Чтение онлайн

Сама мысль о том, что всего в тридцать она вот-вот станет «милой крошкой с тараканами», невыносимо угнетала, посему Эмма не позволяла себе думать ни о чем подобном. Кроме того, если все пойдет по плану, беспокоиться не о чем.

Он не помог собрать вещи с пола, не предложил понести сумки, но чего ожидать от человека, столь щедро одаренного матерью-природой?

— Пойдем? — повторила она, взмахнув в нужном направлении сложенным зонтиком, и уже почти добралась до конца терминала, когда осознала, что Кенни не двинулся с места. Эмма повернулась, не понимая, что случилось. Он пялился на ее зонтик-трость. Странно. Зонтик как зонтик, что он в нем нашел? Может, он вообще медленно соображает и куда более дебилен, чем она посчитала?

— Вы… э-э-э… всегда так указываете направление? — поинтересовался он. Эмма с недоумением опустила глаза на цветастый зонтик, гадая, что, черт возьми, имеет в виду Кенни.

— Нам нужно попасть в багажное отделение, — терпеливо пояснила она, ткнув для наглядности ручкой куда-то вперед.

— Знаю.

— Ну и?..

Кенни обалдело уставился на нее.

— Нет, это я так, не обращайте внимания.

И едва он сделал первый шаг, она рванулась вперед. Юбка развевалась, непослушный локон прилип к щеке. Ей, возможно, следовало бы задержаться на несколько минут и привести себя в порядок, прежде чем покинуть самолет, но она так устала, занимая детей, сидевших через проход, что совершенно забыла о себе.

— Мистер Тревелер, мне кажется… — начала она, но поняла, что говорит сама с собой. Эмма снова остановилась, обернулась и обнаружила, что Кенни таращится на витрину сувенирного киоска. Она покорно стала дожидаться, пока он соизволит обратить на нее внимание.

Напрасно. Он прилип к киоску.

Эмма со вздохом направилась к нему.

— Что-то не так?

— Не так?

— Нам нужно получить багаж.

Кенни нехотя поднял глаза.

— Я тут подумал, что неплохо бы купить новый брелок для ключей.

— Именно сейчас?

— Возможно.

Он передвинулся на шесть дюймов влево, чтобы получше разглядеть товар.

— Мистер Тревелер, по-моему, нам нужно торопиться.

— Видите ли, пару лет назад друг дал мне брелок от Гуччи, но мне не слишком нравятся вещи с чужими инициалами.

— Вы получили этот брелок несколько лет назад?

— Вот именно, мэм.

Она вспомнила когда-то слышанную проповедь на тему, как щедро вознаграждает Господь людей, чем-то обделенных в одной области, даря им необыкновенные таланты в другой. Например, недостаток мозгов возмещается иногда удивительной красотой.

Волна сострадания захлестнула ее, а вместе с этим пришло и чувство невероятного облегчения. Кажется, ей не придется прилагать слишком много усилий. Его невероятная тупость все значительно упрощает.

— Хорошо, я подожду.

Он продолжал изучать витрину. Руку Эммы ломило под весом груза. Наконец она, не выдержав, протянула ему мешок:

— Не смогли бы вы его подержать?

Кенни с сомнением осмотрел его.

— Выглядит тяжелым.

— Да. Очень.

Кенни неопределенно кивнул и вновь припал к витрине. Эмма перекинула мешок в другую руку. Нет, она этого не вынесет!

— Может, вам помочь?

— О, не стоит, я и сам способен заплатить!

— Я хотела сказать — может, вам помочь выбрать?

— Нет, видите ли, вся беда в том, что я вечно позволяю другим выбирать за меня брелоки.

Эмма почувствовала, что руки сейчас вывернуться из суставов.

— Мистер Тревелер, нам в самом деле пора. Не считаете ли, что это можно сделать в другое время?

— Наверное, только в других местах ассортимент не столь хорош.

Терпение Эммы лопнуло.

— Прекрасно! Возьмите тот, что с ковбоем.

— Ну? Вам он по душе?

Она заставила себя выдавить:

— Потрясающая штука!

— Ковбой так ковбой.

Кенни с довольным видом вошел в магазинчик, остановился, чтобы полюбоваться посудными полотенцами, и целую вечность болтал о чем-то с миленькой продавщицей. Наконец он появился в дверях с маленьким свертком, который тут же сунул в ее сведенные судорогой пальцы.

— Вот так.

— Что это?

Кенни раздраженно пожал плечами:

— Брелок для ключей, естественно. Сами сказали, что вам нравится ковбой.

— Но это ваш брелок!

— К чему мне он, спрашивается, когда у меня в кармане уже лежит один, и притом от Гуччи?

Он устремился по коридору, и Эмма могла бы поклясться, что при этом насвистывал «Правь, Британия».

Двадцать минут спустя они оказались на автостоянке. Эмма тоскливо взирала на машину, большой роскошный «кадиллак-эльдорадо» последней модели, цвета шампанского.

— Извините, это мне не потянуть.

Кенни небрежным поворотом ключа открыл багажник.

— Прошу прощения?

Прекрасно управляя финансами школы, Эмма тем не менее совершенно пренебрегала своими. Поскольку содержание старых зданий стоило дорого, денег вечно не хватало, и когда школа отчаянно нуждалась в новом ксероксе или лабораторном оборудовании, Эмма приобрела дурную привычку залезать в собственный карман. Результат, разумеется, был плачевным. И сейчас она залилась краской смущения.

— Боюсь, произошла ошибка, — сконфуженно пролепетала она. — Мой бюджет весьма ограничен. Когда я сказала Франческе, что смогу платить водителю всего пятьдесят долларов в день, она заверила, что этого вполне достаточно. Но пользоваться таким автомобилем могут только миллионеры.

— Пятьдесят долларов в день?

Ей хотелось верить, что голова гудит вследствие перепада часовых поясов, но обычно Эмма прекрасно переносила дорогу, значит, дело в досаде и раздражении. Общаться с этим роскошным кретином куда тяжелее, чем с самыми тупыми ученицами. Он не только передвигается со скоростью улитки, но, похоже, вообще не понимает ни одного ее слова. После недоразумения с брелоками целая вечность ушла на то, чтобы дотащить его до багажного отделения.