону, подбежал и вновь схватил трубку.
– Алло, - услышал он на том конце провода.
– Рита, мне пришло в голову…. Может, ты мне свой город покажешь?
Подходя к парку с вековыми деревьями и фонтанами, Маргарита ещё раз взглянула на часы. Оставалась ещё пятнадцать минут до названного времени. Что означало, что вероятность того, что Фрей уже на месте, близка к нулю. Она расстроено выдохнула, представляя то, как медленно будут тянуться эти пятнадцать минут, как вдруг увидела Фрея, расхаживающего в нескольких шагах от неё и нервно смотрящего на часы. Он поднял голову и улыбнулся. Рита поражённо смотрела на него.
– Привет!
– Привет! Не ожидала меня так рано увидеть? – улыбнулся он. – Забыла, что я о тебе всё знаю? И в число этих знаний входит твоя привычка приезжать на пятнадцать минут раньше положенного, - пояснил он.
Вместо ответа Рита с радость смотрела на купидона, понимая, сколько нервов стоило ей эта её дурная привычка. Женщина должна опаздывать на свидание? Не в этой жизни и точно не для неё!
– С выздоровлением! – с этими словами Фрей протянул ей букет тюльпанов с бархатистыми краями.
Рита удивлённо приняла его, не зная, как реагировать и что чувствовать.
– Спасибо, - растерянно произнесла она, глядя на цветы.
– Что такое? – взглянул на неё Фрей, почувствовав неладное.
– Просто… я давно не получала цветы от мужчин, - объяснила Рита, - и уже забыла, что это такое.
Купидон не ответил, опустив голову и скрывая чувство вины в собственных глазах.
– Ой, прости… - спохватилась Рита, увидев его реакцию. – Я не хотела тебя обидеть.
– На правду не обижаются, - как-то грустно посмотрел на неё купидон.
Они сделали несколько шагов вдоль аллеи в парке.
– Фрей, - обратилась к нему Рита. – Вчера ты сказал, что чувствуешь всю боль подопечных...
– Скорее, все их чувства, связанные с любовью и поиском второй половинки, - поправил её он.
– А, если этих человек несколько и ты чувствуешь всех…, как же ты находишь себя? Отличаешь своё собственное «я»?
Фрей замолчал, собираясь с духом.
– Я подключаюсь к тебе, - спустя несколько долгих секунд произнёс он, не решаясь смотреть ей в глаза. – Последние два-три года ты вообще перестала страдать от депрессий и нашла какой-то способ избегать их ещё до начала. К тому же, ты находишься в хорошем настроении большую часть времен. Для тебя жизнь прекрасна и ты стараешься быть позитивной, что бы ни случилось. Когда становилось настолько плохо, что я готов бы сойти с ума от чужой боли, я вспоминал про тебя и твои чувства помогали мне. Ты стала неким подобием маяка, на свет которого я всегда мог выплыть из любой боли остальных своих подопечных.