Чтение онлайн

Провести ногтями по мужским соскам.

Не ради его наслаждения, а потому что я так хочу.

Мне рассказывали, что многие шлюхи даже могут испытывать оргазм, но мне кажется, это сказки. Для женщин, чтобы заманивать их в браки.

Какой мужчина будет доставлять удовольствие кому-то кроме себя любимого?

Я уже стягиваю кофту, чуть тряхнув крупной грудью. Поворачиваюсь спиной и медленно кручу бедрами, дразню его тем же комплектом, в котором он меня увидел сегодня на сцене. Сценой назвать это сложно, скорее пьедестал с палкой, вокруг которой я должна крутиться. Должна вызывать желание. Только вот в глазах Ника светится настоящая, пугающая до стеснения в груди, жажда.

Он словно сумасшедший, его длинные пальцы сжимают покрывало, его джинсы давно готовы порваться от напряжения. Его кадык постоянно двигается, а голос заставляет теряться в этой жажде и меня.

– Да, детка, покрути своей попкой.

Мне на удивление не противно это слышать, но это самообман. Удовольствия нет. Секс для мужчин. Для женщин страдания.

– Дальше… Господи. Быстрее… – выдыхает он, уже расстегивая ремень. – Просто сними с себя все и дай на тебя посмотреть.

Я киваю, избавляюсь от лифчика, от свободных штанов, даже от трусиков и кидаю все это в сторону двери.

Что-то подобрать успею.

Стоит повернуться к нему лицом, он стягивает с себя джинсы с трусами, оставляя их болтаться на щиколотках. Мне же хочется себя ущипнуть.

Никогда не видела гладко выбритого паха. Ни одного волоска. Говорят, так делают геи, но судя по гордой палке, увитой тонкими прожилками вен и темно-розовой головкой, Ник не гей.

И сейчас он будет мне это доказывать.

И пусть, пусть… Но я должна сделать хотя бы одну попытку. Как обычно…

– Иди сюда. Иди сюда и просто сядь на мой член, – хватается он за него сам, как за рычаг и продолжает жалить взглядом грудь. Она почему-то ноет, словно в ожидании очередных по ней ударов хлыста за побег.

– Ладно, – вздыхаю, делаю шаг, но киваю на ночник. – Включи его, а я пока свет выключу.

– Тебе вроде нечего стесняться, – усмехается Ник и гладит свой ствол. Завораживает, как длинные пальцы обвивают его, ласкают. Я невольно думаю, что не прочь на это смотреть.

Но сейчас важнее другое.

Улыбка. Которая как будто гипнотизирует Ника и мой голос. Глуше. Тише. Мягче.

– Пожалуйста…Ник.

Он морщится, но встает и забавно ковыляет в спущенных штанах.

Вот и все…

Я иду к выключателю, пока в груди барабанит сердце.

Раз… Два…

Ник отворачивается. Я же в пару резких движений выключаю свет до того, как он дотягивается до ночника. Хватаю сумку и хлопаю дверью.

Глухой удар, стон и я фыркаю в кулак.

– Едрить твою за ногу!. Долбанная сука. Шмара охреневшая. Убью тварь!

Мат… Как это по-русски… – ухмыляюсь я и бегу, на ходу надевая кофту и закидывая рюкзак с деньгами на плечи.

Бегу. К свободе.

Пока бегу к лифту слышу ругательства и еще один глухой удар.

Он же в спущенных штанах, в темноте.

Наверное, мне должно быть его жалко, а мне наоборот весело.

Будет ему уроком.

Лифт как назло не едет, а дверь в комнату уже открывается. Голову затуманивает страх, и я очертя голову несусь к лестнице. Теперь придется бежать по улице с почти голой жопой и босиком, но такая сумма того стоит.

А может быть мне повезет, и я смогу угнать машину. Последний раз мне удалось вскрыть тачку, но завести не получилось.

Пробегаю еще пару пролетов, вижу заветную серую дверь, как вдруг меня дезориентирует оглушительный выстрел.

Я слышала их и раньше, но в пространстве коридора эхо бьет по голове как молот по огромному колоколу.

Я торможу, пытаюсь прийти в себя, тяжело дыша. Смотрю на место, где пуля расколола часть стены.

Она пролетела далеко от меня, но кто знает, куда полетит следующая.

Больной ублюдок.

Я сглатываю вязкую слюну, чувствуя, как страх жидким веществом стекает в пятки. Поднимаю голову вверх.

Он стоит на четыре пролета выше и целится в меня.

– Что? Добежать самому третья нога помешала? – спрашиваю громко и делаю маленький шажок в сторону. Главное, не паниковать. Главное, держаться уверенно…

– За комплимент спасибо, – придурок. – Решил, что пуля будет эффективнее. Поднимайся сюда.

Я качаю головой. Ни за что.

– Ты не убьешь меня, – делаю еще шаг в сторону двери. Ну не псих же он. – Ты же не…

Он целится. Щелчок. И я не могу двинуться с места. Не верю. Не хочу умирать.

Нет!

В следующий миг предплечье обжигает племенем или укусом огромного шмеля. Смотрю на одежду, но ничего не вижу. А потом маленькое пятнышко. Красное…

– Ты подстрелил меня! – не могу поверить. Кричу ему, а он словно обезьяна спускается ко мне по перилам. И стоит мне сделать рывок в сторону, хватает за подстреленное плечо и толкает к стене.

Больно!

Стаскивает сумку, отбрасывает в сторону и хватает за горло.

– И скольких клиентов ты так облапошила, сука? – его пальцы давят, его глаза горят огнем мщения, но губы кривятся в ухмылке. А я пытаюсь отодрать от себя его руку. Царапаю, вижу, его это не заботит.

– Ты в меня выстрелил! А если бы убил?! – кричу я ему в лицо, а он стаскивает с меня окровавленный пуловер и стирает кровь.

– Почти ювелирная работа. Царапина.

– Псих! И что это ты сейчас делал? Лазал как обезьяна.

– Паркур. Не слышала? – осматривает он рану. Моргает пару раз и вдруг слизывает выступившую кровь. Странное действие, как будто дежавю срабатывает.

Это будоражит больше, чем его полуобнажённое тело, жадный взгляд исподлобья, пальцы, уже ласкающие кожу шеи.