Lastfata
Шрифт:
– Эш! – Ривз швырнул нугат в подползающую сзади тварь. Установил защитный полог, глянул через плечо, закрывая меня от нападения. – Эш, найди ее! Найди Тину! Обещай!
Вокруг творился ужас. Бальный зал стал полем битвы. И, кажется, твари лезли отовсюду. Я протянул руку и сал горло Мариуса Вандерфилда.
– Если ты не скажешь, куда отправил ее, я тебя убью, – совершенно честно произнес я. И увидел в глазах родителя страх. Настоящий, глубинный…
– Ты просто идиот!
– Говори.
– В реку. Я отправил ее в реку!
– Точка выхода?
– Между двумя Великими Мостами! – сипло, через силу засмеялся королевский советник.
– Ищи, Крамис. Это все равно бесполезно! Ты поблагодаришь меня. Позже. Надо просто отвернуться, сын! Просто отвести взгляд! Забыть. Сделай это, Крамис! И я тебя прощу!
– Меня зовут Эш. И мне не нужно твое прощение, – сказал я, отворачиваясь.
Расстояние между двух мостов – это огромная территория. И пустышка может быть где угодно! Проклятие!
Прямо на меня летел, щелкая зубами, шестикрылый ядовитый рротус. В один миг я выхватил из кармана камушек, швырнул… и бесполезно. У меня было слишком мало единиц чаро-потенциала. Но сейчас меня это лишь порадовала. Ведь это означает, что чары есть у пустышки. И ей они нужнее!
Попятился, судорожно ищa хоть какое-нибудь оружие, и тут рротус рухнул к моим ногам. Из-за туши показался Аодхэн. Лицо профессора было бледным, но соcредоточенным.
– Эш, перед балом я надел на Тину артефакт слежения, – быстро проговорил он и сунул мне в руки заснеженную еловую веточку. – Они парные. Поможет задать точку выхода! Скорее! Ищи дверь!
Я не стал спрашивать, почему профессор решил мне помочь, ведь столько времени он был против нашей связи. Не стал. Возможно, Аодхэн тоже пересмотрел свое отношение к прошлому, настоящему и будущему. Сейчас это все было не важно. Я должен найти мою пустышку!
– Эта подойдет! – крикнул я, указывая на неприметную створку под лестницей. Возможно, черный выход или помещение для хозяйственных нужд.
Аодхэн кивнул, начертил на дереве несколько символов, прокричал заклинания.
– Я помогу, - рядом неожиданно возник лександр Клиффорд.
Заклинатели переглянулись и поджали губы одинаковым жестом, но действовали слаженно и четко. Словно делали это раньше…
Дверная ручка слабо засветилась синеватыми бликами, говоря об открывшемся переходе.
– Туннель односторонний, Эш, – торопливо сказал Аодхэн. – Иначе никак. Найди ее!
Я просто кивнул и шагнул на лед реки…
ГЛАВА 33
Замерз я сразу. Ледяной ветер ударил в грудь, норовя сбить с ног и лишить дыхания. Вокруг растилась белоснежная пустошь. Под ногами лежала скованная панцирем река.
– Тина! – мой крик ударился о лед и погас.
– Тина, где ты? Тина, отзовись! Тина, Тина!
Я орал, понимая, что уже хриплю. Шел. Бежал. Вертел головой. Снова орал. Ветер бил все сильнее, лизал окоченевшие пальцы и щеки. Бархатная мантия не спасала, знал бы – надел на бал шубу…
Где же ддерли?!
– Тина! Отзовись! Тина!
Ну где же ты, пустышка? Где?
Проклятая lastfata, веди к ней, ну же! Работай, бездново кoпье судьбы, направь меня к пропаже!
– Тина-а-а!
– …Эш?
Показалось?
– Эш!
Слабый голосок откуда-то слева. Развернулся резко и побежал. Она стояла там, в белой круговерти снега и льда. Уже без короны. В своем тонком шелковом платье. Бледная до синевы.
– Эш!
Закричав, пустышка бросилась в мою сторону. И сердце кoльнуло предчувствием. Но я не успел ничего сделать. Я даже понять не успел. Лишь увидел, что тонкая фигурка пошатнулась и вдруг исчезла.
Провалилась.
Она провалилась!
Может, в полынью, оставленую рыбаками, может, в разлом между ледяными пластинами.
– Ти-и-на…
Несколько шагов. Вдох. И вот она – уже начавшая зарастать дыра, черная вода под стеклянной коркой… спокойная, гладкая, словно и не провалилась туда девушка.
«…Надо просто отвернуться, Крамис, – сказал в голове мой отец. – Лишь отвернуться…»
Лед недовольно зазвенел, когда я прыгнул следом.
…Порой самое значительное и судьбоносное событие жизни случается в самый oбычный и даже хороший день. И с утра ничто не предвещало моей скорой кончины. Ни один небесный знак не говорил о том, что к вечеру этого дня я буду лишен воздуха,тепла и жизни. Что буду обжигаться о ледяную воду, уходить на дно черного безмолвия, но продолжать биться. Уже не за себя. Когда-то мне сказали, что единственное, ради чего стоит бороться, - это любовь. Тогда я был достаточно глуп, чтобы усмехнуться, и достаточно высокомерен, чтобы не поверить. В тот день я стоял на горбатом мосту, между древними каменными чудовищами и думал, что хорошо знаю, кто я, куда иду и зачем мне дана эта жизнь.
Но как же я ошибался.
Здесь, в черной ледяной глубине, так отчетливо становятся видны мнимые идеалы и лoжные представления. Здесь не нужны сины, власть, достаток. Лишь глоток воздуха. Капля тепла. И самое важное – та, ради которой я готов отдать свою жизнь.
Здесь, в губительном безмолвии, отчетливо слышен стук сердца и ток крови. И становится таким понятным великий замысел lastfata. В первый раз я спас Тину, не зная, чем мне это грозит. Второй – сделал осознано, понимая, что делаю, и всей душой желая этого.
Здесь, в безмолвном холоде, я осознал главное.
Падение в реку повторилось и закольцевалось, словно мифический змей в книге «Откровение». Серпентарис укусил свой собственный хвост, знаменуя начало и конец, смерть и возрождение. Мы вернулись в ту точку, с которой все началось.
Река, затянутая льдом. Черная глубина. Девушка.
И я.
Тонкая рука призрачно взметнулась в черноте,и я схватил, потянул. Совсем близко мелькнуло ее лицо – словно подсвеченное изнутри, с широко распахнутыми глазами. Во тьме плыли светлые волосы и шелк платья. Река обнимала уже почти ласково, тянула на глубину, убаюкивала…