Чтение онлайн

– Гарри, мы ушли из РЭО. Поговори с Эдди Игнатьевичем. Когда-то он хотел взять Ларису к себе. Может, еще не поздно? Может, он нас примет под свое крыло?..

Гриневич, можно сказать, спас их. Через неделю в Ригу позвонил сам Рознер:

– Приезжайте в Москву. Лариса - солистка, а тебя, Эгил, возьму музыкальным руководителем. Такие таланты на дороге не валяются. Приезжайте, жду.

Между прочим, у Рознера уже имелся музыкальный руководитель - Алексей Мажуков, способный аранжировщик и композитор. Но что мешало Эдди Игнатьевичу получить еще одного музыкального руководителя? Ведь тогда он еще купался в своей славе!

Глава 4

ПОД КРЫЛОМ ЭДДИ РОЗНЕРА

"Вторая труба мира".- Голодные взгляды маэстро.- Песни ради прописки.- Атака на радио.- Саша Дмоховский.- "Звездная пехота".- Встреча с Израилем Мондрусом.- На вольных хлебах.- "Огонек" с Гагариным и Леоновым.

Судьба Эдди (Адольфа) Игнатьевича Рознера, несмотря на яркий артистизм и постоянный успех у слушателей, поначалу складывалась так, что он по причине еврейского происхождения все время должен был куда-то бежать. Приход нацистов к власти заставил Рознера в 1933 году покинуть Германию и обосноваться в Варшаве. После оккупации Польши Рознер, спасаясь от перспективы попасть в гетто, в октябре 1939 года пересекает в районе Барановичей границу с СССР, а через несколько лет вынужденное "турне" продолжилось и на новой родине.

"Театральная неделя" сообщала: "После воссоединения западных областей Белоруссии с БССР Белостокская филармония сформировала в конце 1939 года Гос. джаз Белорусской ССР под руководством Эдди Рознера, талантливого музыканта, окончившего с золотой медалью Берлинскую консерваторию по классу скрипки. В новый ансамбль вошли несколько музыкантов из бывшего джаза Эдди Рознера, в основном же он был заполнен безработными музыкантами Белостока и Львова. За короткий срок Эдди Рознер сумел создать высококвалифицированный джазовый ансамбль".

В годы войны оркестр Рознера дает концерты на предприятиях и в госпиталях, перечисляя все сборы в Фонд обороны. В 1944 году ансамбль довольно успешно выступил в Москве. Однако над коллективом Рознера начали сгущаться тучи...

Из прошения Э. Рознера тогдашнему министру госбезопасности В. С. Абакумову:

"18 августа 1946 года, после показа джазом новой программы в ЦДКА в Москве, утвержденной Комитетом по делам искусств и Главреперткомом СССР, в газете "Известия" появилась статья Е. Грошовой "Пошлость на эстраде", произведшая на меня потрясающее впечатление, и я, вместо того чтобы реабилитироваться перед советским зрителем, проявил малодушие и решил уехать обратно в Польшу.

Я отдал заявление в польское посольство в Москве с просьбой выехать в Варшаву и получил ответ, что все необходимые документы будут оформлены в течение 6 месяцев.

Вскоре после этого я встретил в Москве артиста Березовского, который мне сообщил, что в г. Львове находится польский представитель Дрезнер, занимающийся регистрацией бывших польских подданных, и он, Березовский, уже зарегестрирован. Березовский познакомил меня с Дрезнером, который обещал отправить меня с женой и ребенком, но потребовал за свою работу 20 тысяч рублей, так как регистрация фактически была закрыта.

Тогда я еще находился под впечатлением статьи в "Известиях" и потому передал Дрезнеру требуемую сумму. 29.11.46 г. Дрезнер и Березовский уехали из Львова в Польшу, а я был арестован органами МГБ с предъявлением обвинения по ст. 58.

С первых минут ареста, сидя в тюрьме, я был так деморализован, что подписал бы любое обвинение, и я подписал признание, что якобы хотел уехать через Польшу в Америку. На самом деле это абсурд, такой мысли у меня в голове никогда не было.

Я понимаю, что как артист я должен был остаться в СССР, принять критику и вместе с советским искусством бороться с пошлостями.

Сегодня, когда весь мир во главе с Советским Союзом борется за мир во всем мире, я бы мог принести пользу для осуществления этой нашей задачи. Несмотря на заключение, я написал большую сюиту под названием "Объединение и дружба демократических сил мира". Но может ли эта работа выйти в свет?

Я докажу свою преданность на деле, а посему прошу помиловать меня или заменить мое заключение вольной ссылкой, где я смогу продолжать творческую работу на поприще советского искусства".

Просьбу Рознера оставили без удовлетворения, но, отбывая наказание в Хабаровском крае, он находился в более привилегированном положении, нежели прочий контингент.

Из характеристики, составленной начальником лагпункта в 1949 году:

"З/к Рознер Адольф Игнатьевич работает руководителем джаза 3-го отделения. К своим обязанностям относится добросовестно. Имеет хорошие отзывы со стороны заключенных, имеет также благодарность от начальника лагпункта №2.

Поведение в быту хорошее. Нарушений лагерного режима не имел. Административным взысканиям не подвергался".

В июле 1952 года Рознера доставляют на Колыму. За короткий промежуток времени он создает в Магадане первоклассный эстрадный оркестр и становится его руководителем. В характеристике от 15 января 1953 года лагерное начальство отмечало: "Рознер в течение 4-го квартала 1952 года проделал большую работу по оркестровке всех исполняемых музыкальных номеров в трех представленных концертных программах, дирижировал оркестром каждого концерта и выступал на них солистом-скрипачом. Культбригадой с участием Рознера дано 57 концертов".

Освободившись по первой послесталинской амнистии, Рознер принялся наверстывать упущенное. Снова собрал классный профессиональный оркестр, с которым, например, записал музыку к кинофильму "Карнавальная ночь". Новый взлет популярности Рознера стал возможен благодаря начавшейся хрущевской "оттепели", а также прошедшему в Москве в 1957 году Всемирному фестивалю молодежи и студентов, распахнувшему для СССР окно в мир. Не говоря о такой само собой разумеющейся вещи, как мощный творческий потенциал этого музыканта, его виртуозное индивидуальное мастерство. В каждой программе оркестра звучали проверенные временем шлягеры джаза: "Караван" и "Сент-Луи". Ю.Цейтлин вспоминал: "Особенно производил впечатление "Сент-Луи блюз", где и вокальное трио, и импровизация Рознера, и свинг-хорус, и необыкновенный финал, когда Эдди берет высокую ноту, затем следующую и следующую, а музыканты кричат: "Выше!.. Выше!.." И вдруг он будто бы не может больше... пробует подъехать к злополучной ноте при помощи глиссандо... не получается!.. Еще глиссандо... и, наконец, вот она, финальная нота! Это "сделанное" препятствие, тут же, на глазах зрителей, преодоленное, всегда вызывало гром аплодисментов".