Чтение онлайн

– Синяя палатка, вон там, в конце. Твоя подруга теперь выглядит не так, но это она. Если ее нет, значит, ее где-то трахают.

Что тебе от нее нужно? Ты же не шлюха из социальной службы, надеюсь.

– Нет, я просто хочу с ней поговорить. Как ее зовут?.

– Откуда я знаю!.

Перед такой агрессией Лизин не стала долго тянуть и пробралась сквозь заваленное мусором пространство. Она чуть не упала, когда на нее прыгнула крыса, вылезшая из банки из-под консервов. Раздался громкий смех, откуда — непонятно. Она перевела дух и продвинулась по влажной траве, между импровизированными укрытиями, в этой унылой атмосфере, насыщенной едкими запахами, пока не дошла до палатки-иглу.

– Есть кто-нибудь?.

В шуме окружающего движения она услышала недружелюбное ворчание. Женщина была здесь. Это уже было чем-то.

– Я хочу задать вам два-три вопроса, — сказала Лизин.
– Это не займет много времени.

– Иди на хрен.

– У меня есть деньги.

Магическое слово подействовало. Через несколько секунд перед ней появилось изможденное лицо. Разрушенное лицо с грязными, растрепанными волосами, фиолетовыми только на кончиках. Левый глаз был в синяке. Руки были белыми и настолько худыми, что сквозь кожу были видны вены. А пальцы казались вечно сжатыми.

– Что тебе нужно?.

Лизин говорила медленно, четко произнося каждое слово. Было ясно, что ее собеседница находится в состоянии спутанности сознания.

– Прошлой осенью у вас был лоток с мужчиной в Сен-Уэне. Вы помните?

Информация дошла до мозга девушки с огромной задержкой. Лизин почувствовала жалость к этой бедняжке, которая тем временем начала кашлять так, что, казалось, выкашливала легкие.

– Вы сказали, что у вас есть деньги, — пролепетала она.

Двадцатиевровая купюра приземлилась на ее руку. Она быстро сунула ее в карман жилета и села по-турецки у входа в свою палатку. Шерстяные носки, все в дырках, уже давно не покрывали ее пальцы.

– Вы не первая, кто меня об этом просит....

Лизин осталась спокойной, но внутри кипела.

– До меня была женщина, верно? Примерно моего возраста, такого же роста, рыжеволосая, с татуировкой на шее?.

– Да.

– Когда она приходила?.

Другая почесала голову.

– Понятия не имею. Несколько недель или месяцев назад.

– Что она вам сказала?.

– Она хотела узнать о какой-то пленке. Мне она ничего не сказала, но Альбан вспомнил....

– Альбан... Парень, который был с вами на блошином рынке?.

– Да, придурок. Не знаю, где он, но точно не здесь.

– Вы можете рассказать мне о пленке?.

Женщина кивнула, не отрывая взгляда от кармана пиджака, из которого Лизин достала первую купюру. Журналистка вытащила еще одну и вывернула подкладку.

– Это была последняя....

Это не вызвало беспокойства у наркоманки, которая решительно схватила деньги.

– Альбан был ни на что не годным, он умел только отключать сигнализацию. В этом он был мастером. Так что ночью мы ходили в какие-нибудь красивые дома, забирали все, что могли запихнуть в машину, а потом перепродавали на рынке. Проблема с богатыми в том, что у них есть сейфы, а Альбан с ними не умеет обращаться. Поэтому мы брали все, что находили, не зная, стоит это денег или нет. У вас случайно нет сигареты?.

– Извините....

Она пожала плечами.

– Когда Альбан сказал другой женщине, что мы взяли пленку в Сен-Мор-де-Фоссе, я все вспомнила. Внутри дома было очень странно....

Грабители квартир... Лизин хотела дать ей пощечину, крикнуть ей в лицо, что то, что они делают, может стать настоящей травмой для людей, которые чувствуют себя оскорбленными в своей интимной сфере, но она сдержалась и промолчала.

– Когда я увидела обстановку, я испугалась, этот парень, должно быть, был совсем не в себе.

– Почему?.

– Я хотела сразу уйти, но Альбан заставил меня остаться, - продолжила она, как будто не услышав ее.
– Никого не было, это был хороший шанс, и мы набили сумки. То, что вы ищете, лежало рядом с видеокамерой, мы взяли и ее тоже, продали за кучу денег. Но с кассетой было сложно... Пока не появился один парень, он взял ее. Я не знаю, что там было, нам было все равно.

Лизин могла представить реакцию хозяина, когда он вернется домой и обнаружит, что его пленка украдена... Он был просто посредником или автором фильма?

В любом случае оставался решающий вопрос: - А вы можете сказать мне, где находится этот дом?.

– Да, это несложно. Но вы уверены, что у вас нет для меня больше денег?.

Лизин вывернула и второй карман, чтобы доказать свою добросовестность. Женщина напротив нее вздохнула и вытерла нос тыльной стороной ладони.

– Черт... Ладно, дом, который вы ищете, находится в Сен-Мор, на берегу Марны, напротив небольшого острова. Я не помню, какого именно, потому что в этом районе их несколько. Но для ориентира могу сказать, что на другой стороне Марны находится Шампиньи. Если вы будете идти вдоль реки, то не заблудитесь. Там большие зеленые ворота, и посмотрите внимательно в сад: посередине стоит какая-то гигантская статуя. По правде говоря, именно из-за этой статуи мы с Альбаном выбрали этот дом тем вечером. В тот момент нам это показалось забавным.

Она кашлянула, подавилась и посмотрела на Лизин с блестящими глазами.

– Это член.

* * *

Наркоманка правильно указала, что нужно ориентироваться на район Сен-Мор-де-Фоссе/Шампиньи-сюр-Марн, потому что река образовывала почти идеальное кольцо вокруг города, и без этих указаний зона поиска была бы очень обширной. Лизин припарковалась неподалеку и дошла до набережной пешком. Она предпочитала ходить пешком: это казалось ей более незаметным, чем ехать на машине, наблюдая за каждым зданием.Благодаря красивому голубому небу, это место было полной противоположностью того ада, из которого она только что выбралась: тихое, приятное, зеленое, оно заставляло хотеть провести несколько часов на небольшой каменной ограде, слушая шум воды. Но она была здесь не для того, чтобы отдыхать. Поэтому, как только она дошла до первых островков, покрытых пышными деревьями, она сосредоточила свое внимание на домах. Недвижимость, которая, судя по великолепному расположению, должна была стоить целое состояние, в то время как в нескольких километрах отсюда люди теснились в многоэтажных домах на окраине.

Лизин следовала за шагами своей самозванки. Воспользовавшись зацепкой в виде фотографии, предоставленной Генри Коббом, она тоже должна была оказаться здесь. Однако журналистка по-прежнему не понимала, почему та притворилась ею и почему доверила ей видеозапись. Она надеялась наконец найти ответы... Думая о молодой женщине, которая, казалось, таинственно исчезла, Лизин вдруг почувствовала сильную усталость.

Она была одна, вовлечена в очень зловещее расследование. Если с ней что-нибудь случится, кто об этом узнает?