Чтение онлайн

Коротким ударом он вонзил лезвие в свой живот.

Сам акт харакири (сэппуку) выполняется разными способами. Вот один из них: кинжал берется в правую руку, вонзается в левый бок и горизонтально проводится ниже пупка до правого бока; затем вертикально от диафрагмы до пересечения с горизонтальным порезом; если не наступает конец, то кинжал далее вонзается в горло. Известны и другие способы.

Машина мчалась по обледенелой дороге, визжа тормозами на поворотах. Валерка цеплялся за руль, как утопающий за спасательный круг. Девятый камень Сада Камней Саканиси-сана тяжело перекатывался в багажнике.

– Напьемся, – который раз повторил Валера. – У меня бутылка заначена… Еще старая, завода «Кристалл»… Вдруг не выдохлась.

– Притормози, – тихо попросил я.

– Опять тошнит?

– Нет. Почтовый ящик…

Валерка затормозил. Неуверенно спросил:

– Думаешь, надо?

Я кивнул:

– Да.

– Все написал?

– Почти все.

– Иди.

Я вылез из джипа и пошел к почтовому ящику – нарядному, с надписями на русском и на японском. Письмо слабо подрагивало в руке.

Дойди. Не затеряйся, как письмо предка Арана-сана. Дойди, прошу тебя. Вдруг ты поможешь нам остаться собой. Дойди…

Пришли в страну Ананасов – то был еще один небесный дворец: прекрасные женщины держались с достоинством, мужчины не отличались от них поведением, подростки шумели и кричали, малыши весело гоняли мяч; львы рядом с драконами мирно урчали, фоянь и тигры посапывали. Увидев, что вся страна преисполнена духа благости и окружающая их картина столь необычна, сложили стихи:

Валерка сосредоточенно откупоривал бутылку. Бросил мне мимоходом:

– Надо что-нибудь на закусь.

– Я сделаю фугу, – ответил я.

Валерка вздрогнул. Потом вновь принялся терзать жестяной колпачок.

– Делай. Фугу так фугу.

ФУГУ. Блюдо готовится из небольшой рыбы (иглобрюх или фахак), которая, когда ее поймают, надувается и делается круглой. Ее едят в сыром виде и жареной. Фугу должны готовить только искусные повара, имеющие специальные лицензии, поскольку внутренности рыбы содержат сильный яд; от него ежегодно умирают до двухсот человек.

Некоторые писатели любят рассказывать о своих книгах, и я отношусь к их числу. Ведь даже за самым маленьким рассказом стоит целая история, десятки неведомых читателям ассоциаций, привязок к реальности. И на самом деле для каждого рассказа можно было написать сопоставимую по размерам «объяснительную». Рассказать, например, что уворачивающийся от булыжника Арана-сан из «Фугу в мундире» – это на самом деле инициатор написания рассказа Алан Кубатиев, которого в те дни едва не задавило падающим по лестнице здоровенным, килограммов в двести, сейфом. Ну, или можно рассказать, что у рассказа «Капитан» изначально было четыре варианта концовки: «лирическая», «юмористическая», «психологическая» и «драматическая». Именно в таком виде рассказ прочитал переводчик и редактор Владимир Баканов, после чeгo недрогнувшей рукой отрезал три лишних хвоста.

Но все-таки главное всегда сказанно в самом рассказе. Текст – это холст, а все происходящее вокруг него – лишь рама.

Но мне было очень приятно встретиться с Вами, дорогой читатель, без посредников, пусть, даже они – мои собственные герои.

И может быть, когда мы встретимся в следующий раз, Вам будет легче услышать мой голос.